Одна случайная ночь (СИ) - "Novela" - Страница 39

Его лицо на миг искажается. Думаю, ему неприятно слышать мои слова, но он знает, что это правда. Только он все равно не соглашается.

– Херня это все! – презрительно бросает он. – Это ты меня бросила! И ради чего? Ради возможности прыгать в койку к таким уебкам, как Эллиот? Это то, чего ты хотела?

Он почти кричит на меня, и я съеживаюсь: он ведь действительно мог подумать, что я кинулась получать «опыт», о котором наплела ему, чтобы оттолкнуть. Но вместо того, чтобы опровергнуть его подозрения, я иду в наступление:

– А сам-то, чем лучше? Боже, да ты ни в одних своих отношениях не мог держать свои штаны застегнутыми! Кто ты такой, чтобы рассуждать об этом?

– Ошибаешься – в одних все же смог, – парирует он. – Я был верен тебе – ты не можешь упрекнуть меня в этом!

Я резко смеюсь.

– О, должно быть, это тяжело тебе далось – если, не успев расстаться со мной, ты оказался в объятьях Стефани! – издевательски хмыкаю я, тут же пожалев, что сказала это. Теперь Дилан поймет, что я все знаю о том, с кем он провел праздники, а значит я такая жалкая, что вынюхивала по его соцсетям, где он и с кем.

– О чем ты болтаешь? – Ему довольно убедительно удается изображать недоумение.

Но ему меня не провести.

– Я знаю, что ты был со Стефани! – изобличающее бросаю я. Ладно, мне больше нечего терять. Ну и что, если он поймет, что я пыталась выяснить о нем хоть что-нибудь? Хуже уже не будет. – Я видела видео, Дилан! – спешу заявить я, если вдруг он надумает отпираться.

– И что, на этом видео я трахаю Стефани?! – взрывается он, заставив меня отшатнуться. – Кроме нее там было полно других людей. Мои друзья вытащили меня на склон, потому что им надоело смотреть, как я исхожу на дерьмо целыми днями, потому что моя девушка решила, что хочет встречаться с другими парнями! – злобно скалится Дилан. – Меня запарило отбиваться от них, и я сдался, а видео выложил, чтобы успокоить Линду. Она названивала мне миллион раз в день, потому что ей показалось, что я слишком сильно переживаю из-за нашего с тобой разрыва. Блядь, Руби! – Дилан ругается, психанув и тяжело дыша, отходит от меня, беспокойно вышагивая по свежевыпавшему снегу. Он бросает на меня злые и полные боли взгляды, а я… чувствую себя полным дерьмом.

Он не только не спал со Стефани. Ему было плохо от того, что мы расстались. Дилан переживал. А что же я?

– Я хотел дать тебе время во всем разобраться, – тише говорит он, снова подойдя ко мне. – Подумал, что несколько недель тебе хватит, чтобы понять, что ты сделала ошибку, решив порвать со мной, – как-то растерянно признается он.

Что ж, он прав – я действительно поняла, что совершила ошибку. Жаль только, что так поздно.

Все это: признание Дилана, слова Лисы о том, что он любит меня, наконец-то обретают смысл. Мне плевать, каким он был в своих прежних отношениях и со сколькими девушками спал до меня, потому что со мной он был самым лучшим. Но я позволила своим страхам и неуверенности все испортить.

У меня не хватает духу смотреть Дилану в глаза, так что я пялюсь себе под ноги, чувствуя его пристальный взгляд на себе.

– Руби, – зовет Дилан, – посмотри на меня.

То, как спокойно вдруг звучит его голос, вынуждает меня поднять голову и смущенно посмотреть в эти голубые, потемневшие глаза. Меня сковывает страх, потому что я слишком хорошо понимаю, что он хочет услышать.

– Ты и Эллиот. Да или нет? – сухо спрашивает Дилан.

Я медлю несколько секунд, оттягивая момент ответа сколько могу. Но невозможно же молчать вечно?

– Я… не знаю, что тебе сказать, – пожав плечами, с раскаяньем произношу я. Мне хочется сказать ему, что я его люблю, и если он позволит, я сделаю все, чтобы заслужить его прощение. Пусть только скажет, как и я это исправлю.

Несколько мгновений Дилан ничего не отвечает. Он просто смотрит на меня, но боль в его глазах так очевидна, что разбивает мне сердце. Коротко кивнув, Дилан смотрит куда-то в сторону и, хмыкнув, снова поворачивается ко мне.

– Да пошла ты, Руби.

И затем он уходит.

Глава 29

РУБИ

К дому Мойры и Кевина я добираюсь на рассвете. Из Итаки я выехала поздним вечером прошлого дня и если не считать двух коротких остановок, чтобы заправиться и сходить в туалет, за рулем я провела всю ночь.

Отправляться в дорогу зимней ночью на моем стареньком саабе было тем еще риском, но я просто больше не могла оставаться в Итаке. Мне нужно было уехать – подальше от этого города и Дилана, потому что официально: я раздавлена. Просто уничтожена, снесена той лавиной дерьма, обрушившейся на меня. И наш последний разговор с Диланом добил меня.

Дом Мойры и Кева – небольшой двухэтажный коттедж полувековой давности – единственное место, куда я могу приехать. Что бы там ни было, этот коттедж служил мне домом последние восемь лет и сейчас я хочу быть тут.

Заглушив мотор, я не тороплюсь выйти из машины. Я никого не предупредила о своем приезде и, конечно же, никто не ждет, что я заявлюсь домой в шесть утра.

Дом погружен в тишину, свет нигде не горит, но я знаю, что скоро должен проснуться Кев – он водит школьный автобус и встает рано.

У меня было несколько часов, но я так и не решила, как объяснить дяде и тете свое появление. Конечно же, они станут расспрашивать. Мойра станет, Кев не по части лезть в чужие дела и дело вовсе не в воспитанности или хорошем тоне – обычно ему просто все равно.

Мойра не в курсе Дилана. Я ничего не рассказывала о нем – ни по телефону, ни когда приезжала домой на Рождество. И мне не очень хочется рассказывать ей о нем. Я представляю, что она скажет, в особенности, если узнает, что у меня был богатый парень и я с ним рассталась. Она вполне может обвинить меня в дурости.

Сидя в машине, я набираюсь храбрости, но минут через двадцать наконец-то решаю – будь что будет и выхожу из сааба. Прихватив свою дорожную сумку – еще не знаю, насколько задержусь здесь – я плетусь к крыльцу и с тяжелым сердцем стучусь в дверь.

* * *

– Тебе следует оторвать твою хорошенькую попку от дивана и пойти со мной. Серьезно, милая – это, – Мойра неодобрительно тычет в меня пальцем с неоново-розовым маникюром, – жалкое зрелище.

– Я не пойду с тобой по магазинам, насколько бы жалко не выглядела, – голосом, полностью лишенным заинтересованности, отзываюсь я.

Да, знаю, Мойра права: я жалкая. Никогда не думала, что это случится, но вот она я: сутками сижу в подвале своей тетки и пялюсь в телек, жалея себя, свое разбитое сердце и горюя по парню, которого потеряла по собственной глупости. А в моей бывшей комнате теперь живет квартирант, и я вынуждена ютиться в подвале, где единственный источник естественного света – одинокое окошко под потолком. Да, это оборудованный подвал, где есть ванная, телек и даже теннисный стол, но это все равно подвал.

– Почему ты сразу решила, что я зову тебя по магазинам? – невинно хлопает ресницами Мойра, а я решаю промолчать, потому что это же очевидно – это ее страсть, у нее не так много увлечений.

Хотя, должна признать – Мойре все же удалось меня удивить. Приехав домой, я узнала, что тетя посещает курсы парикмахеров – она решила, что будет делать карьеру стилиста. Как сказала сама Мойра, пойти учиться ее вдохновила я. Не знаю, во что это выльется, но думаю, для нее это хорошо.

Вообще-то, Мойра удивила меня дважды. Она довольно деликатно – как для нее – отнеслась к моей укороченной истории о Дилане и наших отношениях. Она почти не упрекала меня в том, что я скрыла от нее свой роман.

«– Хотя, безусловно, я догадывалась», – закатила глаза она, и мы обе сделали вид, что так и было.

– В этот раз никакого шоппинга. Обещаю, – подсев ко мне на диван, заверяет Мойра, распознав выражение недоверия на моем лице. – Я собираюсь к моей приятельнице – Сибил, чтобы сделать ей окрашивание волос. Ты можешь пойти со мной, чтобы развеяться и сменить обстановку.

Интересно, эта Сибил не боится лишиться своих волос? Мойра только недавно взялась за парикмахерское ремесло, и я не уверена, что ее можно подпускать к реагентам и человеческим волосам.