Это не орочий Рон! (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 91

— Будешь применять ритуал? — поинтересовался Джордж.

— Не стоит, думаю, — покачал головой Рон. — Вроде как и сейчас всё работает неплохо.

— Тогда, я полагаю, Полумна? — предложил Перси.

— Сам хотел это предложить, — улыбнулся Рон. — Луна, не забыла ещё, каково это — ходить на своих двоих?

Глава тридцать третья. Последняя война

— Теперь заливаем кровь единорога… — Рон аккуратно налил в котёл светящуюся голубую жидкость. — Далее мы наливаем яд крильмара, очень, сука, аккуратно, чтобы не сдохнуть в продолжительных муках…

Зачарованные перчатки из драконидской кожи не являлись гарантией защиты, так как яд крильмара входит в состав многих антидраконидских ядов, что как бы намекает на то, что дракониды к яду крильмара не иммунны.

— Луна, сыпь зубастую герань… — аккуратно поставив на столешницу флакон из-под яда крильмара, попросил Рон.

Полумна, в ответственные моменты ездящая на коляске, насыпала требуемое и Рон начал мешать.

— По часовой стрелке, тридцать оборотов… — вслух произносил он написанное в инструкции. — Джордж, Фред, часы!

Близнец выставил получасовые песочные часы, а Фред электронные.

Есть поверье, что песочные часы являются обязательным элементом успешности зелья, поэтому многие маги использовали именно их, а не более точные электронные. Рон проверял и так, и так, разницы никакой, но сейчас им нужна была вся удача. Рецепт сверхсложный, поэтому они с утра бахнули по столовой ложке зелья «Феликс Фелицис».

Минуло ровно полчаса.

— Время! — оживился Рон. — Время вспомогательных зелий!

Залив в котёл те зелья, которые вчера наварили близнецы с Перси, Рон начал перемешивать варево.

— Одиннадцать, двенадцать! — Рон аккуратно извлёк ложку и с надеждой уставился в котелок.

Серая жидкость окрасилась в зелёный, затем в красный, а потом в жёлтый.

— Есть, вашу мать! Есть! — воскликнул он. — Перси, фильтр!

Перси подлетел со вторым котелком, поверх которого была надета шестислойная марля. Рон аккуратно процедил полученный состав и снял изрядно потяжелевшую марлю.

— Второй фильтр! — позвал он уже готового Джорджа.

В итоге, после двадцатикратной фильтрации, у них осталось жидкости на один флакон пятидесяти миллилитров.

— Теперь в холод, — Рон прошёл к холодильнику и выставил температуру 3 °C. — Перси, двадцать минут.

— Есть, старшина! — козырнул изрядно повеселевший Перси и выставил время на электронном таймере.

— Луна, ты походи, — попросил Рон. — Мышцы должны вернуть тонус, а мозг восстановить уже давно забытые сигналы.

Полумна неуверенно поднялась из кресла и опёрлась на палку, купленную Джорджем на рынке.

— Болят ноги, — пожаловалась она.

— Было бы странно, будь иначе, — улыбнулся Рон. — Ничего, боль пройдёт, а ноги останутся.

Спустя двадцать минут, они прошли с флаконом в комнату к Дольфу.

— Зелье готово, дружище, — произнёс Рон. — Надо будет его выпить, а затем выждать три часа. Ты поймёшь, когда установится связь. Для твоего мозга нагрузка будет неподъёмной, поэтому лучше сразу прострели себе голову.

— Дай мне зелье, — потребовал Дольф, поднявшись с кровати.

— Ты точно уверен? — на всякий случай спросил Рон.

— Уверен, — ответил Дольф.

— Держи, — Рон протянул тому флакон.

Будто боясь упустить шанс, Дольф откупорил пробку и залпом выпил зелье.

— Наконец-то… — просипел он сдавленно, потому что вкус у зелья был сногсшибательным. — Три часа, да?

— Три часа, — Рон принял флакон обратно и выбросил в урну. — Давайте устроим торжественные проводы?

— Отличная идея, — поддержал Дольф.

— Какие блюда предпочитаешь? — поинтересовалась Полумна.

— Фаршированные голуби, а также баварские сосиски, — ответил тот. — И побольше баварского пива.

— Фаршированные голуби? — удивился Рон.

— Ни разу не пробовал, но всегда хотел, — признался Дольф. — Полковник Юлиус Лист, командир моего полка в Великую войну, ел их регулярно, только и слухов ходило о его пристрастии… Всю жизнь была возможность попробовать что-то такое, но решимости не хватало да и как-то не по чину унтер-офицеру…

— Будут фаршированные голуби, — заверила его Полумна.

Все следующие полтора часа прошли в приготовлениях. Голубей удалось найти в Марракеше, также как и свежие овощи, а с пивом и сосисками пришлось повозиться. В итоге удалось выяснить о существовании одного немецкого фермера к югу от Рио-де-Жанейро, который согласился продать часть своих запасов за пятьдесят армейских сухих пайков.

— Всё ровно так же, как я и ожидал, — произнёс Дольф, отложив вилку. — Спасибо, Луна.

— Это меньшее, что я могла сделать, — ответила та. — Ещё пива?

— Буду признателен, — кивнул Дольф.

— Немец останется немцем до конца, — улыбнулся Рон.

— Я австриец, — поправил его Дольф. — Пусть и служил всегда в армии Второго рейха.

— Удивительно, — произнёс Перси. — До сих пор в голове не укладывается, что кто-то путешествует в параллельные миры…

— Об этом я тоже хотел поговорить, братцы, — вспомнил Рон. — Тут делать нечего, как вы могли заметить. Всё в руинах, надежд на скорое восстановление цивилизации практически нет, кругом заражённые территории, а также кучи маглов, которые дерутся за остатки еды.

— Мы как-то уже привыкли, — пожал плечами Джордж. — Но что ты предлагаешь?

— Скорее всего, Рон хочет предложить вам убраться в параллельный мир, как это сделал Тарквиний, — ответил за Рона Дольф. — Это хорошая идея. Я бы тоже с вами, но время моё ушло…

Помолчали.

— Ты чувствуешь начало действия зелья, Дольф? — спросил Рон.

— Вижу смутные образы из рейхстага… — ответил тот.

— Значит, ждать осталось недолго, — заключил Рон. — Ещё двадцать-тридцать минут. Есть время, чтобы попрощаться.

— Прощай, друг, — произнёс Дольф. — Пусть мы и не были знакомы достаточно долго, но я помню тебя ещё юным солдатом, отчаянно сражающимся за свою жизнь и бросающим вызов судьбе. Ты показался мне волевым человеком, даже несмотря на юность, сейчас я вижу, что ты и есть тот самый волевой человек, который заставит судьбу пересмотреть даже самый жестокий приговор. Спасибо тебе за всё.

— Это тебе спасибо, Дольф, — ответил Рон. — Уж поверь мне, этот мир скатился бы в куда большую пропасть, не появись ты тут.

— И сейчас нечем похвастаться, Рон, — горько усмехнулся Дольф. — Столько людей погибло совершенно зря…

— Могли погибнуть всё, — покачал головой Рон. — Считай, что это было пусть и запоздалое, но необходимое вскрытие гнойника.

— Не до конца догоняю, о чём ты говоришь, Рон, — вступил в разговор Джордж.

— Война была неизбежна, — ответил тот. — Только вот в отдалённом будущем она велась бы другими людьми, другим оружием и под другими флагами. Уж поверьте мне, то, что я видел ТАМ, позволяет мне говорить, что ядерное оружие — это игрушки для дошколят.

— Ладно, что-то мы отвлеклись, — Фред подошёл к Дольфу и пожал ему руку. — Ты в сотни тысяч раз лучше, чем наша местная версия, Дольф. Ты оказался очень хорошим человеком. И то, что ты строил с нашим отцом… Это было прекрасно. Жаль, что всё так закончилось.

Остальные тоже попрощались. Полумна сказала лишь несколько слов, так как не была знакома с Дольфом, Джордж обнял старика, а Перси зачитал стихотворенье собственного сочинения, в конце которого Дольф растроганно улыбнулся.

— Дайте мне пистолет, — попросил Дольф, выйдя на балкон.

Рон взял с тумбочки отечественный самозарядный пистолет Spitfire Mk. II, приобретённый на барахолке в Марракеше и передал его Дольфу.

Багрово-красное солнце таяло в черном заливе.

— Красивый закат, — произнёс тот, по дряблой щеке прочертила дорожку слезинка. — Лучший момент, чтобы уйти…

Дольф приставил пистолет к виску и без колебаний выстрелил. Это было неожиданно для Рона, хотя он и понимал, что это не могло произойти иначе, чем так.

Обернув тело старика в саван, Рон поместил его в заранее заготовленный гроб, погрузил в кузов грузовика и отвёз на местное кладбище.