Мое мерзкое высочество (СИ) - Питкевич Александра "Samum" - Страница 77

— Простите, отец, — как бы мне ни было больно, как бы привычки прошлых лет не требовали склониться и подчиниться, я все же стояла на своем.

На несколько минут повисло молчание, тягостное и плотное. Отец задумчиво рассматривал меня, затем перевел взгляд на поместье, оценив и двор, и стены.

— Думаю, твоя мать была бы счастлива, что все так вышло, — в голосе что-то изменилось. Теперь отец был спокоен. — Я вижу, что ты изменилась, Олив. Что ж, подобного я не ожидал, но должен признаться, что весьма доволен этим. Посол мне рассказал, как именно ты получила свой титул, и это стоит того, чтобы восхищаться и с гордостью назвать тебя моей дочерью.

— Ты не сердишься? — это не укладывалось в голове. Я ждала упреков, обвинений, а не восхищения и понимания.

— От чего же мне сердиться? Да, своей выходкой ты нарушила часть моих планов, но ничего такого, с чем бы я не сумел справиться. Все же, ты моя родная кровь и я сам учил тебя. Скажи мне, дочь, — в голосе мужчины появилась нежность, которой я не слышала больше чем десяток лет, с тех пор, как умерла мама, — ты счастлива тут?

Губы сами собой растянулись в такую сияющую улыбку, что я не сумела бы сдержаться, даже если бы попыталась. Мой ночной кошмар последних лет, превратившись вдруг в того человека, что когда-то качал меня на своих руках, кивнул, ответив теплой улыбкой.

– Я рад, моя прекрасная принцесса. Что ж, — запахнув плотнее плащ, как человек, справившийся со сложным делом, отец выпрямился, — тогда я не стану настаивать на визите в ТВОИ ВЛАДЕНИЯ, но надеюсь, что нам удастся спокойно поговорить через год, когда я приеду ставить новые интересные условия вашему конунгу. Мальчишке еще многому учиться.

Отец неожиданно подмигнул, совсем поставив меня в тупик. В одно мгновение меня словно из категории прислужников и инструментов, перевели в статус равных, что казалось вовсе невозможным.

— Я не стану объяснять своих поступков, дочь моя, — спокойно проговорил отец, уже развернувшись к повозке, что стояла в окружении слуг и стражи, — так как думаю, твоего ума хватит для понимания. Но я очень надеюсь, что у тебя так же хватит сил на прощение, если что-то из моих действий в твой адрес ты посчитаешь неверным. Очень надеюсь на это. До встречи, моя принцесса.

Я сумела только кивнуть, никак не готовая к таким потрясениям и изменениям. Уже забираясь в повозку, отец вдруг замер, так и не ступив на нижнюю повозку:

— И твоя бабушка, эта властная женщина, передает тебе свое восхищение и небольшой подарок, — один из лучших политиков современности махнул рукой слугам, и через мгновение перед воротами, не пересекая невидимой границы, поставили довольно большой сундук, окованный железом. Поверх крышки положили ключ на цепочке, снятый с шеи отца.

— Папа? — я было шагнула вперед, сама не зная, что собираюсь сделать, но отец только покачал головой.

— Не стоит, дочь моя. Нам обоим нужно время, чтобы понять, как все изменилось теперь. Для нас обоих.

Отец шагнул в повозку, которая тут же двинулась в путь с такой скоростью, словно за ней гнались демоны. А я все стояла, так и не в силах понять, что именно только что произошло и как на это реагировать.

Через несколько мгновений у ворот, спешиваясь почти на ходу, появился Кури. Страж был зол и встревожен, но увидев меня целой и невредимой, немного выдохнул.

— Ваше высочество? Все в порядке?

— Да, — рассеяно отозвалась я, все еще думая о своем. Развернувшись в сторону двора, я медленно побрела обратно к лестнице. — Кури, пусть сундук принесут в мои комнаты. Матушка Сю, если я понимаю верно, вам вредно быть долго на прямом солнце. Или это вас не ранит?

— Нет, моя принцесса, — старуха, усмехаясь, следовала позади. Теперь, когда я все знала, даже звук шагов, как мне казалось, немного отставал от самих движений ведьмы.

— И давно вы в таком… состоянии? — это теперь не представлялось важнным, но было немного любопытно.

— С тех самых пор, как умерла, — еще более самодовольно фыркнула старуха.

— И как вам?

— Должна признаться, что привязавшись к поместью, чувствовала себя не совсем хорошо до прибытия вашего высочества. Но с тех пор, как вы приняли титул, все определенно наладилось. Я даже сумела посетить столицу, — такой довольной, как сейчас, матушка Сю на моей памяти еще не была, медленно следуя позади.

А я думала о том, что стоит написать Кьелатте, чтобы не пересчитывала жалование старухи. Все же это немного не честно, так как призраки, или кем теперь можно было считать мою необычную помощницу, в штате числиться не могли. По крайне мере, казна точно им не платила.

— Значит, солнце вам не сильно вредит? — нужно было разобраться, какие именно обстоятельства могут быть опасны для здоровья (и здоровья ли?) матушки Сю.

— При вашем высочестве, думаю, будет очень сложно найти то, что смогло бы мне навредить всерьез.

— Ну, тогда прикажите подать мне чай, — приняла я первое действительно осмысленное решение за этот день, опускаясь в кресло за своим рабочим столом.

Как все же забавно поворачивается иногда колесо Судьбы.

Глава 48

Сальватор.

На разговор к конунгу меня вызывали буквально через несколько часов после того, как успел вернуться в столицу, встретившись с Олив. Решение догнать ее и объясниться было неоспоримо верным, но я никак не ожидал, что моя вредная фея сумеет так далеко отъехать от города за такой короткий срок. Все же, эту барышню в любой момент времени стоило воспринимать всерьез.

Успев только умыться и сменить пыльную дорожную одежду на что-то более приличное, я тут же получил вызов. Если бы я задержался хоть на немного и не успел на аудиенцию, у Ола могли бы появиться дополнительные вопросы, а их и без того хватало.

Весьма просто, по военному одетый, молодой правитель встретил меня в зале малого совета. На столе, выполненном в виде карты, стояли флажки разных цветов, обозначая те или иные силы.

Склонив голову, я ждал разрешения подойти ближе.

— Идите сюда, князь. Я хочу услышать ваше мнение, — Ол махнул рукой, напряженно вглядываясь в рисунки и надписи.

— Чем могу быть полезен? — я не боялся Ола, и не испытывал к нему тех многогранных чувств, которые вызывал у меня прежний правитель, но все же некое опасение присутствовало где-то внутри. Чувство, что человек, стоящий рядом, все же превосходит тебя по силам, все же щекотало нервы. Тем более, когда это совпадало с осознанием того, что я собираюсь сыграть с ним не в самую честную игру.

— Посмотрите сюда. Эти земли находятся большей частью под властью наместников и губернаторов, — конунг указал длинным стеком на территории, подконтрольные ранее графу Дуа. — Но меня, и мою тетушку, волнует вопрос доверия к этим самым наместникам. Путь до столицы весьма долог, а это ослабляет рвение государственных мужей к работе и делает честность не самым востребованным качеством.

— Не могу не согласиться, — большой кусок земель уже был разделен на сектора. В соответствии с новыми границами, что вошли в силу всего-то пару дней назад. Даже тот клочок, что отошел непосредственно мне, имел соответствующее обозначение. Правда он смотрелся до нелепого мелким в сравнениями с общими территориями Сайгоры. — Земли почти у самых границ, и отсутствие там действительно преданного человека может стать очередной проблемой, как это уже случилось с прежним владельцем.

— К тому же выводу мы пришли и с принцессой Кьелаттой. Было решено, что стоит назначить вас на должность, включающую в себя контроль за порядком в данном регионе. У вас же еще пока нет обязанностей помимо титула?

— Нет, — медленно отозвался я, с трудом представляя, как теперь повернуть свои планы в нужную сторону, при таких-то переменах.

— А как князь, вы не можете пренебрегать делами государства, — продолжал Ол, не сводя с меня задумчивого взгляда. — Потому с сегодняшнего дня я назначаю вас на должность моего Легата в этом и нескольких сопряженных регионах. На год. А там будет видно. Примите приказ, князь.