Независимый отряд - Стирлинг Стивен Майкл - Страница 4

Просто мне кажется, что она держит меня здесь немного дольше, чем нужно, только и всего.

– Ладно, я сделаю, что смогу, – пообещал Редер.

Сара улыбнулась, и теперь ее глаза потеплели.

– Я в этом не сомневалась.

В этот самый момент живот Редера громко дал знать о себе, и они оба расхохотались.

– Давайте я провожу вас в ресторан, – предложила Сара, вставая и отряхивая шорты. – Это именно ресторан. Он слишком шикарный, чтобы его можно было просто столовой назвать.

Невысокая и смуглая, доктор Регина Пьянка создавала вокруг себя ауру квалифицированного благоразумия. Седина в ее волосах давала ей что-то в районе шестидесяти – ранний средний возраст по меркам Содружества, – а морщинки вокруг глаз указывали на чувство юмора и смешливость. Пьянка молча взирала на Редера; ее прямой и пристальный взгляд словно бы поощрял его к разговору-Они уже поговорили немало – о нем самом, о Саре и о «Непобедимом».

Под конец докторша сказала:

– Что же, мне очевидно, что с капитан-лейтенантом вы уже переговорили. Очень жаль, что вы не дали мне возможности заблаговременно поговорить с вами. Впрочем, очевидно, что никакого вреда здесь нанесено не было. – Она одарила его нежной улыбкой. – И в равной мере очевидно, что она очень много для вас значит. В личном плане.

– Она превосходный офицер, – отчеканил Редер.

Докторша громко рассмеялась, и Редер почувствовал, как краска заливает его лицо, одновременно раздражая его и смущая.

– Извините, коммандер, – сказала Пьянка. – Сара Джеймс действительно превосходный офицер. Ваш капитан специально позвонил, чтобы об этом сообщить, а также указать на тот факт, что она должна быть допущена к исполнению своих обязанностей, прежде чем ваш корабль покинет Наобум. Она по этому поводу тоже заметно нервничает. – Докторша искоса глянула на коммандера, и ее полные губы слегка искривились в лукавой улыбке. – Так что вы в связи со всем этим думаете, коммандер?

– Мне кажется, у нее все замечательно, доктор, – мгновенно ответил Редер. – И

«Непобедимому» ее способности совершенно точно не помешают.

– Да, – сухо сказала Пьянка. – Не сомневаюсь, что не помешают. – Она подалась вперед и сложила руки на столе. – Суть в том, коммандер, что после того, через что эта девушка прошла – через напряжение, стрессы и тому подобное, – она до предела измотана. Теперь она прилично отдохнула, и ей уже намного лучше, чем раньше. Однако я думаю, что капитан-лейтенанту потребуется по меньшей мере еще две недели, прежде чем она сможет вернуться к исполнению своих обязанностей.

– Капитан-лейтенант очень озабочена тем, что может потерять свое место на «Непобедимом», мэм.

Пьянка понимающе кивнула.

– Я знаю об этом, коммандер. Сара была со мной достаточно откровенна. – Докторша посмотрела куда-то вдаль и, похоже, сдержала улыбку.

– У нее есть способы это выразить, – медленно произнес Редер, припоминая несколько красочных примеров.

Пьянка откровенно улыбнулась, и ее темные глаза заискрились.

– Да, действительно, молодой человек, она постоянно это делает. Вот почему, – тут докторша хлопнула ладонями по столу, – я запросила вашу помощь у капитана, который с великой неохотой согласился вами пожертвовать.

– Но мэм, – запротестовал Редер, – ведь таким образом корабль лишается сразу двух офицеров…

– Да, в самом деле. Я прикинула, что таким образом срок стоянки «Непобедимого» составит по меньшей мере две недели.

– Пожалуй, мэм, – с кратким, неодобрительным кивком согласился Редер.

– Вот и прекрасно, – отчеканила Пьянка. – В таком случае рада вам сообщить, что в течение следующих двух недель терапия капитан-лейтенанта будет состоять из совместного с вами отпуска за государственный счет. В конце этого отпуска, который я вам настоятельно рекомендую заполнить всевозможными забавами и наслаждениями, коммандер, я допущу Сару Джеймс к исполнению ее обязанностей. – Докторша одарила его лукавой улыбкой. – К тому времени весь необходимый ремонт будет закончен, и все вы сможете улететь на поиски новых славных подвигов.

Редер сидел с таким видом, как будто его телеграфным столбом по голове треснули.

– Благодарю вас, мэм, – ошалело отозвался он.

– Не стоит, коммандер, – с улыбкой сказала Пьянка. Затем, уже более серьезно, она пояснила: – Нервное истощение – это вполне реальное состояние, коммандер. Со временем моя пациентка сама восстановится. Она молода, гибка и податлива, так что здесь не может быть никакого сомнения. Но я предпочитаю отправить ее обратно на службу полностью восстановившейся. Так будет лучше для всех.

– Да, мэм, – согласился Редер.

– Я бы так или иначе продержала ее здесь еще две недели. – Докторша подняла палец, предвосхищая его протест. – Но в таком случае ваш корабль, если учесть скорость, с какой у вас там идет ремонт, уже наверняка бы отчалил. Это плюс к тем страданиям и стрессам, через которые прошла Сара. Однако, – тут Пьянка указала пальцем на коммандера, – если вас на «Непобедимом» не будет, ремонт существенно замедлится. Ваш капитан меня в этом заверил. Эти соображения вкупе с вашей в высшей степени благотворной для капитан-лейтенанта компанией должны отвлечь ее разум от лишних тревог и заставить окончательно расслабиться. – Докторша откровенно рассмеялась, увидев выражение лица Редера. – Так что я вас очень прошу, – Пьянка махнула рукой, – поразвлекайтесь немного.

Обалделый Редер встал из кресла – и только на полпути к двери вспомнил, что ему надо сказать:

– Благодарю вас, мэм.

– То есть, меня выписывают? – спросила Сара. Глаза ее были круглыми, а в голосе ясно звучало изумление.

– Ну да. – Вид у Редера был самодовольный. «Черт побери, – подумал он, – да ведь я иначе как самодовольным себя и не чувствую. Можно подумать, я сам все это устроил, а не просто новости передал».

– Но «Непобедимый»… – запротестовала Сара.

Редер замахал руками как ветряная мельница, и у него тут же сделался вид крупного транжиры и мота.

– Не наша проблема, – со щедрой беспечностью сказал он. – Пьянка говорит, вы от нервного истощения страдаете. Да-да, я знаю, – кивнул Питер в ответ на ее косой взгляд. – Я тоже не очень это понимаю. Но благодаря вашему истощению нам на следующие две недели прописан совместный отпуск.

– Ур-ра! – крикнула Сара и бросилась ему в объятия. – А вы умеете на водных лыжах кататься?

– Не-а.

– А на коне скакать?

– Гм… самую малость.

– А как вам пеший туризм? В теннис вы хотя бы играете? А как насчет гольфа?

– Ну-ну, не так быстро. А то я даже не успеваю вспомнить, о чем идет речь.

– А чем бы вам прежде всего хотелось заняться? – спросила Сара, буквально гудя от сдерживаемой энергии.

– Ленчем! – ответил Питер. – На пустой желудок нельзя столько решений принимать. А кроме того, у нас есть целых две недели, чтобы показать доктору Пьянке, что такое на самом деле нервное истощение.

– Гедонист, – ухмыльнулась Сара.

– Спортсменка, – отозвался Питер.

Ясный лунный свет серебрил водопад и лежащее внизу озеро. Питер и Сара расположились бок о бок на зеленом склоне холма, а рядом с ними валялись остатки роскошного пикника. Прошедшие десять дней оказались просто чудесными, полными всевозможных забав и наслаждения славной компанией друг друга.

Сара приподнялась на локтях и запрокинула голову, чтобы поглазеть на звезды. Редер, лежа рядом с ней на траве, глазел вместо этого на Сару, любуясь рыжеватым потоком ее волос по голым плечам.

Затем, сделав глубокий вдох, повернулся набок.

– Чувствуешь запах? – спросил он.

Сара повернулась на него посмотреть. Луна светила ей в затылок, и лицо оставалось темным, но Питер все равно видел, как искрятся ее глаза. Или так ему, по крайней мере, казалось.

– Запах чего?

– Запах травы, деревьев, цветов, воды, почвы – самой жизни. Я его просто обожаю.

Сара улыбнулась.

– Пойми меня правильно, – поспешно сказал Редер. – Я бы никогда не смог просто землю топтать. Я люблю «Непобедимый».Но порой… – Он немного помолчал, глядя на звезды. – Порой я по всему этому скучаю.