Дэмьен - Ховард Жозеф - Страница 29

– Ну скажи это, Марк, – почти прошептал Дэмьен. Марк судорожно сглотнул.

– Он сказал… что ты – сын Дьявола.

Дэмьен тяжелым взглядом уставился на брата.

– Продолжай, – скомандовал он.

И тут Марка словно прорвало.

– Я видел, что ты тогда сделал с Тедди, – громко воскликнул он. – Я видел, что случилось и с Ахертоном, и с Пасарианом! Твой отец пытался убить тебя! – кричал Марк. – Считают, что он сошел с ума, но если это и так, то только потому, что он знал. – Марк, весь дрожа с головы до ног, рухнул на колени.

Дэмьена охватило волнение. Он не собирался причинять брату боль.

– Марк, – начал он.

– У-у-у-у, – всхлипывал Марк.

– Ты мой брат, и я люблю тебя…

– Не называй меня своим братом! – вскинулся Марк. – У Антихриста не может быть брата!

Дэмьен тряхнул Марка за плечи.

– Послушай меня! – закричал он.

Марк отрицательно покачал головой.

– Признай же, – выпалил он, – признай, что ты убил свою собственную мать!

Это была последняя капля. Связующая мальчиков нить оборвалась.

– Она не была моей матерью, – яростно возразил Дэмьен. – Моей матерью…

– …была самка шакала.

– Да! – с гордостью вскричал Дэмьен, и голос его еще долго отдавался эхом в лесу. Теперь мальчик полностью осознал всю свою силу. В глазах Дэмьена разгоралось пламя, а от его лица исходило какое-то нечеловеческое сияние. – Я рожден по образу и подобию величайшей силы, – заявил он, и голос его напрягся. – Отвергнутый ангел! Лишенный своего величия и сброшенный в бездну! Но он восстал во мне! Он смотрит моими глазами, и у него мое тело!

Марк с отчаянием огляделся по сторонам. Страх уже прошел. Мальчик чувствовал чудовищную опустошенность. Происходящее походило на бесконечный кошмарный сон, и убежать из него не было никакой возможности.

– Пойдем со мной, – предложил Дэмьен. – Я могу взять тебя с собой.

Марк поднял на него глаза. Он перестал дрожать, долгим взглядом уставился на кузена, наконец медленно покачал головой:

– Нет.

Дэмьен попытался еще раз:

– Не заставляй упрашивать тебя…

Марк твердо стоял на своем:

– Нет!

И этот отказ как будто вдохнул в него силы. Марк вскочил с земли и бросился бежать так быстро, как только позволяли его ослабевшие ноги.

– Марк! – позвал его Дэмьен.

– Отстань от меня, – бросил он Дэмьену.

– Марк! – крикнул вслед Марку Дэмьен. Это был голос, только однажды слышанный Марком. Тогда, в коридоре, когда Дэмьен расправился с Тедди. – Посмотри н_а _м_е_н_я_! – приказал он.

Марк остановился. Он был не в состоянии сделать ни шагу.

– Пожалуйста, уходи, – умолял мальчик.

Голос Дэмьена пригвоздил его к месту.

– Я еще раз прошу тебя, – спокойно промолвил Дэмьен, – пожалуйста, пойдем со мной.

Марк обернулся и посмотрел прямо в глаза Дэмьену.

– Нет, – решительно ответил он и внезапно ощутил потрясающее спокойствие. – Ты, Дэмьен, не можешь избежать своей судьбы. А я – убежать от своей. – Марку вдруг показалось, что какая-то другая сила заставляет его произносить эти слова. – Ты обязан делать то, что тебе на роду написано.

Марк, покорившись своей судьбе, молча ожидал развязки.

Гнев охватил Дэмьена, гнев, порожденный отверженностью. Он рос и рос в мальчике, глаза которого разгорались все ярче, все пламенней. Внезапно слезы навернулись на них, и Дэмьен, взглянув на небо, весь задрожал…

Ричард и Анна заметили следы ног обоих мальчиков и поспешили на поиски. Шагая рядом с мужем и постоянно касаясь его, Анна казалась спокойной. А Ричард то и дело поглядывал на небо. Будто ощущал в воздухе какое-то предзнаменование.

И вдруг до Марка донесся шум, тот самый шум, какой услышал Тедди в коридоре, рядом с кабинетом сержанта Неффа. Клацанье, будто бились друг о друга тонкие металлические пластинки.

Звук хлопающих крыльев ворона.

Защищаясь от невидимого, стремительно атаковавшего противника, Марк вытянул руки и принялся отбиваться. Он кричал и визжал, пытаясь вырваться и убежать, но страшный клюв и когти безжалостной птицы рвали его плоть. Он упал на колени и застонал от боли. Кровь застилала ему глаза; единственным, кого он перед собой видел, был Дэмьен – воплощение зла: выпрямившийся в полный рост, безжалостный и холодный.

Клюв птицы разбил череп Марка. Лицо мальчика побелело, глаза закатились. Он упал лицом в снег.

Шум крыльев затих. Дэмьен взглянул вниз, на мертвое тело Марка, и закричал. Его крик походил скорее на вой, в нем сквозили одиночество и тоска.

Снег вокруг Марка постепенно краснел от сочившейся крови.

Дэмьен подбежал к Марку, упал на колени и попытался поднять хрупкое безжизненное тело. Он стремился вернуть брата к жизни.

Жуткий вопль Дэмьена донесся до Анны и Ричарда. Подбежав, они увидели Дэмьена, склонившегося над безжизненным телом брата. Он всхлипывал: «Марк, о Марк…»

Услышав крик Анны, Дэмьен поднял глаза и мгновенно пришел в себя. Он отскочил от Марка.

– Мы просто гуляли… – воскликнул Дэмьен, -…и он упал! Он только…

– Возвращайся в дом! – завопил Ричард. Он подбежал к Анне, стоящей на коленях возле тела Марка.

Дэмьен пытался возразить:

– Но я ничего не сделал!

– Возвращайся домой, черт тебя побери! – Ричард дрожал от гнева.

Дэмьен повернулся и бросился к дому. Слезы струились по его лицу.

– Он упал! – бросил мальчик через плечо. – Я ему ничего не сделал!

Ричард отвернулся от убегающего Дэмьена и склонился над женой. Обхватив ее за плечи, он приподнял Анну. Удостоверившись, что она может стоять на ногах, Ричард наклонился и подхватил на руки тело своего мертвого сына.

Потом распрямился и в упор взглянул на Анну. Глаза его обвиняли.

Анна нервно дернула головой и, запинаясь, произнесла:

– Нет-нет, это не Дэмьен. Он не…

Но она так и не закончила фразу. Ричард отвернулся от жены и, прижимаясь щекой к окровавленному лицу своего погибшего сына, побрел прочь.

12

Фамильный склеп Торнов располагался на Северном берегу, неподалеку от поместья. Тут вместе со своей женой спал вечным сном Реджинальд Торн; первая, жена Ричарда, Мэри, была похоронена здесь же; да и тетя Мэрион обрела последний приют вблизи своего брата.

Марка похоронили рядом с матерью.

«Однажды, – подумал вдруг Ричард Торн, обводя невидящим взором собравшихся этим морозным и тоскливым днем вокруг небольшой могилы, – однажды я тоже окажусь здесь».

Анна с Ричардом были облачены в черное. Дэмьен, стоящий рядом с Анной, был одет просто – в синюю курсантскую форму с черной повязкой на рукаве.

Поль Бухер представлял на похоронах компанию «Торн Индастриз». Здесь же находился и сержант Нефф, прибывший из Академии с небольшим почетным караулом. Когда гроб опускали в могилу, курсанты взяли под козырек, а один из них выступил вперед и протрубил на горне сигнал, которым обычно Марк провожал всех ко сну.

Услышав звуки горна, Анна разрыдалась, Торну же, как ни странно, этот сигнал напомнил вдруг старую ковбойскую песенку. Давным-давно, когда он и его бра Роберт были еще детьми и учились в Академии, они собирались с другими курсантами вокруг костра и весело горланили эту песенку. Слезы выступили у Ричарда от этого воспоминания, и он заплакал. Впервые после гибели сына.

Когда священник приступил к проповеди, Ричард отвернулся. Что мог сказать о Марке совершенно незнакомый человек?

Священники вынуждены говорить штампами, а Ричарду меньше всего хотелось слышать сейчас какие-то банальности о Марке.

Взгляд Ричарда упал на Дэмьена, и то, что он вдруг уловил, привлекло его внимание. Мальчик уставился на Неффа, который, в свою очередь, пристально смотрел на Бухера. Взгляд же Бухера был сосредоточен на Дэмьене. Четкий, маленький треугольник.

Торн почувствовал, что его дернули за рукав. Он обернулся и увидел Анну. Ее лицо было залито слезами, а глаза молили не отвлекаться от церемонии.