Сделка с профессором (СИ) - Краншевская Полина - Страница 19

Дайна Монд быстро сбросила с себя сорочку и, нисколько не стесняясь посторонних, начала надевать тончайшее кружевное белье. Увидев преподавательницу совершенно голой, Беатрис смутилась, отвернулась к стене и принялась доставать наряд, а Гренда с интересом рассматривала ладную фигуру дайны, будто сравнивая со своей.

− Ну показывай, что ты там сделала, − приказала преподавательница, разворачиваясь к адепткам лицом.

Беатрис разложила платье на постели, расправила складки, пригладила вышитую часть и взглянула на дайну, чтобы уловить ее реакцию.

− Так себе, конечно, − брезгливо передернула плечиками она, хотя Беатрис прекрасно видела и удивление, и восторг в хитро прищуренных зеленых глазах. – Попробую выйти в этом к максису Бродику. Но если ему не понравится, ты пожалеешь. Живо отутюжь его так, чтобы даже намека на складки не осталось. Утюг на нагревательной пластине на тумбочке.

Дайна перевела высокомерный взгляд на Гренду и приказала:

− А ты иди сюда. Поможешь мне уложить волосы.

Беатрис отвернулась, глотая злые слезы и проклиная дайну, и принялась отглаживать наряд, в душе мечтая спалить и ненавистное платье, и эти апартаменты вместе с их отвратительной хозяйкой.

Пока адептки собирали преподавательницу на свидание, миновал обед. Голод до того, измучил Беатрис, что она уже едва держалась на ногах, тщетно борясь с подступающей дурнотой.

− Это платье отлично подчеркивает мою шикарную фигуру! – с гордо поднятой головой заявила дайна, крутясь перед зеркалом и репетируя милые улыбочки, которые она явно собиралась расточать сегодня весь вечер своему кавалеру. Она действительно выглядела потрясающе в серебристом платье, сверкающем искусной вышивкой, выполненной с переплетением блестящих нитей и бусин. – Ты можешь идти, Сонар. А ты задержись, мне еще понадобятся твои услуги.

Беатрис с облегчением поспешила к двери и даже не заметила, с какой ненавистью Фулн посмотрела ей в спину. Сонар летела по коридору к выходу и в мечтах уже поглощала ужин, но сперва еще предстояло подготовиться к мытью в бане.

Внезапно одна из дверей распахнулась, и дорогу ей преградил профессор Привис.

− Добрый день, − пролепетала Беатрис, вовсе не ожидая его появления.

Он смотрел на нее точно таким же алчущим взглядом, что и в храме, и ей стало страшно. Она отступила в сторону и только приготовилась бежать, как профессор схватил ее за руку, втащил в свои апартаменты и запер дверь.

Глава 14

Эдман не мог оторвать глаз от перепуганного лица Сонар, так и держа ее за хрупкое запястье, обтянутое белой манжетой форменного платья. Что же в этой невзрачной адептке такого, отчего у него душу выворачивает наизнанку каждый раз, когда она пользуется маной рядом с ним? Сегодня утром в храме он чуть не набросился на девчонку, когда почувствовал исходящий от нее энергетический поток. Может, все дело в том, что он не прибегал к услугам дайн с того самого злополучного дня, когда сбежала Кэти, а предпочитал тянуть ману из накопителей?

– Что вы делаете?! – вскричала ученица и бросилась к двери. – Немедленно откройте!

Он с трудом пересилил себя и постарался говорить с ней спокойным, твердым голосом:

– Ты не подошла ко мне после богослужения, как мы договаривались. Твои руки в порядке?

Беатрис застыла, перестала рваться в коридор и обернулась к нему.

– Извините, – потупилась она. – У меня не было времени. Я так и не успела все доделать, взяла работу в сад, а потом дайна Монд срочно вызвала нас к себе.

– Ясно. Давай я подлечу пальцы.

Эдман протянул ей руку, но Беатрис не спешила вложить в нее свою ладонь. Она с недоверием смотрела на него и будто пыталась угадать те мысли, что блуждали в его голове. Он выругался про себя и решил действовать с меньшим напором и более осмотрительно.

– Боишься? – улыбнулся он, обнажая крепкие белые зубы и прищуривая черные глаза. – Или просто хочешь дождаться, пока само все заживет?

Сонар еще немного поколебалась и с опаской прикоснулась к его руке самыми кончиками пальцев, он тут же накрыл их второй ладонью и шепнул заклинание.

– Ну вот и всё, – сказал он, глядя, как Сонар с удивлением рассматривает свои ладошки.

– Спасибо вам! – выдохнула она и попятилась к двери. – Мне пора.

Эдман вовсе не собирался ее так быстро отпускать, но сделал вид, что не препятствует уходу. Он прошел к низкому столику, уставленному всевозможными блюдами, накрытыми полукруглыми крышками, и уселся на диван.

– Ты спешишь? А я хотел предложить тебе составить мне компанию за обедом, – как можно безразличнее произнес он и поднял крышку, открыв тарелку с тушеным картофелем и запеченным мясом. По комнате тут же распространился умопомрачительный аромат. Беатрис заколебалась, а Эдман сказал: – Оказывается, за отдельную плату в столовой можно договориться, чтобы еду приносили прямиком в апартаменты. Я так проголодался, что заказал сразу несколько блюд и теперь не знаю, как все это съесть. Может, задержишься ненадолго и пообедаешь со мной?

На лице адептки отразилось смятение, она чуть не расплакалась от внутренних терзаний, тяготясь чувством голода и в тоже время боясь остаться со странным профессором наедине, но в конце концов ответила:

– Если только совсем ненадолго. Одноклассницы могут хватиться меня в любую минуту, и тогда не оберешься неприятностей.

– Не волнуйся, это не займет много времени, – сказал он, стараясь скрыть воодушевление, вызванное ее согласием. Ему во что бы то ни стало нужно было понять, в чем ее секрет. – Присаживайся и выбирай все, что пожелаешь.

Беатрис прошла ближе, села на краешек кресла, сложила руки на коленях и глухо сглотнула. Эдман понял, что она ужасно хочет есть, но не осмелится попросить для себя что-то определенное, и сам принялся накладывать в большую тарелку всего понемногу.

– Выглядит довольно аппетитно, – продолжал говорить он, ловко орудуя приборами. – Надеюсь, что и на вкус будет приемлемо.

– Главный повар служил еще в доме майора Гризар, покойного мужа директрисы, – неуверенно поддержала беседу Сонар. – Он готовит только для администрации школы и тех преподавателей, которые пожелают заказать блюда из отдельного меню.

– Если бы я знал об этом раньше, не стал бы питаться за общим столом, – пробормотал Эдман и поставил перед адепткой доверху наполненную едой тарелку.

– Спасибо, – несмело улыбнулась она. – Здесь редко кто позволяет себе индивидуальное питание. Все же это лишние траты, а большинство служащих и педагогов не стремятся транжирить жалование в стенах школы. Многим нравится в дни отдыха ездить в Финар.

Они приступили к еде, Эдман счел ее вполне подходящей и зарекся снова появляться в столовой. Беатрис же всеми силами пыталась есть с достоинством, словно сидела на великосветском приеме. Она держала спину идеально ровно, локти не поднимала, отрезала крошечные кусочки и отправляла в рот, едва приоткрывая яркие губы. Эдман исподтишка наблюдал за ней и поражался тому, насколько она похожа на юную максиссу из родовитой семьи. Если ее приодеть, сделать макияж и прическу, украсить драгоценностями, то вряд ли бы несведущий человек догадался о ее происхождении.

– Расскажи о себе, – попросил Эдман, собираясь начать издалека и потихоньку вызнать о Сонар все до мельчайших подробностей.

– Зачем вам это? – удивилась она, проглотив очередной кусочек запеченного мяса.

– Ты моя помощница, – пожал плечами он, вытирая губы белоснежной салфеткой. – Мне интересно узнать, где ты родилась, кто твои родители, как попала в школу. Нам предстоит на каждом уроке манологии работать вместе, думаю, будет нелишним немного лучше узнать друг друга.

Беатрис не нашлась что возразить и принялась рассказывать:

– Родителей я не помню, меня воспитывала бабушка. Мы жили в небольшом городке, вроде Финара, только в восточной части империи. Бабушка выполняла разную черную работу в кожевенной мастерской. Когда мне было десять, она заболела и умерла. Я попала в приют, а там в четырнадцать магическая комиссия определила у меня большой резервуар и отправила в Камелию. Вот собственно и все. Не думаю, что моя история чем-нибудь примечательна.