Наследие Чернотопья (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 30

Девушка замедленно кивнула, и я вернул себе человеческий облик. Она несколько секунд смотрела на меня, а затем облизнула губы.

— Можешь показать свои настоящие глаза еще раз?

Я ухмыльнулся, и демонический свет вспыхнул вновь.

Она была быстра. Настолько, что я не успел отреагировать, когда ее рука вцепилась мне в подбородок, а губы впились в мой рот. Поцелуй вышел жарким, стремительным и довольно болезненным. В конце она закусила мою губу, слегка оттягивая ее. Моя рука легла ей на талию, но я не спешил отталкивать Эрику от себя. В конце концов, это просто небольшая игра.

— Что ж, искушение было слишком сильно, — улыбнулась она, выпуская меня из рук. — И я не жалею, что поддалась ему. Увидимся за завтраком, барон.

Я открыл перед ней дверь и, стоило Эрике переступить порог, тут же закрыл кабинет.

Где-то на задворках сознания билась мысль, что стоило остановить ее и воспользоваться. Но я думал о другом, по крайней мере, старался.

В Эделлоне вокруг меня вьется столько женщин, одна красивее другой. А я все играю в благородство. Хотя чего боюсь, сам до конца не понимаю — уже давно бы согласился на супругу. В конце концов, что на самом деле мешает предложить брак Дие? Теперь, снабженный знаниями о магии, я прекрасно понимаю, что Гриммен не родит квартерона, ее дети будут полноценными людьми. Если, конечно, отец не будет вампиром, но я к ним не отношусь.

Страшно осесть на месте, потерять свободу и взять на себя ответственность за собственного ребенка. Я не Кристоф, не смогу выгнать мать моих детей на мороз, каким бы подонком себя ни считал, есть вещи, на которые я идти не готов.

Все это время я тайно надеялся, что в случае глобальных проблем смогу сбежать, хоть в ту же Меридию, меня ведь ничего не держит в Чернотопье. Стоит отказаться от притязаний на баронство, и у меня окажутся развязаны руки. В моих силах кроить историю по своему усмотрению, уничтожать целые кланы по щелчку пальца.

Жизнь, полная приключений, отсутствие привязанностей — разве это не мечта?

Вздохнув, я прошел к столу и рухнул в кресло. Уперевшись локтями в столешницу, уронил лицо в ладони и выдохнул. Эрика сделала больше, чем наверняка рассчитывала. Она заставила меня сомневаться в выбранных целях и методах.

— Все проблемы из-за женщин, — вздохнул я с усмешкой.

Предместья Херцштадта, придорожный трактир.

Мужчина в темном плаще продемонстрировал бляху хозяину, стоящему за барной стойкой. Гостей по вечернему времени уже не осталось, так что свидетелей разговора не было.

— Чем могу помочь, господин дознаватель? — спросил трактирщик, убирая в сторону тряпку, которой протирал кружку.

Гость сел на стул и сложил руки на столешницу.

— Несколько недель назад здесь ехали два графа — Зальц и фон Ней. Они должны были прибыть в столицу давным-давно, но все следы обрываются в твоем трактире, — произнес дознаватель. — Никто не видел их дальше по дороге в столицу, кареты просто растворились в воздухе. Но мы с тобой оба знаем, что так не бывает, верно?

Хозяин пожал плечами с демонстративным равнодушием.

— Не поздновато ли вы схватились? — спросил он. — У меня столько людей за день проходит, что я с трудом помню, что ел на завтрак, а вы хотите, чтобы я вспомнил, что было несколько недель назад?

Дознаватель ласково улыбнулся. Впрочем, хозяина заведения эта ласковость не обманула, он прекрасно осознавал, чем ему может грозить визит подобного посетителя.

— Уж постарайся вспомнить, — кивнул ему дознаватель.

Трактирщик взял паузу в несколько секунд, уставившись в потолок.

— А чьи гербы у них должны были быть? — спросил он.

— Огонвеж и Гироштайн, — отбил несложный ритм пальцами по столешнице дознаватель. — Описать гербы?

— Нет, что ж я, наших главных соседей не знаю? — отмахнулся хозяин. — Значит, так… Было несколько карет с их гербами. Женщина и мужчина — аристократы, остальные, видимо, сопровождающие?

— Пока все верно, — кивнул дознаватель.

— Тогда ничем не могу помочь, — развел руками трактирщик. — Я их обслужил, комнаты лучшие предоставил на ночь, а по утру они уехали со двора. Уж в столицу они собирались или нет, того мне не известно, но точно уехали. Мужчина был так пьян, что слуги его на руках в карету грузили.

— Вот как? — не стал скрывать удивления дознаватель. — А что же графиня?

— Не могу сказать, ничего не запомнил. Наверное, сама спустилась, либо я пропустил ее выход, — совершенно спокойно ответил тот.

— Ну а слуги твои что? Могут что-то рассказать?

— Может быть, и могут. Поговорите с людьми, мне скрывать нечего, я налоги честно плачу, у меня законное дело.

Дознаватель кивнул.

— Тогда поговорю с прислугой. Они у тебя здесь же живут, надеюсь?

— Что вы, господин дознаватель! — всплеснул руками трактирщик. — Как можно, а если гостей будет много?! По деревням они местным обитают, мое заведение, почитай, три деревни в округе содержит. Они мне товары поставляют, я им монетой плачу.

Он взял короткую паузу, после чего добавил, со значением демонстрируя гостю указательный палец:

— И у меня все в отчетных книгах записано, кому и сколько. Так что…

— Да понял я, понял, твое дело маленькое и законное, — покивал тот. — Имена-то хоть назовешь слуг своих, и как их найти?

Через полчаса дознаватель вышел из трактира и, вдыхая вечерний воздух, наполненный запахами еды и навоза, легко сбежал с крыльца. Расследование исчезновения двух графов, направлявшихся на прием к королевскому совету, заставило всю столичную службу рыть землю.

И вот что самое интересное — из этого трактира, получается, благородные господа выехали, но никуда больше не прибыли. И никто их не видел. Граф был пьян, что его несли слуги? Да скорее отравлен. В то, что трактирщик будет юлить и утаивать от королевского дознавателя, законник не верил — слишком слаб хозяин, чтобы вертеть хвостом. За покушение на жизнь аристократа не только дела лишат, но и всю семью накажут, с подобными вещами не шутят.

Оставалось навестить трактирных работников и допросить уже их, а потом возвращаться в столицу. В Херцштадте, конечно, по голове не погладят за такое, ну так тут явно без проклятой магии не обошлось — никто ведь даже следов обнаружить не смог.

Забравшись в седло, мужчина еще раз окинул взглядом трактир, после чего пнул коня пятками, заставляя оторваться от набросанной в кормушку соломы. В любом случае, искать оставалось недолго.

Дом в Чернотопье.

— Итак, Эрика? — поднял глаза от бумаг Миззен, глядя на вошедшую в спальню девушку. — Либо у барона проблемы с мужской силой, либо план не сработал.

— Сработал, — пожала плечами та. — Просто мне не пришлось ради этого с ним спать.

— Хорошо было бы услышать подробности, — с намеком отозвался барон, встряхивая исписанные листы в руках.

Мизгер зашла за ширму и, быстро скинув плащ, натянула на голое тело ночную сорочку, опускающуюся до самых колен. Уже в таком виде представ перед родственником, девушка села в кресло и, закинув ногу на ногу, заговорила, передавая содержание разговора слово в слово.

Миззен долгое время молчал, поглаживая пальцем лежащий перед ним документ. Глаза барона уперлись в оконные ставни, но он явно их не видел, полностью погрузившись в размышления.

— Полагаю, нет смысла пытаться воздействовать на Киррэла силой, — проговорил он. Мы обозначили свои намерения, он предложил цену. Что думаешь на счет Меридии?

— Он способен это сделать. Возможно, на это потребовались сотни жертвоприношений, но факт остается фактом. Уверена, очень скоро это станет общеизвестно, и тогда мы окажемся последними, с кем Шварцмаркт пожелает вести дела.

— Потому что мы не примкнули к нему, когда он был менее известен, — кивнул барон. — Что ж, завтра ты дашь ему свой волос, Эрика. Надеюсь, проблем с этим не возникнет.

Девушка хмыкнула и легко вырвала одну волосинку из косы. Положив ее на стол, она взглянула на барона и продолжила: