Волшебный мелок - Хопп Синкен - Страница 15

6. Юн и Софус зарабатывают деньги

Юн и Софус отряхнули с себя цветочные лепестки и спустились с паровоза, который все еще пыхтел и трясся от напряжения. Они поглядели кругом. Все было точно так, как в сказке: повсюду спали люди — спали, сидя, спали стоя. Спали собаки в конурах, кони на конюшнях. В гараже храпели автомашины. Один человек уснул с сигарой во рту, и над его головой, точно серая туча, застыл дым. Радио было включено, мальчики слышали, как диктор говорит во сне. Старый граммофон без конца играл одну и ту же песенку:

Один генерал, по имени Пер, спал, лежа головой в пруду. Когда он выдыхал, слышно было «буль-буль-буль» и наверх поднимались большие пузыри. У генерала были рыжие усы, они плавали на поверхности воды. Толстый красный нос торчал из пруда, будто островок.

Столы и стулья тоже спали. А шлангу для поливки газонов приснилось, что он удав, и он напал на садовника.

В высокой башне, на самом верху, они нашли принцессу. Она была не такая уж красивая. Но это, должно быть, потому, что принцесса постарела и не завивала волосы, пока спала. Софус хотел сразу же поцеловать ее, но Юн поймал его за руку.

— Ты с ума сошел! — воскликнул он. — Если ты ее поцелуешь, она проснется — и тогда сказке конец!

— Да, но зато я женюсь на ней и получу полцарства.

— Тебе этого так хочется?

— Ни чуточки! Но во всех сказках есть шикарный парень, который целует принцесс, а здесь, кроме себя, я не вижу шикарных парней.

— Верно! — сказал Юн. — Я тоже. Но на что тебе какие-то полцарства? По-моему, паровозы гораздо интереснее. Было бы куда шикарнее, если б мы, скажем, заработали много денег и купили собственный паровоз.

— Что ж, может, ты и прав, — согласился Софус. — Я тоже не прочь разбогатеть…

И надо же было случиться, что как раз в это время Софус нечаянно начертил палочкой волшебную закорючку! В тот же миг они со всех ног бросились в королевскую канцелярию, поскорее нарисовали большой плакат и повесили его у входа во дворец, там, где «Девятка» пробил дыру в стене. Вот какой у них получился плакат:

У ворот они поставили билетную кассу, во дворе замка открыли ресторан, где дети могли купить мороженое, лимонад и леденцы, а взрослые — сосиски с горчицей. Здесь было много девушек-официанток, а на паровозе стоял повар в переднике и высоком белом колпаке и готовил кофе. Воду он брал из паровозного котла, котлеты и шницели жарил прямо в топке. Как только кофе отстоится, паровоз давал гудок.

Ресторан был очень аристократический, и туристы толпами валили туда. Каждый вечер в 18.00 и 20.00 начиналось представление. Музыканты играли на шипе-лях, национальном инструменте Розвегии. Софус бил в барабан или играл на скрипке, а Юн читал лекции о великих писателях спящего королевства.

Туристы все прибывали — на автобусах, поездах, самолетах. Некоторые приходили пешком, другие приезжали на велосипедах или мотороллерах. Один прикатил даже на роликовых коньках. Из Индии приехал на двух слонах магараджа. На одном слоне сидел он сам, на втором — три его самые красивые жены. Из Африки прибыл на носилках знаменитый охотник. У него было большое ружье и живой крокодил в клетке.

Одна пожилая дама привезла с собой кота. Его звали Теофил.

К счастью, Юн и Софус догадались огородить принцессу прочной проволочной сеткой, так что никто не мог ее поцеловать.

Юн чаще всего сидел в канцелярии и занимался бухгалтерией: писал в книге с большими страницами для доходов и маленькими для расходов. Софус был старшим кассиром и обзавелся огромной кожаной сумкой, как у кондуктора. Иногда он писал стихи, чтобы печатать в газете — в рамочке, с рисунком наверху, по которому сразу было видно, что это Настоящее Большое Искусство. По вечерам он пел свои стихи с террасы. Старый генерал булькал в пруду, и пузыри казались в свете множества прожекторов красными и синими. С «Девятки» доносился запах кофе — пятьдесят эре чашка, а садовый шланг, которому снилось, что он удав в джунглях, извивался восьмикратной восьмеркой вокруг большой клумбы!

Однажды вечером Софус спел ужасно печальную песню, и все, кто слушал его, заплакали. Магараджа и его три жены плакали в три ручья так, что слоны набрали полные хоботы драгоценных княжеских слез, а обыкновенные туристы утирали глаза платочками. Но один рыдал громче всех. Юн пошел на звук и увидел крокодила. Как раз перед отъездом охотника крокодил выбрался из клетки и спрятался. Теперь он лежал под столом и плакал, прикрыв глаза лапами. Юн поманил его и запер в ванной. После этого Юн и Софус решили, что умываться больше не стоит.

7. Софус теряет голову

Пока все это происходило, мальчики часто вспоминали своего старого друга Кумле, но у них было столько дел, что они даже ни разу не собрались в город поискать его. И вот однажды Кумле явился сам, в своей коричневой шубе, и спросил, не может ли он чем-нибудь помочь. Он рассказал, что сначала пошел на радио, но редактору не понравился его голос. Дескать, очень скрипучий, к тому же у Кумле нет «микрофонного обаяния». Кумле ответил: «Ну и пусть, я вовсе не хочу никого оБАЯНивать, оГАРМОНЬивать, объегоривать». Сказал, что все равно не станет выступать по этому паршивому радио, даже если его будут умолять. Ни за что! Наотрез откажется, хоть бы сам папа римский уговаривал.

Юн и Софус сказали, что совершенно согласны с ним.

— Правильно, не пой для них, — говорили они. — Даже в мультфильмах не снимайся, так им и надо.

Потом Юн спросил, чем же Кумле все-таки думает заняться.

И Кумле ответил, что купил себе типографию, так что теперь он книгопечатник. Мальчики очень обрадовались. Выходит, он может напечатать путеводитель по дворцу-музею принцессы Шиповничек, а они будут продавать этот путеводитель туристам. Кумле охотно согласился и немедленно принялся за дело.

Но оказалось, что печатать книги труднее, чем он думал. Кумле подобрал нужные буквы, но они не всегда ложились на свое место, а некоторые даже становились вверх ногами. Самая важная была первая страница, поэтому над ней он бился особенно долго. Вот что получилось:

— Ух, как здорово! — сказал Юн. — Я и не подозревал, что ты так хорошо знаешь иностранные языки. Что же тут написано?

Написано: Дворец Шиповничка. Издание Кумле. Специальный книгопечатник дворца-музея. Кумле очень гордился собой.

— Ты бы все-таки навел порядок среди букв, — сказал Юн. — А то они стоят не совсем правильно, да и не хватает некоторых.

— Ничего, — ответил Кумле. — Это и есть то, что называется «свобода слова». Как хочу — так и пишу!

— Я предложу тебе работу, с которой ты, по-моему, справишься лучше, чем с книгопечатанием, — сказал Юн. — Мыть автомашины. У нас тут есть один человек, его зовут Мйккель. Он продает туристам бензин, и ему нужен помощник.

— Ну что ж, я могу, раз ты просишь, — сказал Кумле. — Но все равно я хочу быть печатником. Когда-нибудь я стану страшно знаменитым книгопечатником.

— Ты тоже хочешь стать знаменитым? — спросил Юн.

— «Хочу»? Я просто стану, и все. У меня такое чувство.

— Не иначе, ты заболел, — сказал Юн. — У тебя температура. Я схожу за градусником и измерю ее.