Независимый отряд - Стирлинг Стивен Майкл - Страница 18

Очень скоро они оказались у входа в палатку, где средних лет мужчина в пыльном синем комбинезоне сидел за регистрационным столом. Перед ним лежали перо и блокнот.

– Послушайте, – обратился к нему Питер, – у нас тут женщина, которой срочно требуется медицинская помощь.

– Фамилия? – спросил мужчина.

– Мы не знаем. Она была без сознания, когда мы ее нашли.

– Могу я видеть ее документы? – Даже не глядя на Редера, он протянул руку.

– У нас нет ее документов. Ее дом почти целиком обрушился. Откровенно говоря, мне не кажется, что в подобных обстоятельствах ей нужны какие-то документы. – Питер уже начинал слегка раздражаться. «Должно быть, я сам немного в шоке, раз сразу бюрократа не распознал», – подумал он.

– Послушайте. – «Слушай, придурок», – мысленно добавил коммандер. – Этой женщине, – он обеими руками указал на фигуру на носилках, – нужна помощь.

Мужчина сделал скучающее лицо.

– Она гражданка?

Редер на мгновение задохнулся, хотя на лице у него ничего такого не отразилась. «Этот парень серьезно?» – задумался он.

– Гражданка чего?

– Планеты Наобум, разумеется, – официальным тоном отозвался мужчина. – Поскольку наши возможности весьма ограничены, в первую очередь обслуживаются граждане.

– Мы нашли ее на втором этаже здания на краю города. Так что я думаю, резонно предположить, что она не только гражданка, но и чертовски богатая гражданка.

Чиновник принялся разглядывать собственный нос.

– Но доказательств этого вы предъявить не можете, – произнес он. Тон мужчины предполагал, что уж ему-то Питер никакой липы не подсунет.

Редер слегка расставил ноги и упер руки в бока.

– Можно тут с кем-то еще переговорить? – спросил он. – С кем-то, у кого нормальное человеческое сочувствие имеется?

Бюрократ сузил глаза и указал своим пером на коммандера.

– Вы ведь военный, не так ли?

– Я гражданин Содружества, – ответил Редер, чуть подаваясь вперед. – Как и эта женщина.

Которая, как гражданка Содружества, имеет право на пользование всеми общественными службами вместе и каждой в отдельности.

– Это еще как сказать, – проговорил мужчина, медленно поднимаясь, чтобы встать нос к носу с Редером.

Питер аж отшатнулся.

– Так вы полагаете, она из мокаков?

Бюрократ самодовольно улыбнулся, выпрямил спину и явно приготовился произнести назидательную речь.

– Доктор! – заорал Редер и махнул рукой, веля своему отряду входить в палатку. – Нам нужен доктор, эта женщина без сознания. – Он взял маленькую девчушку у Саттон и передал ее медсестре. -

Доктор! – повторил коммандер, и женщина в белом халате подняла на него взгляд.

Он подошел к ней, взял ее за руку и указал на женщину на носилках.

– Эта дама находится без сознания с тех пор, как около часа тому назад мы ее нашли. У нее также очень скверный перелом руки. Вы ее не осмотрите?

Докторша кивнула и направилась к носилкам.

– Где нам ее положить? – спросил у нее Редер.

– Боюсь, коек у нас больше нет, – ответила докторша. Затем она огляделась и указала на ряд шкафов. – Пристройте ее вон там. – Она начала осматривать раненую.

Редер подошел к медсестре, которая пыталась вернуть маленькую девчушку в объятия отнекивающейся Саттон.

– Эта девочка – дочка той женщины, – объяснил он, указывая на носилки. – А это Пусик, – добавил он. – Все, мы пошли. – И, прежде чем медсестра успела сказать хоть слово, коммандер вывел свой отряд из палатки.

– Благодарю вас, сэр, – сказала Саттон. – А то я уже беспокоиться начала.

– Я тоже, лейтенант.

– Благодарю вас, капитан-лейтенант, – произнес коммандер Трент, с умным видом кивая. – Ваш рапорт достаточно полон.

– Благодарю вас, сэр.

Сара молча сидела перед коммандером, пока он что-то читал у себя на мониторе. Ей уже становилось довольно неловко от того, что он до сих пор ни разу не встретился с ней глазами.

– Думаю, лучшее, что я сейчас могу сделать, – твердо сказала Сара, – это вернуться к исполнению своих обязанностей на «Непобедимом».

– В самом деле? – пробормотал Трент. Его глаза ненадолго скользнули в сторону капитан-лейтенанта, но выше ее талии не поднялись.

– Так точно, сэр, – скрипя зубами, отчеканила Сара. От тона Трента ее уже воротить начинало.

Коммандер нажал несколько клавиш и нахмурился, ознакомившись с выведенной на экран информацией.

– Здесь говорится, – он нажал еще несколько клавиш, – что вы прибыли на Наобум для психологической оценки. – Трент повернулся и впервые посмотрел Саре прямо в глаза. На лице у него ясно читалось недоверие. Неужели она, капитан-лейтенант Джеймс, сочла его, коммандера Трента, таким идиотом, который может отправить душевнобольную на действительную военную службу?

– Это была обязательная оценка, потому что я побывала в плену у мокаков. Недолго, – добавила Сара, увидев, как Трент поднял брови. – Но прошлой неделе я была выписана и получила отпуск.

Поскольку очевидно, что этот отпуск я здесь больше проводить не могу, я должна отправиться туда, где я буду способна принести наибольшую пользу. – Она одарила его холодной улыбкой.

Трент откинулся на спинку стула, сложив руки на коленях, и опять воззрился на монитор.

– Я не нахожу здесь решительно ничего, что указывало бы на выписку.

– Вы можете связаться с моим лечащим врачом в лагере" Стикс», – сказала ему Сара. – С доктором Региной Пьянкой. Она…

Коммандер мотал головой, а на губах у него играла сочувственная улыбка.

– Боюсь, это невозможно, капитан-лейтенант. Вся гражданская электроника вышла из строя. Что такое электронные меры противодействия, вам, полагаю, известно. А допустить на службу офицера, подлежащего психологической оценке, своей властью я не могу. – Трент пожал плечами. – Мои руки связаны. Так что прошу прощения, – он повернулся обратно к экрану, – но здесь есть люди, которых я действительно могу допустить обратно на службу.

Сара встала. Ее буквально душил гнев, но она старалась этого не показывать.

– Чем же вы предлагаете мне заняться, пока вам все-таки не покажется, что меня следует допустить обратно на службу, коммандер?

Его тонкие губы неприятно скривились.

– Полагаю, вы найдете способ сделать себя полезной, капитан-лейтенант. Стоит только оглянуться вокруг, и вы обнаружите массу вещей, которые требуется проделать.

Сара браво отдала ему честь, а Трент ответил на это чем-то вроде простого помахивания. Тогда она развернулась «кругом» и вышла из его кабинета размером чуть больше сортира. Сара испытывала страшную злость и унижение. Неужели так будет всю ее оставшуюся карьеру? Неужели всякий раз, как какой-нибудь паршивый бюрократ увидит упоминание об обязательной психологической оценке, с ней будут обращаться как с неразорвавшейся бомбой?

«Как же я стану с этим жить, если все так и будет?» – задумалась Сара. Этот вопрос ей очень хотелось бы задать Пьянке.

– Сара! – К ней подбежал Питер. – Тебя уже допустили?

– Черта с два, – ответила она. – Доктор Пьянка так меня и не выписала. – Ее губы вытянулись в струнку. – Согласно компьютеру, я по-прежнему нахожусь в процессе психологической оценки, и коммандер Трент нипочем не даст мне отбыть на «Непобедимый».

Темные брови Редера подскочили чуть ли не до затылка. А глаза его молча спросили, шутит она или говорит серьезно.

– Так он, по крайней мере, сказал. – Сара развела руками. – А связаться с Пьянкой никакой возможности нет, потому что все гражданские коммуникации… – Она вздохнула. – Короче, ты сам знаешь.

– Положись на меня, – сказал ей Питер. – Подожди меня в вестибюле. В баре, ладно?

Сара с сомнением на него посмотрела.

– Брось, Питер, он уже не передумает.

– О вы, маловерные. – Редер быстро наклонился и чмокнул ее в щеку, а затем развернул ее голову в направлении вестибюля. – Иди и попробуй занять там столик. Я скоро приду.

Сара невесело усмехнулась и пожала плечами.

– Ну да, конечно, – сказала она. – Когда коммандер общается с коммандером, все по-другому.