Никто, кроме тебя (СИ) - Ленская Ирис - Страница 41

Не обращая внимания на оставшихся мужчин, я позволила своему недавнему знакомому увлечь меня в середину зала.

Мелодия танца уже разливалась в роскошном с позолоченным потолком и колоннами зале. Рядом с нами кружились еще какие-то пары, мелькали улыбавшиеся дамы в ярких ослепительных платьях.

— Как ты узнал меня? — выпалила я, как только Шорр привлек меня к себе. — Дариол, наверное, описал мою внешность?

— Угадала! Ты выглядишь еще прекраснее, Таиша, — выдохнул он мне на ухо.

Не привыкшая танцевать, я была слегка скованна. Высокий и стройный, в роскошном мундире с эполетами Шорр великолепно двигался, легко и непринужденно ведя меня в танце.

Грянула новая мелодия, и мы закружились в вихре быстрого танца. Головокружительный разворот, и Шорр на несколько мгновений прижал меня к себе:

— После нашего танца беги прямо в дамскую комнату. Рядом с изумрудным фонтаном. Туда, — и он развернул меня в сторону бьющего источника.

Cердце бешено заколотилось. Что он задумал? Когда Шорр прижал меня к себе снова, у меня уже подгибались ноги. А он продолжал срывающимся голосом:

— Портал уже открыт. Дар будет ждать тебя там.

От неожиданности я едва не споткнулась, и, не найдя иной опоры, буквально упала в объятия своего партнера.

— А ты, Шорр?! Ты со мной?

— За меня не беспокойся. Соберись, красавица. Музыка уже заканчивается…

Далее его голос потонул в оглушительных восторженных криках. Что это еще такое?

Как только Шорр выпустил меня из кольца своих рук, я бросилась к фонтану, но навстречу из боковых комнат вылетела целая толпа разряженных фрейлин.

— Да здравствует Император Витор! — все громче и громче понеслось со всех сторон.

Как же не вовремя появился этот проклятый монарх! О Всемогущий! Мне теперь не пробиться через этот людской поток…

Стиснув зубы, я проталкивалась сквозь сгрудившихся в центре зала девушек. А затем ринулась к фонтану со светящимися изумрудными струями, кажется, теряя по дороге туфельку. Скорее! Сейчас я увижу своего возлюбленного…

Я обогнула бивший зеленой водой источник и, к своему ужасу, увидела бежавших в мою сторону селларов. Страх сдавил грудь. Нет, мне уже не успеть! Я только подставлю Дара. Надеюсь, они не за Дариолом?! Надо отвлечь их внимание от дамской комнаты.

Я развернулась и бросилась в одну из боковых комнат, опрокидывая на своем пути хрустальный столик. Взгляд заметался по нишам и углам. Где-то здесь должна быть дверь во внутренний коридор, откуда только что выпорхнули эти фрейлины. Кажется… вот она! Я подбежала к спрятанной в алькове двери, дернула кольцо на себя. Она отворилась, и… передо мной предстала высокая фигура Криуса. С недоброй усмешкой мучитель схватил меня за руку и потянул за собой в открывшийся проход.

ГЛАВА 41

Мы оказались в полуосвещенном коридоре, слева и справа темнели обитые кожей двери. Криус дернул одну из них на себя, и та поддалась. Он втащил меня в небольшое уютное помещение и толкнул на стоявшую посередине кровать.

У меня зуб на зуб не попадал от страха. Неужели он обо всем узнал? Как?

— Куда же ты так торопилась, deu sheir? Не иначе, как на встречу со своим любовником? — проговорил он, что-то вытаскивая из кармана своего элегантного изумрудного жилета.

— Я шла… в дамскую комнату, а потом меня до смерти напугали селлары! Проходу от них нет, — вызывающе бросила я и хотела было подняться, как Криус пригвоздил меня взглядом обратно к ложу.

— Ты лжешь, Таис, — и в мгновение ока он оказался рядом. Его холодные длинные пальцы обвили мою шею, застегивая на ней тот самый металлический ошейник.

А затем мое тело вздрогнуло. По нему растекался уже знакомый мне сладкий яд, заставляя цепенеть.

— Ты слушаешь меня, дорогая? — его голос посылал по телу болезненные импульсы. — Почему с тобой все так сложно? Ведь я хотел, чтобы ты снова стала прежней.

— Твоей прежней игрушкой? — выдохнула я, собирая внутренние силы для борьбы с самой собой. — Никогда! Я никогда не стану твоей.

Его пальцы сжали мой подбородок. Неестественно бледное лицо оказалось очень близко, а рот искривился в ревнивой злобной гримасе:

— Ты будешь умолять меня об этом, Таис! Как только я вернусь. Я ухожу, чтобы поздравить брата и узнать, удалось ли найти твоего любовника. Хочу убить его лично…

Собрав последние силы, я плюнула ему в лицо и прохрипела:

— Ненавижу!

Мое сознание постепенно погружалось в непонятную эйфорию, черты взбешенного лица Криуса расплывались, теряя свои очертания.

«Получи, мерзавец! Наконец-то я сбросила с тебя маску! — с непонятным восторгом думала я. — Ты не получишь мое сознание, никогда! Может, только тело…»

Но следующие слова вывернули мой разум наизнанку, вытряхнув последние остатки здравого смысла:

— Если захочешь увидеть своего сына, ты будешь умолять меня на коленях! Ты будешь ублажать меня каждую ночь — и этого будет мало! Запомни это, Таис-игрушка. Твой сын жив. И он полностью в моей власти, как и ты!

А затем я услышала, как хлопнула дверь, запирая мои тело и душу в оковы всепоглощающего отчаяния.

Тело постепенно теряло чувствительность. Я уже не чувствовала этой упругой кровати, нежного шелка постельного белья, одуряющего цветочного запаха свеч. Мне остались лишь тяжесть собственных мыслей и жжение холодных оков.

«Мой сын жив… жив…» — стучало в голове набатом.

В глубине отчаявшегося сознания мелькнула мысль: «Мой сын жив и Криус прав — я буду умолять его на коленях. Лишь бы увидеть… хотя бы один-единственный раз, прижать к сердцу…»

Я пришла в себя от того, что к моей шее прикоснулись чьи-то горячие пальцы. Открыла глаза и увидела склонившееся надо мной лицо Криуса.

— Я готова на все, ты слышишь? — прохрипела, чувствуя, как спадает пелена с окутывавшей мой мозг эйфории. — Мне нравится быть твоей игрушкой. Мне хочется доставлять тебе удовольствие! Я выполню любое твое желание…

Его руки сжали мое лицо, горячее дыхание опалило кожу.

— У тебя такие чудесные руки, deus sheirus. Я готова умолять тебя на коленях. Прошу!

В глубине темно-янтарных глаз что-то жарко полыхнуло, пришло какое-то воспоминание из прошлого… Дариол когда-то смотрел на меня вот так…

«Нет, не думай о нем! Тебе нужно вернуть сына…» — болью отозвалось подсознание.

— Идем, — услышала я возбужденный голос Криуса и как в тумане поднялась, цепляясь за его плечи. — Скорее!

Все пространство вокруг расплывалось, собираясь в разноцветные пятна.

— Куда угодно, дорогой, — покорно отозвалась я, чувствуя, как он тащит меня куда-то в сумрак коридора.

— Сейчас включится аварийная защита, — взволнованно пробормотал Криус, а у меня вдруг закралось непонятное подозрение. — Быстрее!

В конце коридора показалась дамская комната, и мужчина буквально втащил меня внутрь.

О святые небеса! За перегородкой, отделявшей небольшие комнатки-кабинки от прихожей, вспыхнул радужный портал. Теперь я отчетливо видела его очертания. Сердце подпрыгнуло в груди.

Ошеломленно посмотрела на своего спутника, его широкие плечи, вздымавшуюся грудь, и неожиданная догадка пронзила мой мозг:

— Дариол… это ты?! Ты принял внешность Криуса?!

Подхватив меня на руки, мой спаситель, не отвечая, шагнул в портал, и мир поглотила сияющая вспышка.

А потом пейзаж изменился кардинально. Передо мной расстилалось бесконечное синее море. Мы стояли на палубе «Фиалки», соленый ветер дул в лицо и трепал мои распущенные локоны. Я вдыхала полной грудью свежий запах моря, и сознание постепенно прояснялось. Совсем по чуть-чуть, чтобы вспомнить последние слова настоящего Криуса: «Твой сын жив. И он полностью в моей власти…»

Сердце пронзила внезапная острая боль. Вокруг все потемнело, и, вскрикнув, я потеряла сознание.

Прошло два дня… Я плохо помню, что происходило вокруг. Какие-то разговоры, вопросы, все действия окружающих были словно покрыты плотной пеленой, а я, безучастная ко всему происходящему, находилась в непонятном забытье. Изредка словно приходила в себя и видела синие глаза Дариола, а затем забывалась вновь. Иногда передо мной появлялось лицо Криуса, искаженное недоброй улыбкой. Его янтарные глаза метали молнии. И почти все время я слышала плач младенца — моего собственного сына. Это был крик новорожденного, малыш звал меня, а я никак не могла понять, где нахожусь и почему не могу увидеть своего ребенка.