Не причиняя зла (СИ) - Узун Юлия - Страница 71

— Это теперь так называется?

— Оп! Лиам, я была семнадцатилетней девственницей. Представь девочку, которая вот-вот окунётся в большой и страшный мир. Я до усрачки боялась насилия. Денис сделал всё аккуратно… Ладно, не ревнуй! Это было один раз и давно.

За завтраком мы рассуждали о том, как будем справляться без помощи Дениса. Лиам показал мне два фальшивых паспорта: норвежский и австралийский.

— Что ты думаешь об Австралии? Там много места, где можно спрятаться. Заляжем на год-другой. Купим ферму? С кенгуру!

Я звонко расхохоталась.

— Ты ведь шутишь!

— Разве ты не знала, что ведущее место в сельском хозяйстве Австралии принадлежит наиболее старой отрасли? Какой? Правильно — животноводству.

— Но не кенгуру же! Давай орехи выращивать?

— Нет, это скучно.

Шутки и веселье — это хорошо, но моё настроение падало от одной только мысли о выезде. Одной всё же проще.

— Нам надо хорошо продумать маршрут. На паспортном контроле у меня всегда коленки трясутся от страха.

— Эй, у меня идея. — Лиам прожевал, облизал губы, затем взял колечко сухого завтрака и мой палец. — Эла Демирель, выходи за меня замуж официально. Можем сделать это в Вегасе. Там никаких заморочек не понадобится. — Он надел колечко на мой пальчик, приподнялся, чмокнул в губы. Я расплылась в улыбке. Потрясающее предложение! — Мы будем называться мистер и миссис Пэриш. Всё! И никаких фальшивых паспортов. Никакой фальшивой жизни! Только реальность. Ну как? Ты согласна?

Моя улыбка растаяла.

Если бы всё было так просто.

***

Папуа — Новая Гвинея, г. Порт-Морсби

2019 год

Гавань «Фейрфакс» покоилась в предрассветном сумраке города. Залив Папуа удивлял своим спокойствием. Различные суда: лодки, яхты, катера — едва покачивались на слабых волнах.

Я дрожала, но вовсе не от холода. Нервное напряжение спало, сразу навалилась чудовищная усталость, я ужасно хотела спать, и ноги отказывались идти. Засохшая грязь на голенях превратилась в свинец.

Никто за мной не гнался, но я всё равно озиралась, стоило услышать чей-то кашель на той стороне дороги или если вдруг меня нагонял бегун, решивший подтянуть своё здоровье.

В руке я крепко сжимала ключ от катера Семёна. Он оказался у меня совершенно случайно. Обычно он не доверял хранение личных вещей мне, но в последнее время он учил меня управлять катером, что пришлось кстати. И ключик в моём кармане — дар свыше, не иначе. Вчера утром мы снова прокатились по заливу, а потом Семёну позвонили и срочно куда-то вызвали, он оставил катер на меня и уехал. В обед мне даже в голову не пришло вернуть ему ключ. Мы и не заговаривали на эту тему. А теперь я удираю от Махмуда, и катер — единственный мой шанс спрятаться и отсидеться.

Я переживала из-за того, что в баке может оказаться мало бензина. Заправляться у меня не было времени. Пока что я шла по полупустой гавани, но это не значило, что меня не поджидают где-то в кустах. Однако выбора не было. Надо уметь рисковать.

Я действовала не спеша. Провернула все махинации, которым меня научил Семён, отвязалась от причала, завела мотор и аккуратно отъехала.

То ли из-за усталости, то ли из-за ощущения опасности я никак не могла сосредоточиться. Звук мотора рассекал воздух и разносился по округе. Наконец, мне удалось разобраться в приборах и вывести катер в залив. Прибавив газу, я помчалась подальше от «Фейрфакс» и этого города.

Из-за шума двигателя я не сразу поняла, что кроме меня в заливе есть ещё кто-то. Я была увлечена картой и навигатором, пыталась разобраться, куда мне направить свой водный транспорт.

Опомнилась я, когда первая пуля попала в подшивку катера и отрикошетила в воду.

— Да быть этого не может! — возмутилась я, увидев другой катер, преследовавший меня и едва не наступавший на пятки. А потом выругалась. Они начали стрелять. Идиоты, мёртвая Эла не скажет, где деньги спрятала!

Пригнулась, встала на четвереньки и поползла туда, где лежали спасательные жилеты. Надев на себя один, попыталась снова добраться до управления. Стрелять перестали, а когда я выглянула, катер отдалялся. Кажется, у них ЧП. Не теряя ни минуты, поддала газу.

Острый нос рассекал воду. Два катера мчались, будто дети — наперегонки. Только в моём случае, это всё же «догонялки». Они нагнали меня уже через пять минут.

Выстрел! Другой!

— Всё никак не угомонятся, сволочи! Думают, раз находятся в Папуа, значит, им ничего не будет?

Снова присела так, чтобы подальше от двигателя, который в любой момент мог подорваться.

Что они хотят? Ранить меня? Убить? Мой взгляд приковал монитор, а под ним приборная доска. Вдруг меня посетила догадка, что они хотят попасть именно туда. Что ж, им придётся сначала меня убить.

Встала и, трясясь от страха, шагнула к штурвалу. Прямо под пули. И вот снова — они перестали стрелять. Я нужна им живая!

На экране навигатора мигала красная точка. Это земля. Но я не была уверена, что высаживаться на сушу будет правильным решением. Однако в баке осталось мало бензина. Далее встал вопрос, что лучше — выжить в воде или на суше?

— Эла Демирель! — заорал в рупор чей-то до боли знакомый голос. Его ломаный русский я узнаю даже во сне. Махмуд. — Бесполезно убегать. Вам не скрыться! Заглушите мотор и поднимите руки!

— Ага, разбежалась, — пробурчала себе под нос. — Что я и подниму, так это средний палец.

Впереди показался берег. Я напрягла мозги. Как же поступить?

Думай, Эла, думай!

***

Южная Корея, г. Чеджу

2022 год

— Где ты нашёл этот фартук?

— А тут, за углом, есть классный магазинчик всякой всячины. Там и купил. Тебе не нравится панда?

Я снова хихикнула. На столе стоял пакет с продуктами. Когда я сказала, что Хоа и Шин придут на ужин, Лиам вызвался добровольцем приготовить самые лучшие блюда для этого вечера.

— У этой панды есть что-то общее с тобой.

— Отлично. Мы с пандой станем одной командой в непростом кухонном деле. Кстати, — Лиам полез в карман, — в том самом магазинчике я нашёл… колечко, которое нельзя съесть на завтрак.

Я застыла с пучком петрушки в руке. Кольцо не являлось драгоценным — обычная корейская безделушка. Но одно то, что Лиам подумал о том, что мне стоило бы носить доказательство его предложения, привело меня в восторг. Он освободил мои руки от зелени и надел посеребрённое колечко на безымянный палец.

— Ты уверен, что хочешь жениться на девушке, которая называла тебя ослом?

— Если тебя это успокоит, то руку и сердце тебе предлагает мужчина, который называл тебя курицей.

— А… почему курица-то?

Лиам отошёл к разделочному столу, взял нож, включил музыку и занялся рыбой, напевая веселую мелодию, едва попадая в ноты. Сначала я сверлила его взглядом. «Курица, значит. Как снесу тебе яичко, да непростое… посмотрим, как запоёшь. Петушок!» А потом постепенно мой взгляд потеплел. Лиам так забавно крутил бёдрами в этом фартуке с пандой. Иногда он поглядывал на меня и подставлял нож ко рту, будто он поёт в микрофон, а я его зритель. Через мгновение я покатывалась со смеху.

Спустя час на плите стояли кастрюльки с соусом Бешамель в одной, и с бульоном в другой. Из духовки выходили аппетитные запахи рыбы. Приятные мелодичные звуки музыки очаровывали и заставляли двигаться в такт. Я помогала Лиаму чистить фрукты для десерта, но он то и дело меня задевал бедром, приглашая танцевать.

В какой-то момент я не выдержала и, хохоча, пустилась вместе с ним в пляс. Мы дурачились, обкидывали друг друга мукой, обмазывали лица майонезом или шоколадной пастой (смотря, что под руку попадало). А потом, когда выдохлись, прижались друг к другу и целовались. Я повисла у него на шее, стараясь не трогать волосы грязными и липкими руками. Лиам вообще не дотрагивался до меня, ибо в одной руке был помидор, а в другой — нож.