Капер - Стирлинг Стивен Майкл - Страница 53

– Брат капитан, – произнес старпом. Он не кричал, но настойчивость в его голосе ясно показывала, что ему бы очень хотелось. – Мы должны отступить! Если гравитация пульсара нас прихватит, нам конец!

Оппенгеймер встал и со всего размаха влепил старпому пощечину.

– Судьба, – прошипел Венец Целомудрия, – непременно вмешается. Судьба спасет нас и позволит нам презрительно посмеяться над неверующими. Ибо Судьба, – проревел он, – на нашей стороне!

Капитан буквально пожирал глазами старшего помощника, позволяя проявиться всей ненависти, которую он к нему питал. – Если никакого достойного вклада вы внести не способны, лучше молчите. – С надменным видом Оппенгеймер снова занял свое кресло. – Докладывайте! – рявкнул он техникам.

– Они идут дальше, – качая головой, сказала Ван. – Идиоты несчастные.

Каверс вынужден был с ней согласиться. Подходить так близко к нейтронной звезде на корабле, столь поврежденном, было равносильно самоубийству.

Момент истины наступил с леденящей сердце внезапностью. Они обогнули звезду, как и запланировала Люрман. Все члены команды затаили дыхание, когда рулевой запустил моторы.

Капитан сразу почувствовал перемену в поведении корабля, которая ясно указывала на то, что подключился еще один мотор. Он улыбнулся, не нуждаясь в устном подтверждении Скиннера, что у механика все получилось. Почуяв какую-то плавность в новой стати «Непобедимого», Каверс понял, что они победят в этом бою.

– Высший балл, мистер Скиннер, – сказал он, как только лицо старшего механика появилось на экране. – Отличная работа.

– Благодарю вас, сэр. Конец связи.

Стрелой вылетев из-за крошечного пульсара, «Непобедимый» понесся обратно к прыжковой точке.

– Брат капитан, – с трудом выговорил техник. Щеки его были бледны, а в ушах все еще звенели крики собратьев. – Сопровождавший нас истребитель был… поглощен пульсаром.

Все люди на капитанском мостике повернулись посмотреть на Оппенгеймера, а поскольку все они до единого знали, что «Стрела Судьбы» скоро разделит судьбу истребителя, в глазах у них было осуждение.

Капитан вскочил на ноги, сжимая кулаки. Лицо его побледнело от бешенства.

– Это потому что ни в ком из вас нет веры! – выкрикнул он. – Если бы вы истинно веровали, Дух Судьбы никогда бы нас не оставил!

– Нет, это не потому, – с ледяным спокойствием человека, понимающего, что скоро умрет, проговорил старпом. – Это потому что вы идиот.

Оскалив зубы, Венец Целомудрия развернулся к нему лицом.

– Негодяй! – жутким шепотом произнес он. – Я отказываюсь умирать на одной палубе с такой мразью, как ты! – Оппенгеймер стал подступать к старпому. – Я должен своими руками тебя убить!

Молодой человек с презрительной легкостью сбил капитана на палубу, а когда тот в изумлении поднял голову, то выяснил, что смотрит в крошечное дуло игольника.

– Не думаю, брат капитан. – Старпом немного сузил глаза. – Мне кажется, нам следует выслать вас вперед, чтобы вы задали Духу Судьбы один интересный вопрос. Спросите его за нас: почему, если Судьба на нашей стороне, она такого кретина, как вы, сделала нашим вожаком?

Оглядев членов команды на капитанском мостике, старпом увидел на всех лицах согласие. Один из техников посмотрел ему прямо в глаза, затем опустил взгляд на игольник в руке старпома и губами обозначил слово «пожалуйста».

Старпом выстрелил в капитана, а затем одного за другим убил остальных. Поднимая игольник к своему виску, он ощутил прилив жалости к другим членам команды и их ужасной судьбе, пока корабль несся навстречу нейтронной звезде.

«Если это и не милосердно, то по крайней мере быстро», – подбодрил себя старпом и нажал на спусковой крючок.

«Непобедимый» тихо лежал в дрейфе в пустынном секторе на мокакской территории, и все члены его команды молились о том чтобы на свете все-таки существовала такая вещь, как пустынный сектор мокакской территории.

«Я знаю, что такая вещь существует, – думал Каверс. – Космос на самом деле очень велик. Даже те его жалкие клочки, которые мы, люди, предположительно считаем своими, куда больше того, что мы реально можем охватить».

Он оглядел стол для заседаний, за которым расположились его старшие офицеры; на всех обращенных к капитану молодых лицах лежала печать усталости. Там совсем не чувствовалось того головокружительного облегчения, которое обычно приносит победа. Цена этой победы была слишком велика.

Для приведения в рабочее состояние всей их артиллерии потребовалась бы экспертиза такого уровня, какого личный состав «Непобедимого» просто обеспечить не мог. Даже бесподобная Роббинс заявила, что это за пределами ее возможностей; по крайней мере, в разумных временных рамках.

Но самые худшие вести пришли от главного механика.

– Капитан, – порозовев от стыда, произнес Скиннер. – Второй мотор реального пространства полностью выжжен. – Губы его вытянулись в струнку. – Потребуется его полная замена. – Затем он сделал очень глубокий вдох и посмотрел Каверсу прямо в глаза. – Но что еще хуже, сэр, это что горючего у нас только на то, чтобы вернуться назад на базу «Онтарио».

Услышав об этом, все буквально оцепенели.

– Благодарю вас, люди, – сказал Каверс, аккуратно откладывая перо, которым он делал заметки. – Мисс Люрман, вы проложите для нас курс к базе «Онтарио». Есть что-то еще? – спросил он. Холодные серые глаза капитана обвели весь стол; заглянуть в них никто не отважился. – Тогда все свободны.

Один за другим все офицеры вышли за дверь, кроме Ван Чунь-мэй, которая присела и внимательно наблюдала за капитаном.

Когда дверь наконец закрылась, Каверс положил ладонь себе на лицо и потер воспаленные глаза Он тоже был до предела измотан. «Я знаю, что еще слишком молод для отставки, – подумал капитан, – но все равно чувствую себя стариком».

– Множеству славных ребят придется из-за нас голодать во тьме, – мрачно произнес он.

Ван хмыкнула, а когда Каверс вопросительно поднял брови, она укоризненно покачала головой.

– Должно быть, вы очень устали, сэр, – сказала она, и на ее губах заиграла легкая улыбка.

Капитан выпрямился в кресле, глаза его требовали объяснения. На сей раз Ван откровенно заулыбалась.

– Вы не забыли, сэр, кого вы на том астероиде оставили командиром? – Она опять покачала головой. – На вашем месте я бы не стала так быстро сбрасывать со счетов коммандера Редера. Я также не стала бы думать, что он станет дожидаться, пока его люди начнут варить свои ботинки в шлемах. Напротив, я ни секунды не сомневаюсь, что черт его знает, как, но славный коммандер с триумфом вернется домой Ведь на его стороне нечто большее, нежели просто ум и сноровка.

– Да? – после паузы произнес Каверс. – И что же это?

Ван Чунь-мэй так широко ухмыльнулась, что ее аккуратный носик сморщился.

– На его стороне удача, сэр!

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

– Ффу! – скривился Редер, прибыв на борт тюремного корабля и расстегнув шлем. – Это еще что?

– Так, ничего, – устало отозвался Падди. – Просто пацаны, которые наверху, против такой обширной компании резко возражают и решили свои чувства проявить.

– Каким образом? – выдохнул коммандер, зажимая нос.

– Честно говоря, коммандер, мне бы и знать не хотелось, – ответил Падди.

– Но ведь они сами этой же дрянью дышат!

– Уж очень они расстроены, сэр, – качая головой, объяснил старшина. – Хотя для них, по-моему, все не так скверно, как для остальных. Воздухообменник там так устроен, чтобы удалять испарения, а остальная часть корабля вроде как под склад отведена, и система там куда более примитивная. – Он развел руками. – Понимаете, на складе не обязательно должно розами пахнуть.

– Какие будут предложения? – поинтересовался Редер.

– Может, сломать дверь и самим воздуховоды прочистить? – Падди опять развел руками.