Тайна попугая-заики - Хичкок Альфред - Страница 17

При этих словах Пит покраснел, так как понял, что вовремя сдержался и не встрял в разговор. Но на него никто не обратил внимания.

- Так вот, мы повздорили, и я его выгнал, а он пообещал доказать, что прав. Через несколько дней он все же принес мне полотно, очищенное от верхнего слоя краски. Без сомнения, это было творение великого художника. Под дешевой мазней оказалась пастушка с ягненком, выписанные так, словно радуга служила художнику кистью. Цена картины была никак не меньше ста тысяч долларов!

- Ого! - все же не удержался Пит, но в это время очень кстати появилась миссис Клодьес с подносом, на котором аппетитной горкой лежали сандвичи, стояли два стакана молока и дымились две чашки кофе.

- Вот тут-то все и началось,- сказал толстяк Клодьес, заглатывая сразу полсандвича и запивая его маленьким глотком кофе.- Сильвер счел, что раз я выгнал его с работы, картина принадлежит ему. Но я возразил: она куплена на мои деньги - значит, моя. Тогда он предложил продать ее, а прибыль поделить.

Тут Пит опять не выдержал.

- Так было бы справедливо! Ведь он же ее нашел.

- Я ему сразу так сказала,- вставила миссис Клодьес.- Да разве он станет слушать?

- Эх,- махнул рукой толстяк,- что с возу упало... Одним словом, я пригрозил ему, он ушел и унес картину, а я пожаловался в полицию и добился ордера на его арест. Но птичка улетела, найти его не смогли, только теперь, когда я получил от него письмо, я ринулся сюда, в Калифорнию, где он, оказывается, скрывался.

- Он был так болен,- сказал Боб, который проникся сочувствием к Джону Сильверу еще когда Санчес рассказывал о нем.

- Да, он лежал у Санчеса на тощем матраце, смертельно больной, и все же придумывал свою последнюю шутку, которой сам же радовался... Считал, что заставит меня попрыгать!

- Мне кажется,- заметил Пит,- он имел право на эту шутку. И все же - он оставил вам это сокровище.

- Да,- задумчиво продолжал толстяк.- Оставил... Он даже позаботился об этом бедняке Санчесе, у которого жил. Ведь в письме было написано, что я должен купить у него попугаев за тысячу долларов. Он специально раздобыл их и научил фразам, которые составляют разгадку головоломки. Он писал, что на эту идею с попугаями его навела картина, написанная поверх шедевра...

- Почему же вы так долго не приезжали? - спросил Боб.- Ведь Санчес отправил письмо в тот же день.

- Ах, неудачи поодиночке не ходят. Уж такой я невезучий. Письмо пришло, когда я был в Японии, и пролежало несколько недель. Приехав, я сразу же отправился в Калифорнию, но, кажется, кому-то проговорился об этой чудесной "Пастушке". А Овер... У него везде уши. Вот он и почуял лакомый кусок. Приклеился ко мне, выслеживает.

- Мы видели, какой громила сидел с ним в автомобиле,- припомнил Пит.Убойная машина.

- Да, там мозгов недобор,- заметил искатель приключений.- Да не это самое страшное,- как-то легкомысленно продолжал он.

Тут миссис Клодьес взглянула на супруга с упреком и покачала головой.

- Нет, он неисправим.

- Да тьфу на него! - сказал толстяк, в досаде кусая губу.- Хуже всего то, что Санчес уже продал всех попугаев и не помнит кому. Я чуть с ума не спятил. Слава богу, он хоть улицы не забыл. Я ходил от двери к двери, расспрашивал - не покупал ли кто-нибудь попугаев у мексиканца. Мне удалось выкупить Шерлока Холмса и Капитана Кидда. Новые владельцы отдали их потому, что птицы онемели. Нахохлились - и ни звука. Следующего попугая мне пришлось буквально стащить. Я увидел его случайно, в распахнутое окно. На мой звонок никто не открыл. Я испугался, что хозяин может мне его не продать. Увы! И этот попугай не стал со мной разговаривать, ни слова не произнес. Тогда я снова пошел к мистеру Фентрису, сказал, будто я из полиции. Так я узнал фразу Билли Шекспира. Фентрис подсказал, где найти Крошку Боу-Пиип, и что, возможно, Черный Пират еще не продан. Ох,- вздохнул он,- я так психовал, что Фентрис, понятное дело, заподозрил меня. Да тут еще вы появились, а рисковать я не мог. Пришлось связать Фентриса. Что было дальше, вы знаете. Когда вы ушли, я кинулся к мисс Вэгнер, но ее не было дома. Ждать было некогда, пришлось стащить и этого попугая. Когда я собрался уходить, вы с хозяйкой как раз появились у дома.

- Ага, так это вы, значит, запустили в нас куском кирпича? ухмыльнулся Пит.

- Уж простите меня.

Мистер Клодьес провел рукой по вспотевшему лбу.

- Я только хотел напугать вас, я ведь мимо целился...

- Юпа этим вряд ли напугаешь, правда? - усмехнулся Пит, повернувшись к Бобу.

- Да, вы, кажется, славные ребята,- сказал мистер Клодьес и взмолился:

- Дайте уж я закончу, а то ведь время, время! Потом мы встретились с вами у Санчеса. Я приехал к нему с намерением расспросить еще раз. А он разболелся, раскашлялся. Когда вы вошли, я помогал ему сесть, вовсе не хотел ничего дурного. Ну, тут вы на меня набросились, пришлось ретироваться. Больше я не сомневался, что вы с Овером из одной шайки, обложили меня со всех сторон. Решили немножко замаскироваться - взяли вот этот грузовик и ездим с женой всюду, ищем, как видите, остальные "ключи". И небезуспешно,усмехнулся он.- Вот вас нашли. Уж очень у вас автомобиль заметный.

- Да,- признал Боб,- никто мимо не пройдет, не оглянувшись.

- В общем мы за вами ехали до дома, где этот тощий парень, кажется, купил Одноглазого.

- Это Скелет! - объяснил Пит.- Он за нами

шпионит - просто потому, что завидует. А попугая хочет перепродать.

- Какой ужас! То есть, ничего страшного,- толстяк распалился было снова, но тут же сам себя успокоил.- Я хотел догнать его, а тут вы. Известно, за двумя зайцами погонишься... Но, к счастью, он проходил мимо нашего грузовика, и его попугай как раз проговорился. Наверное, когда меня увидел, понял, что с умным человеком разговаривает,- пошутил мистер Клодьес.

- Ага,- ехидно напомнил Пит,- он сказал: "Профан, держи карман!"

- Неужели? - толстяк взглянул на жену.- Прочти, пожалуйста, дорогая, что он сказал? Как вот это самое? А, просто уличный жаргон. Никакого смысла. Да. Так вот, я погнался за вами, и в результате - ноль.

- Это почему же? - спросил Боб.

- Из семи птиц у меня уже пять. А толку - что от козла молока. Высказались только Билли Шекспир и Одноглазый. По-моему, остальные навек замолкли.