Оплаченный диагноз - Устинова Татьяна - Страница 3

– Ты еще приговор мне объяви: полгода исправительных работ у мойки с грязной посудой! – хмыкнула непочтительная дочь. – Мам, я не собираюсь покупать сертификат и тебе этого не предлагаю. У меня просто сейчас будут денежки за рекламку, могу с тобой поделиться – ну, там, на продукты…

– На сыр с колбасой. – Я кивнула. – Делись, если можешь. Хороший сыр нынче дорого стоит.

– На карту тебе пришлю! – Сашка пристукнула по столу пустой баночкой из-под йогурта, вскочила и убежала к себе – собираться в школу.

Одиннадцатый класс уже, как время-то летит! Совсем недавно у меня была маленькая девочка со смешными косичками, и вот уже – целый модный блогер со стотысячной аудиторией и собственными денежками за рекламку…

Я растроганно вздохнула, посмотрела на баночку из-под йогурта и нахмурилась. Стеклянный сосуд сиял почти первозданной чистотой – мыть не надо. Много ли будет толку от его содержимого? Разве так нужно кормить молодой растущий организм?

Нажарю вечером котлет. И картошки с грибами. «Чтобы вирус не прошел – надо кушать хорошо!» – вот такой девиз должен быть у Образцовой Матери, а не это ваше все – порошочки, пилюльки, прививочки…

– Мам, пока! – Прощально грохнула входная дверь, быстро удаляясь, затопали по лестнице модные «гриндерсы»: Сашка даже не ушла, а убежала.

Я встрепенулась: пора и мне на выход!

Откровенно говоря, очень хотелось остаться дома. Посидеть, а лучше даже полежать в тишине и покое, почитать книжку, посмотреть… Нет, телевизор лучше не включать – там перепевают на все лады одну и ту же песню о главном – о вирусе.

Разговоры про пандемию надоели ужасно. У меня было стойкое ощущение, будто я присутствую на затянувшихся слушаниях по делу «Ковид против человечества» – день за днем, с утра до вечера, без перерыва!

Наверное, так казалось не мне одной. Во всяком случае, у моей лучшей подруги и коллеги Машки тоже не получалось надолго отвлечься от темы коронавируса.

Мы с ней встретились утром перед началом рабочего дня в торговом центре, в подземном гараже которого оставляем свои машины – у здания нашего суда припарковаться, как правило, не удается. Центр города, свободного места мало.

Машка позвонила, когда я уже закрывала машину.

– Подъехала? Молодец, поднимись на второй этаж, я тут снова в примерочной, нужен твой критический взгляд.

Я подавила вздох: ненавижу шопинг со всеми его атрибутами, включая примерочные!

Вот мою младшую сестрицу хлебом не корми, дай только побродить в лабиринтах вешалок, сгребая в охапку тряпки. Натка от этого времяпрепровождения не только не устает – расцветает, как поникший бутон, окропленный живой водой.

У Машки к шопингу ровное отношение: надо – пойдет, не надо – и не вспомнит. Но сейчас ей как раз надо: у них с супругом скоро юбилей семейной жизни, двадцать лет – это серьезный срок, иным за убийство меньше дают.

К большому празднику подруге нужен достойный наряд, и выбирает она его на редкость придирчиво – мы с моим критическим взглядом уже устали ходить к ней в примерочные.

Но, разумеется, я не стала это говорить.

Спросила коротко и кротко:

– Где ты?

– На втором этаже.

– Через минуту подойду.

Срок своего прибытия я обозначила по старой памяти – в благословенные доковидные времена минуты мне как раз хватило бы, чай, не черепаха.

Теперь же пришлось постоять в небольшой очереди к вращающимся дверям, а за ними еще подождать, пока один из охранников, поставленных сканировать QR-коды, проверит мой медотвод.

Второй страж в то же время выпроваживал очень недовольную таким холодным приемом девицу – только что путем сканирования кода выяснилось, что она и не человек вовсе, а «цыпленок бройлер свежий, тушка, первая категория».

– Иди, иди уже, курица! – вполголоса напутствовал ее в спину сердитый охранник и пожаловался коллеге: – Надоели эти умники с кодами из супермаркета.

Я поднялась на второй этаж, зашла в нужный магазин и обнаружила подругу в примерочной. Не дождавшись меня, она вышла из своей кабинки и крутилась перед большим зеркалом, закрепленным в простенке. На ней было что-то бледно-розовое – Сашка сказала бы «пудровое», – скрывающее фигуру под легкими складками от шеи до пят.

– Это комбинезон. Шелковый. Очень модный, – мрачно пояснила Машка, поймав мой взгляд в зеркале. Судя по голосу и выражению лица, от очень модного комбинезона она явно была не в восторге. – Как тебе?

Я пошевелила бровями, потерла подбородок.

– Можешь не деликатничать, – разрешила Машка. – Ну? Ваш вердикт, судья Кузнецова?

– Выглядишь сказочно. – Я начала издалека. Хотя подруга и разрешила мне говорить прямо, к суровой правде следовало подобраться осторожно. – Похожа на Пряничного человечка…

– По-моему, на манекен Алены Малышкиной, – не согласилась подруга. – Знаешь, у нее в программе есть такие – мягкие, гладкие, розовые, отдаленно напоминающие человека.

Я машинально кивнула.

Кто же не знает Алену Малышкину – доктора всех телевизоров!

– Только вчера она на таком манекене показывала, как прививка всасывается в организм и начинает там гонять антитела и создавать надежную защиту против вирусов. Очень зрелищно, – брюзгливо продолжила Машка и, ловко сложив пальцы правой руки пистолетиком, решительно расстреляла с локтя, с бедра и с колена свое собственное отражение. Вернее, конечно, воображаемые вирусы.

– Это же прекрасно? – сказала я неуверенно. – Ты будешь ассоциироваться со здоровьем, точнее, с борьбой за него. А в наше суровое время это…

– Ой, молчи уже! – Машка отвернулась от зеркала и пошла в кабинку, на ходу со свистом расстегивая молнию оздоровительного комбинезона.

– Ты побыстрее там! – взбодрившись, покричала я ей вслед. – Опоздаем – Плевакин будет гонять нас, как хваленая прививка – те самые вирусы!

Машка фыркнула, с треском задернула за собой занавеску, которая тут же вспучилась горбом и пошла волнами, выдавая энергичные движения переодевающейся подруги.

Я машинально повернулась к зеркалу и осмотрела себя. Ну, ничего так. На Пряничного человечка не очень похожа. На Алену Малышкину, впрочем, тоже, а жаль. Главная телевизионная докторша – прекрасный образец для подражания. Каждая российская дама в возрасте за сорок смело может принимать ее за идеал.

Уж не знаю, на самом ли деле она профессиональный медик, но как женщина доктор Малышкина очень приятная, милая, красивая. Никогда не появляется на экране в одном и том же платье, всегда очень убедительно разыгрывает свои постановки и кукольные представления на тему здоровья…

Купить, что ли, себе какую-нибудь обновочку?

Я покосилась на длинную вешалку с разномастными тряпочками, забракованными потенциальными покупательницами сразу после примерки.

Вот эта плиссированная юбочка очень миленькая. Просто мечта принцессы. К ней бы еще корону…

В смысле, не вирус, конечно, а царственное украшение на голову!

Тьфу ты, что я все о вирусе да о вирусе?!

– Идем! – Машка вылезла из кабинки, как весенний медведь из берлоги – деловитая и хмурая. – Завтра в соседний магазин зайду, посмотрю там что-нибудь подходящее. Время у меня есть.

– Там разве не молодежная мода? – Я поспешила за подругой и едва не влипла в ее спину, когда она вдруг резко остановилась.

– Ну? А я что, по-твоему, старая перечница?

– Нет-нет, ты еще молода и прекрасна, но там размерный ряд заканчивается XL, а это бывший российский сорок восьмой, причем маломерный! Китайцы же шьют…

Говорю же, у меня доверительные отношения с юной дочерью – блогером, специализирующимся на моде и красоте. Она мне много чего рассказывает…

– Я же сказала: время у меня еще есть. – Машка отмерла и сразу стартовала с ускорением. – Куплю наряд на размер или два меньше – как раз будет стимул похудеть к торжеству.

– Логично. – Я сдалась.

В конце концов, это не мне придется сидеть на диете, чтобы новый наряд в самый ответственный момент праздника не разъехался по швам.