Змеиный культ (СИ) - Таран Михаил - Страница 77

— Других идей у меня нет! — недовольно пробормотал оборванец, не сбавляя шага.

— Успокойся! Идём за ним, он лучше знает эту крепость, чем кто-либо из нас, — раздался строгий бас Фердинанда.

Пройдя ещё с десяток шагов, они повернули направо, не осознавая, что ждёт их за этим самым поворотом. Впереди им навстречу бодро шагал жрец. Тот самый старый лысый жрец, которого они видели по пути к залу. Старик нёс в руках факел, освещая перед собой путь. Пятеро гвардейцев следовали за ним.

«Странно, когда они встретились нам в первый раз, гвардейцев было больше», — подумал Фердинанд, снимая с пояса осколочную гранату.

Лысый старик остановился, вглядываясь во мрак коридора.

— Кто вы? Какая манипула? Какой патрульный маркер? — щуря свои старые подслеповатые глаза, спросил старик.

— Нас послал сюда лорд Лексад! — быстро ответил Ганс, переводя «разящий» в автоматический режим.

— Это они! — испуганным голосом заорал жрец, несколько попятившись назад.

— Огонь! — сухо приказал Фердинанд, срывая чеку с гранаты.

Карлос и Ганс мгновенно выполнили приказ. Раздался рокот «разящего» и шипящие плевки плазменной винтовки, после чего произошёл оглушающий взрыв. Всё случилось настолько быстро, что противники не успели даже сориентироваться. Жрец и его свита разлетелись в разные стороны, словно разорванные тряпичные куклы. Обожженные, пронзённые осколками тела неподвижно лежали на полу, без каких-либо признаков жизни.

Звон, стоящий в ушах после взрыва, заглушал собой всё. Пронзительный мерзкий звон, на мгновение заменивший собой все остальные звуки.

— С этими всё! — радостно отчитался десятник.

— Боюсь, что сюда скоро сбегутся остальные. Нужно поторапливаться, — стал подгонять товарищей Фердинанд, кивнув Карлу, чтобы тот показывал путь.

Они петляли по мрачным коридорам крепости ещё около двадцати минут, пока, наконец, не наткнулись на огромные величественные двери «склепа». Выполненные из чистейшего золота, тяжёлые двустворчатые двери одновременно завораживали и пугали. Множество замысловатых гравюр с изображениями событий вечной войны украшали каждый их сантиметр.

На стенах по обе стороны от дверей, висели всё те же чёрные знамёна жрецов. Высоко под потолком, красовалась золотая христаграмма.

— Это здесь! — быстро сообщил Карл.

— Ничего себе «склеп»! — выдохнул изумлённый Карлос.

— Хватит мямлить! Идём внутрь! — хриплым басом произнёс Фердинанд, вцепившись в массивную дверную ручку.

С явным усилием и протяжным скрипом петель, лейтенант открыл тяжёлую дверь. В нос ударил запах свежей еды, благовоний и какой-то подземной сырости.

Путники поспешили войти внутрь и прикрыть за собой золотые врата. Откуда-то издалека доносилось попискивание вездесущих грызунов. Где-то монотонно капала вода, разбиваясь о каменный пол мрачного «склепа». Могильный холод заставил поёжиться всех, даже крепкого Фердинанда. Факелов в «склепе» не было, оттого непроглядный мрак дезориентировал и сковывал, вызывая неприятное, постепенно нарастающее чувство страха.

Но спустя пару минут глаза привыкли к кромешной темноте и стали проявляться очертания окружающих объектов. Очертания, которые становились всё отчетливее. Сотворённый Караэлем светлячок, пролил свой тусклый свет на жутковатый, мрачный зал. Оглядевшись, гвардейцы наконец-то осознали, где именно они находятся.

— Алтарь! Ты привёл нас к жертвенному алтарю! — разъяренный Фердинанд схватил растерянного Карла за грудки и принялся трясти. — Это святыня! Ты, жалкий богохульник! Сюда дозволено входить лишь жрецам!

— Глупый святоша! Я же сказал, куда мы идём и это тебя не смутило! — бродяга безуспешно пытался вырваться из крепкой хватки лейтенанта.

— Ты сказал, что мы идём в какой-то «склеп», паршивый ты пёс! — прорычал возмущённый Карлос.

— Это и есть «склеп»! Так мы называем это место! А на что еще, по-твоему, эта пещера похожа? — огрызался бродяга.

— Похожа на нашу святыню! — голос Фердинанда становился всё злее.

— Довольно! Отпусти его! — громыхнул реверберирующий голос Караэля. — Это вовсе не святыня. Это надругательство над добрым именем Архистратига! Жалкие языческие обряды, не имеющие ни малейшей связи с Лордом Михаилом! Если вы хотите поубивать друг друга, цепляясь за ту ересь, которой пичкают вас жрецы, то это значит, что я ошибся в выборе союзников, — голос ангела полнился возмущением, его мерцающие во тьме глаза строго смотрели на лейтенанта.

— Выборе союзников? Что ты несёшь? Как будто, у тебя был выбор, — огрызнулся десятник, снимая с головы капюшон.

— Как и у вас! — парировал ангел.

Фердинанд отпустил бродягу и отошёл в сторону. Карлос и Ганс переглянулись.

— Ну, раз мы поняли, что это уже не святыня, может быть тогда пойдём и пожрём по нормальному? — уточнил Ганс, кивая головой в сторону алтаря.

— Неплохая идея. Силы нам понадобятся! — добродушно улыбнулся Караэль.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! — прошипел Фердинанд, скидывая с плеча «отпеватель».

Огромный каменный алтарь с внушительных размеров золотой статуей Архистратига, полнился всевозможными подношениями. На бархатных скатертях в золотых блюдах лежали всевозможные яства. Кувшины полнились вином и пивом. Множество корзинок с полевыми цветами и яблоками. Свежий хрустящий хлеб. Тушёная телятина. Горшочки с варёным картофелем. Вазы с тлеющими благовониями.

— Невероятно! Вот это я понимаю, праздничный стол! — обрадовался гнусавый Ганс, хватая огромный кусок телятины.

— Какой сегодня день? — тихим голосом уточнил Карл, доставая из котелка картофель.

— Четверг. Сегодня четверг, — ответил Фердинанд, наливая вино в золотой, украшенный самоцветами кубок.

— Значит всё свежее. Недавно принесли, — громко чавкая, произнёс бродяга.

— Невероятно, это просто немыслимо! — нагребая в тарелку всего понемногу, бормотал Карлос.

— Нужно перекусить, неизвестно когда в следующий раз представится такая возможность, — произнёс Караэль, с хрустом кусая яблоко.

— Да, согласен! Может последний раз пожрать довелось! — ответил ангелу Ганс, набивая телятиной рот.

— Да здесь можно и жить остаться! — предложил десятник, отламывая приличный ломоть хлеба.

— До следующего четверга, пока не явятся жрецы, — предостерёг Фердинанд, осушив свой кубок.

— Или пока не явится призрак этого «склепа», — смачно чавкая своим беззубым ртом, добавил Карл.

— Какой ещё призрак? — не понял лейтенант, уминая кусок телятины.

— Карл однажды встретил здесь странное существо, которое его сильно напугало. Он думает, что это был призрак склепа, — пояснил ангел, угощаясь картошкой.

— Ах-ха-ха-ха! — хором рассмеялись гвардейцы.

— Оборванец боится собственной тени. Видимо причудилось что-то в темноте! — широко улыбаясь, предположил Фердинанд.

— Причудилось? Ну — ну… — возмущённо фыркнул бродяга.

Досыта наевшись, усталые путники уселись на полу возле алтаря и отдыхали, неподвижно вглядываясь в шершавые стены. Они молчали, так как каждый из них размышлял о своём.

Жуткий, могильный холод не давал уснуть и то и дело передёргивал их тела частыми волнами дрожи.

— Может нам костёр разжечь? — предложил Ганс, потирая закоченелые руки.

— Ты совсем дурак? Хочешь нас выдать? — строго спросил его Фердинанд.

— Посидим до полуночи и пойдём, — предложил Карл.

— Если насмерть не замёрзнем тут к этому времени, — проворчал Карлос.

Время тянулось слишком медленно. Было настолько холодно, что единственной мыслью, которая посещала головы продрогших путников, была мысль о том, как бы согреться и окончательно не окоченеть в этой богом забытой пещере. Да, ни о чём другом они думать больше не могли. Угрюмый десятник возился со своей винтовкой, грея посиневшие руки о плазменный реактор оружия. Его лысая татуированная голова была сплошь покрыта свежими ссадинами и синяками, чередующимися со старыми боевыми шрамами. Со стороны Карлос напоминал злобного питбуля, завсегдатая собачьих боёв. Да, десятник действительно всегда был похож на бойцового пса, ждущего команды к действию. Караэль это понял только сейчас, наблюдая за его суровым, вечно напряжённым лицом. Лицом, полнящимся нетерпимости ко всем и вся.