У нас под крылом – солнце - Филимонова Наталья Сергеевна - Страница 16

– То есть дар моей сестры, как я понимаю, известен, а мой –  лотерея?

– Можно сказать и так.

– А какой у меня дар? –  встрепенулась Ада.

– Старший дар крови рода Виленто –  управление потоками газов, –  тэр Сейло даже не обратил внимания, как разочарованно вытянулось лицо Ады, а вот Ида мысленно усмехнулась. Ну да, это тебе не волшебная палочка. –  Вообще-то любых газов, но наибольшее практическое применение находит, конечно же, управление потоками воздуха как самой распространенной смеси газов. Поэтому чаще всего для простоты ваш дар называют магией ветра, или воздуха. Учитывая родовую силу, потенциально вы можете вызывать ветер или даже бурю, менять погоду, переносить большие массы по воздуху… словом, применений у вашего дара множество.

Ада-Зинка проснулась окончательно, глаза ее наконец загорелись.

– А шоб там суп сам сварился или полы помылись?

Ида тихонько хрюкнула к кулак.

– Ээээ, –  тэр Сейло слегка поперхнулся. –  Боюсь, насчет супа… хотя вы можете направленным воздействием воздуха вымести, скажем, пыль из своей комнаты.

– О! Вот это дело, это я понимаю. А когда мне покажут, как для этого руками махать? Или это говорить шо-то надо?

– Кх-хм. Как я уже говорил, обучать родовой магии вас будут члены вашей семьи. В данном случае –  как я понимаю, ваш дядюшка, когда вернется из очередного рейса. Сейчас же я бы хотел продолжить нашу лекцию…

– Уууу… –  Ада снова уронила голову на парту. Впрочем, тэр Сейло все равно этого, кажется не заметил или не обратил никакого внимания.

– Итак, передать потомкам старший дар крови может любой из двоих детей семьи, независимо от пола и старшинства –  но для этого он должен принять супруга в свой род. И поэтому же второй должен войти в род супруга –  чтобы как можно больше магических семей имели возможность передать потомкам свое наследие. Если маг младшей крови входит в чужой род, он берет фамилию супруга. Если маг старшей крови входит в чужой род, он берет двойную фамилию: первая говорит о даре, которым владеет он сам, вторая –  о даре, который наследуют его дети. Например, ваш дядюшка, старший брат вашего отца, будучи сам магом старшей крови рода Виленто, вошел в семью своей жены –  Аганти, и носит фамилию Виленто Аганти. В то же время ваши родители оба являются магами младшей крови своих родов. Однако тиссе Тория вошла в семью супруга, и именно они передали своим детям дары рода Виленто.

Кстати, из-за особенностей наследования дара у магов мужчины входят в род жен так же часто, как и наоборот. У тех же ритхов общество патриархально, и у них всегда жена берет фамилию мужа. Полагаю, это можно считать своего рода наследием их создателя Лагоса, который и жены не имел, и сестру-то не слишком уважал, а поговаривают, что и вовсе был женоненавистником… Впрочем, вам беспокоиться не о чем. Вы –  наследницы одного из человеческих Первых родов. Кхм. Так о чем это я.

Из-за того, что наследие предков передает лишь один из двоих детей, роды иногда прерываются. Скажем, один из детей уже вступил в брак, войдя в род супруга, а второй погиб, или вдруг по какой-то причине погибли оба  –  в этом случае родовой дар угасает, даже если у их родителей все-таки появится третий ребенок.

Третий ребенок в семье магов –  большая редкость, и он не наследует и не может передавать старший дар крови своих родителей. Он получает один из младших даров и передает его своим детям, основывая новый магический род. В его потомках новый старший дар крови усиливается –  но все же не до силы изначальных даров.

Так магические роды постепенно обновляются –  одни угасают, другие появляются благодаря редким третьим детям семей, и так магия людей, увы, со временем ослабевает. Первых родов, наделенных изначальной магией, осталось к настоящему времени всего четыре, включая род Виленто и королевский род.

– Так это мы завидные невесты теперь? –  снова оживилась Ада.

– О да. Так о чем это я… Ах да! Сегодня ритхи и люди сотрудничают по многим направлениям, между нашими государствами приняты соглашения о научном, торговом, транспортном и ином сотрудничестве…

– Тэр Сейло! –  Зинаида когда-то сама терпеть не могла, если ученики прерывали ее на полуслове. Впрочем, зато она любила любознательных учеников, задающих вопросы. А тэр Сейло все равно то и дело теряет нить собственного повествования. –  Скажите, а какая магия у ритхов?

– Хммм… видите ли, хотя мы сосуществуем и даже сотрудничаем много столетий, мы все еще далеко не все знаем о ритхах. Они умеют хранить свои тайны. Могу рассказать лишь то, что известно доподлинно. Прежде всего, как я уже сказал, в отличие от людей, ритхов мало и маги они все поголовно. При этом, если человеческие маги обладают каждый своим уникальным родовым даром, магия всех ритхов, насколько можно судить, одинакова. Известно, что они владеют неким пространственным даром и способны в мгновение ока перемещаться между своими островами. Однако почему-то не между всеми и по желанию, а только по определенным маршрутам. Возможно, в данном случае речь идет не о магии, а о некой технологии, секрет которой они не раскрывают людям. Также они владеют магией, сходной с родовым даром Виленто –  управление большими потоками воздуха. При этом движение каких-либо иных газов, а также тонкие манипуляции с воздухом им, в отличие от ваших родственников, недоступны…

Познавательная речь тэра Сейло снова была прервана самым непочтительным образом –  и на сей раз, кажется, безнадежно. Потому что в распахнутую с грохотом дверь классной комнаты фурией ворвалась растрепанная хозяйка дома в заляпанном маслом комбинезоне.

– Ида! –  завопила она с порога. –  Немедленно угомони своего питомца! Он разгромил мою мастерскую и пожевал моего ученика! Это уже переходит все границы!

– Кей жив? –  побледневшая Ида резко вскочила со своего места, опрокинув стул.

– Да! Он его выплюнул!

*

– Он его выплюнул! А потом снова поймал!

Все три тиссе Виленто небольшим торнадо неслись к выходу во внутренний двор, где располагались хозпостройки. Ада, конечно, тоже не могла остаться в стороне от такого действа –  поскольку полагала, что никакое безобразие не может обойтись без ее присутствия, а то и участия. Иначе кто же потом будет в красках живописать о происшедшем слугам и отцу семейства? Иде иногда казалось, что сестренка так рьяно взялась за освоение нового языка специально, чтобы получить наконец возможность снова заняться любимым делом –  сплетнями. Впрочем, чем бы она ни руководствовалась, это оказалось очень полезно.

Что в новом мире безусловно понравилось Зинаиде, так это то, что аристократы (читай –  маги) здесь вовсе не бездельничали с утра до ночи, развлекаясь только балами и визитами. Собственно, авторитет и значимость аристократии держались именно на ее несомненной полезности обществу. Маги, как мужчины, так и женщины, обязательно получали профессию, чаще всего –  соответствующую их способностям, и усердно трудились на благо этого самого общества.

Так, тиссе Тория Виленто, по рождению маг младшей крови из не самого высокого провинциального рода, была увлеченным механиком-изобретателем. Может, и не самая престижная профессия для тиссе, но ей она нравилась, да и оплачивалась очень неплохо, учитывая, что специалистов ее уровня не так уж много. Да что там говорить, если конструкция современных автомобилей разрабатывалась при ее участии! Семейный автомобиль Виленто, к слову, был последней модели –  в точности на таком же совершал инспекционные выезды лично его величество.

Малознакомые люди с трудом могли представить себе гаечный ключ в руках нежной и хрупкой тиссе Тории с ее локонами, лентами и любовью к платьям с оборками, которые она носила всегда, когда не торчала в своей мастерской. Однако за работой она преображалась полностью: воздушное создание превращалось в увлеченного изобретателя в замурзанном комбинезоне и с горящими фанатичным огнем глазами.

В свою святая святых она мало кого допускала, а уж ключ от мастерской, кроме нее, был только у Кея,  мальчишки из бедного квартала, который сразу после окончания младшей школы явился устраиваться в дом Виленто на любую работу –  посыльным, рабочим, лакеем, да хоть дворником, лишь бы иметь надежду когда-нибудь при случае напроситься в ученики к знаменитой тиссе Тории. Надежда оправдалась, случай выпал, и сейчас Кей не только выполнял в семье обязанности посыльного и водителя, но и помогал в мастерской своего кумира.