Тень Деформации (СИ) - "Cyberdawn" - Страница 88

— Все… жалко, конечно, Терентий. Но если вы… — вполне искренне ответила она.

— “Если я” — спокойно добейте еретика да подыщи мне тело. Можешь не торопиться, сначала покиньте Окуляр, — повторил я. — Меня ты чувствуешь, а метаться и “срочно что-то делать” не надо.

— Хорошо, — шмыгнула носом девица.

И вот в этом случае — варп знает, насколько всхлип и шмыг были наигранными. Потому что в свете и ветре сама терентьетка не понимала. Что не помешала мне ценного товарища Кристину обнять, поцеловать и благословить на выполнение моих ценных указаний.

Загрузились мы абордажной командой на Ястреб, Моллис “сопрягалась” со мной — довольно странное, взаимопроницаемое ощущение, то есть я стал воспринимать кошачьи чувства и восприятие, при желании. Да и вообще, всё было не как с Кристиной — всё же тереньтетка, если рассматривать не форму, а “материал”, состоит из меня, как ни парадоксально это звучит. Понятно, что всякие “родственные” интерпретации в энерго-воображаемом плане неприменимы, но она в определённом смысле “я и часть меня”, так что взаимодействие у нас весьма “удобное” и органичное.

Ну а Лапка была “собой как собой”, соответственно, были некоторые “баги и лаги”, весьма забавные, как например, запаховая оценка окружающих и эмоциональная составляющая. Препятствием это не было, пилоту “иллюзию” мной воспринимаемого наложили, но забавно, факт.

— Вы так красиво видите, Терентий, — выдала Лапка, более чем понятно, невзирая на бредовость фразы. — Лучи и потоки, красиво очень, — мрявкнула она.

— Часть того, что ты видишь, видят все астартес, особенность восприятия, созданная Императором, — уточнил я. — Но вообще да, красиво, — улыбнулся я. — А я как-то привык, часто не замечаю, — признал я своё некоторое обыдление и сделал зарубку с оным бороться.

Реально красиво, а не воспринимать приятное зрелище как красоты — глупо и неправильно, заключил эстетичный я.

И тут мои культурные и нежные духовные переживания прервала сирена тревоги, не аварийной, а плановой. Кристина послала по нашей связи много всякого, суть которого заключалась в “удачи, и я буду очень ждать”, а вокс-сетка передала Кристиной же созданную картину взаиморасположения судов.

И стартовал Ястреб к расположенному менее, чем в километре от нас еретическому корыту. Судя по вялым вспышкам двигателя, еритиковозка, точнее псайкер-водитель Милосердие заметил, пробовал “сманеврировать”, но, как понятно, ни варпа не получилось. И полетели мы за моей законной добычей. Ну и корыто, полное отборной ереси, расколошматить, резонно отметил я.

17. Свидание с Леди

Собственно, в моём восприятии позиционирование Ястреба и кораблей было… ну вполне видно. Переливы света и ветра, с учётом варп-шторма, были, безусловно, гораздо интенсивнее, но свет и ветер “отдельно”, а материальные объекты, прикрытые полем Геллера, “отдельно”.

Соответственно, грозный утюг Милосердия, зависший над трусливо поджатым хвостом еретического корыта, был прекрасно виден, как и еретики. А я понимал, что “охеревать в атаке” мне нынче не выйдет: нужно “довести” пилота до нутра еретического корыта, так что, когда я освобожусь, птераксикарии и штурмовики с преторианцами, да и Лапка… хотя, задумался я, да и отдал вокс-команду Каппе прикрывать кошатину. Так-то, преторианцы за аколитом присмотрят, но мне будет спокойнее.

И вот, Ястреб беспрепятственно подлетел к утолщению башни мостика, да и стал ковырять её своим турболазером. Башня отрадно ковырялась, но тут началась варповщина: для начала, под предупреждающий мрявк Лапки, от еретического корыта прошла широкая волна телекинетического воздействия. Видимо, еретичище пытался нас “оттолкнуть”, заодно и точнее нас локализовав. Последнее, пусть и частично, у Аполлоши получилось, и вторым заходом, фактически через пяток секунд, в нас полетела орда демонической мелочи. От неё отдавало душком чумного деда, но несколько странным, так что, развеивая пакость (с немалым напряжением, ибо пакости было до варпа), я судорожно припоминал, а что енто может быть.

И, очевидно, наше “сопряжение” с Моллис и впрямь было “многосторонним”, поскольку кошатина мрявкнула:

— Это глюклинги, насколько я могу судить, Терентий, — на что я благодарно отмыслеэмоционировал и кивнул.

Такие, весьма “забавные” тварюшки, “болезнь машин” или аналог гремлинов из мифологии моего прошлого Мира. Материализованная “негативная вероятность”, ходячий Закон Мерфи для техники, воплощённый в слабых, но стайных демонах. Мне они не встречались, так что и подзабыл, но они, по отчётам, чуть ли не бич Миров-Кузен. Странно, что в моём расследовании на аналогичном Мире они не встречались. Принести вреда они могли куда больше, чем посланная на её же собственный хер усталыми работягами демонетка.

Тем временем, Ястреб продолжал плавить обшивку, уже начиная являть дыры, как в нашу сторону метнулся… варп подери, полноценный Повелитель Перемен! Трахнутый варпом высший демон Тзинча!

Всё что я успел — это исказить свет и ветер, так что принесло этого покрытого перьями и глазами птицегуманоида в… мои объятья. Ну пиздец, билось в голове, точнее сопроцессоре, пока я судорожно рвал свет и ветер заклинаний, прижимая пакость к себе. Тут закопошилась Лапка, пришлось отвлекаться на неё ну и пилота заодно:

— Глаза закрыть, к стенам, быстро!!! — проревел я.

К счастью, физические кондиции демона были далеки от магических. Аналогичная тварь Кхорна или Нургла могла меня порвать чистой физикой, а тзинчатина была относительна слаба, хотя и колдунствовала десятками пастей, в том числе из жопы. Но это я нивелировал, хотя ситуация ни хера не радужная — я в клинче, с варп подери, высшим демоном! Я рву эманации колдовства, но он варпом фонит, как сволочь! Техника начнёт глючить, штурмовики ехать крышей, да и за Лапку не поручусь, она всё же человек, невзирая на её экзотичность.

Впрочем, паниковать я не стал, а, за счёт сопроцессора, довольно быстро нашёл выход, рявкнув на альдари “поглоти”, подавая жменю энергии книжке.

Кстати, пернатая пакость по мне стукала, пусть безрезультатно, пустотный щит фурыжил — и ни варпа не помогал. Пакость просто игнорировала поля перехода в имматериум, слегка “отталкиваясь” силовой составляющей щита. Интересно, это у всех гадских тзинчевых отродий, либо только у пэпэшек? Или только в навигационном варпе?

Правда, думал я это, пока немузыкально верещащую пакость распиливало сияющими золотом цепями, утрамбовывая в книжку.

— Машу ж вать, — устало плюхнулся я на покорёженное кресло.

Быстро прочувствовал округу, но, очевидно, еретичище задействовал козырь, пока демонятины и колдунств в нас не летело.

Правда, ситуация ни хера не радужная: еретиковозка бодро учёсывала вдаль, и через пару минут, мы либо вывалимся из поля Геллера, либо Милосердие отстанет от еретика. Вроде и не страшно, но неприятно, а он ещё в полуматериум заочковья может вывалиться, пока мы копошиться будем.

— Целы? — бросил я Моллис и пилоту, сжавшимся в уголке кабины.

Это ещё хорошо, что кабина рассчитана на астартес, а то мои “эпические превозмогания” для нее могли закончиться весьма плачевно.

— Целы, — вразнобой отозвались вопрошаемые, и тут Лапка отожгла.

— Терентий, как вы его! — с восторгом выдала она. — Это же был Повелитель Перемен, мне Кристина рассказывала! А вы, удержали голыми руками! Вы великий, большой, святой… — забормотала кошатина, эманируя даже не желанием, а сильной похотью.

Совсем кошка март поймала, мимоходом отметил я. Это, выходит, она в сопряжении была, надеюсь, что вовремя разорвала с пилотом, а то как бы парень от “прекрасности” не поехал крышей. Надо в себя приводить, наконец решил я.

— Моллис! — рявкнул я. — Задание! Сопряжение с пилотом, быстро!

— Слушаюсь! — мрявкнула кошатина, приходя в себя.

— Пилот, челнок к… — задумался я. — Обзорному окну мостика. В варп прежнее место, а если кто-то на мостике, — хищно улыбнулся я, — пусть познают Свет и Любовь Императора!