Расколотые небеса (СИ) - Пир Томас - Страница 72

Стоянка пробудилась не сразу. Лучники успели сделать несколько залпов, прежде чем ордынцы проснулись. Сонные воины заметались по лагерю, начали собираться вместе, укрываться щитами. Многоголосый вой раздался над лесом.

— Пришла пора требушетов, — проговорил я в рацию.

— Принял, — ответил Рыжий.

В следующий миг пятёрка массивных метателей ожила. Взведённые орудия высвободили всю скованную мощь, опустошили объёмные пращи, отправляя снаряды во вражеский лагерь. Пылающие кометы очертили чёрное небо, оставили позади дымный след и упали ордынцам на головы. Стреляли катапульты горящими бочками с маслом. Начинка снарядов была особой. Медведь её загустил, сделал масло вязким и куда более жарким.

Зрелище вышло не из приятных. Пять бочек разбились вдребезги, разлились огненным фонтаном, окатив степняков губительным маслом. Горящая жижа прилипала к одежде и коже. Потушить её было практически невозможно. Толпы пылающих фигурок прыснули в стороны, другие катались по земле, пытались сбросить, затоптать едкое пламя, но так и умирали от болевого шока и страшных ожогов. Лучники продолжали осыпать орду стрелами. Крики умирающих услышал весь лес. Кровь затопила поляну.

— Кажется, их стало больше, — просматривая округу в бинокль, проговорил капитан.

— Так и есть, — кивнул я.

Спустя несколько минут ордынцы начали собираться в коробки. Даже без бинокля я видел, что из глубины леса пришло подкрепление. Нестройные шеренги, укрытые плетёными щитами и досками, двинулись к стенам.

— Это штурм? — удивился Емеля.

— Нет, — прыснул капитан. — Они идут налегке, сам что ли не видишь?

— Так я без бинокля, — пожал Емеля плечами.

— Да… кхм… — Смущённо оторвался от окуляра капитан. — Нет, не штурм это. У кочевников нет с собой ни лестниц, ни башен. На стену им не взобраться.

Тем временем четыре ордынских коробки медленно приближались. Уже можно было расслышать выкрики командиров. Наши лучники продолжали обстреливать у них за спинами лагерь. Инженеры успели снова взвести требушеты. Новые горящие бочки устремились на головы халарата.

— Тогда на что ордынцы надеются? С кем собрались сражаться?

— Я думаю, их гарры решили, что наши лучники вышли за ворота, — хмыкнул Борис. — Видно, спешат их разбить, а там, мало ли, может ещё и в крепость удастся прорваться. Вряд ли они поняли, что это луки у нас такие дальнобойные.

Халирские коробки прошли полторы сотни шагов. Рассмотреть в ночной темноте их было довольно сложно, потому стрелки ориентировались на факелы в руках командиров.

— Кос, твоя очередь, — снова поднёс я рацию к губам.

— Принял, — ответил атлет.

Дальше на крышах сторожевых башен зашевелились баллисты и нацелились на строй дикарей. Спустя несколько ударов сердца четыре увесистых гранитных шара, рассекая воздух со свистом, ринулись на врагов. Три баллисты угодили прямо в центр своих коробок. Четвёртый снаряд прошёл по левому флангу, но построение всё-таки развалил. Тяжёлые глыбы впечатали неудачников в землю, разрывали их плоть, прокатились по халирцам смертоносной лавиной. Разгром довершили арбалетные залпы. Болты на таком расстоянии прошивали кочевые щиты и доспехи, что масло, рвали плоть, выворачивали суставы. Никто не ушёл. Редких счастливчиков, что бежали обратно, накрыли слитным залпом лучники со стены. Лагерь орды к тому времени опустел. Кочевники скрылись в лесу.

— Похоже, дело сделано, — хлопнул меня по плечу капитан.

— Да, пора бы поспать.

Я спустился с башни и позвал к себе Старга:

— Передай командирам, что пора распустить людей по казармам. Дежурная стража пусть смотрит в оба. Завтра нас ждёт трудный день.

— Да, сир, — склонил голову сотник и бросился выполнять поручение.

Когда я проходил по стене, лучники стали строем, расправили плечи, задрали к небесам подбородки. Их глаза лучились счастьем. Новая победа далась людям бескровно.

Уже возле покоев торрека меня догнал Грони:

— Сир, там… там… — Запыхался парнишка.

— Что стряслось? — разволновался вдруг я.

— Там сир Игорь вернулся. Его отряд четверть крама назад подземельем прошёл в крепость. Велели вам доложить.

— Понятно, — устало вздохнул я. Видно, поспать этой ночью у меня не выйдет. — Где они сейчас?

— В обеденном зале, сир.

Грони ошибся. Крас и Калаш встретили меня во дворе. Ребята нервно переминались с ноги на ногу и о чём-то взволнованно шептались:

— Ну наконец-то, — крепко пожал я руки диверсантов. За время отлучки они успели обрасти пышными бородками, да и помыться бы не мешало, но, видно, новости были слишком важными, чтобы откладывать их на потом. — Где пропадали? Мы здесь уже места себе не находили, всё думали, где это вы запропастились.

— Да мы обоз как сожгли, потом окопались на тракте, — ответил Крас. — Удачно сложилось, смогли ещё раз подкараулить обозников и безнаказанно пустили им кровь.

— Да, а потом ещё за ордой наблюдали, — добавил Калаш. — Словом, у нас хорошие новости.

— Ну довольно интриг, говорите, — зевнул я.

— Войско халирцев знатно уменьшилось, — блеснул Крас Глазами. — Когда они получили вести о потере обоза, часть халарата тут же развернулась и отправилась в степь.

— У меня получилось добыть несколько языков, — продолжил Калаш. — В общем, гарры Латха Седой и Мула Хитрый повернули обратно в степь и увели свои орды. А это больше сорока тысяч клинков.

— Ха-ха! Да это же здорово! — хлопнул я парней по плечам. — Значит, нам стоит продержаться совсем немного, и остальные халирцы уберутся домой ни с чем.

— Эм… понимаешь… — Замялся вдруг Крас.

— Словом… тут такое дело… — Поддержал его Калаш.

— Что-то ещё? А где Циркуль? — напрягся вдруг я.

— Он в обеденном зале, с ним… с ним всё в порядке, — говорил Крас.

— А что тогда не в прядке? — напрягся я ещё сильнее.

— Есть и плохие новости, — опустил взгляд Калаш. — Ну… тут лучше всё своими глазами увидеть.

Дальше мы прошли в пристройку. Пока шли по коридору к обеденному залу, Крас продолжал говорить:

— Когда мы схлестнулись с обозниками, Циркуль выпытал у кого-то сведения об ещё одном лагере. Там была ставка самого халира.

— Да, по словам пленника в той ставке осталось сокровище Гараха, — продолжил Калаш.

— Словом, мы решились рискнуть и отправили Циркуля за халирской казной.

— И как всё прошло? — нахмурился я.

— Да без проблем, — ответил Крас. — Мы справились, а Циркуль легко разгромил второй лагерь, и…

— И?

— И забрал халирское сокровище с собой?

— И? — чуть повысил я голос. Ребята остановились у дверей обеденного зала и нервно переглядывались друг с другом. Спустя несколько ударов сердца Крас виновато проговорил:

— Халирское сокровище — это не золото. Циркуль притащил сюда нечто ценное, но не для нас, а лично для халира Гараха.

— Он-то теперь никуда не уйдёт — это точно, — опустил голову Калаш.

Крас толкнул дверь рукой и услужливо отошёл в сторону, чтобы я смог рассмотреть халирское сокровище своими глазами.

— Твою мать!.. — Только и смог выдохнуть я.

В зале разместились полсотни прекрасных женщин самого разного возраста. Незнакомки пестрили золотыми украшениями, грациозные тела скрывали дорогие шёлковые платья, а держались за столом кочевницы точно царицы. Во главе стола сидел довольный Циркуль. Завидев меня, он поднялся и растянул губы в гордой улыбке.

— Это то, что я думаю? — изумлённо прошептал я.

— Это гарем… — Виновато отвечал Крас. — Его гарем! Мы опозорили Гараха на весь мир, и теперь…

То, что произошло дальше, я помню смутно. Рассудок мой помутился, скрылся за пеленой необузданной ярости. Я не здоровался с Циркулем, не справлялся о его делах и самочувствии. В тот миг мне хотелось его придушить. Пятью резвыми шагами я покрыл расстояние, разделяющее меня и смутьяна. Рука поднялась сама собой. Циркуль и опомниться не успел, как растянулся на полу, оглушённый моим кулаком.

Ни слова не говоря, я развернулся и пулей вылетел в коридор. И слава Богу, не то мог прибить дурака ненароком…