Фуэте для олигарха (СИ) - Солманская Элина - Страница 96

– Может, обратиться в полицию?

– Скорее всего, мы так и сделаем. Я думаю, это единственный разумный выход из сложившейся ситуации.

– Ну, хорошо, – она пересыпала в его ладонь бриллианты. – Я пойду. Ты ещё долго?

– Видимо да. Сама понимаешь, Сашка приедет, и разговор я думаю, наш с ним затянется до полуночи. Ложись спать, не жди меня. Тебе завтра рано утром вставать на работу.

– Ты прав. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, дорогая. Спи, и ни о чём не думай. Я всё решу. Ты веришь мне? – он коснулся её губ своими.

– Верю, – она провела пальцами по его волосам и, развернувшись, направилась на выход из комнаты.

Когда дверь за ней закрылась, Томашевский снова опустился на сидение и откинулся на спинку кресла. Разжав ладонь, долго смотрел на злополучные камни, из-за которых погиб его брат.

Громкий стук в дверь, заставил его поднять голову.

– Саша, заходи! – произнёс он, громко обращаясь к другу.

Воропаев появился на пороге комнаты с неизменной улыбкой на губах.

– Ну, к чему эти излишние манеры вежливости? Знаешь же, что для тебя двери этого кабинета, как и всего дома, всегда открыты, – пожурил его Томашевский.

– Привычка. Привет!

– Привет, дружище! – Эльдар поднялся на ноги, и крепко обняв за плечи Воропаева, прижал к себе. – Рад тебя видеть живым и невредимым!

– Куда я денусь. Я ведь, как непотопляемый Варяг. Дырки в корме залатаю и снова в бой.

– У тебя что-то случилось?

– Нет, это я так для красного словца и… – Воропаев не договорил, когда заметил на раскрытой ладони Томашевского десять переливающихся камней. – Значит, нашлась пропажа…

– Нашлась, только что. И в таком месте, что, наверное, даже твоя детективная фантазия тебе бы не подсказала.

– И где же?

– В любимой игрушке Евы.

– Да, видимо твоего брата действительно сильно припёрло, раз он побоялся доверить это даже сейфам.

– Видимо. Только ты полагаешь, это лучший вариант для хранения подобного? Я с ужасом думаю, что было бы, если бы Ева взяла эту игрушку в Швейцарию два дня назад, а не забыла её дома.

– Вы были в Лозанне?

– Да, решил устроить праздник для детей, и очень хотелось, познакомить Стешу с Лилианой и Стефаном. Представляешь, во что бы вылился этот праздник, если бы…

– Ты прав, ваша поездка оказалась бы менее приятной. Объясни потом таможенникам, зачем ты упаковал редкие бриллианты в игрушку своей приёмной дочери.

– Саш, мне не до шуток. Эта находка меня не порадовала. Думаю, лучше бы было, если бы я и дальше не знал, где они находятся. Что я теперь с ними буду делать? Отнесу их в полицию? И что я им скажу? Что нашёл их на улице или в саду своего дома.

– Эльдар, не горячись! Я подумаю об этом. Пока лучше положить их в какой-нибудь надёжный сейф. Надеюсь, у тебя имеется такой в доме, желательно в виде тайника.

– Хорошо, я так и сделаю. Ты извини, я не спросил у тебя. Может, ты кофе хочешь или есть?

– Нет, не волнуйся. Смена часовых поясов до сих пор меня заставляет спать днём и бодрствовать ночью, так что не хочу ничего.

Эльдар откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на друга.

– Вижу по лицу, что твоя поездка на континент удалась.

Воропаев молча кивнул.

– Поездка оказалась продуктивной, только денег твоих натратил целую кучу. Пребывание на Африканском континенте оказалось весьма затратным удовольствием.

– Оставь думать об этом. Рассказывай, Саша. Я ждал с нетерпением твоего приезда. Мне не терпится узнать кто этот загадочный «граф Монтекристо».

– Вот и я не знаю, как тебе преподнести эту информацию. Когда ехал туда, полагал узнать всё, что угодно, но только не те новости, что привёз обратно. И теперь не знаю, как ты воспримешь то, что я тебе сообщу.

– Что-то ты темнишь… Рассказывай, всё, как есть.

– Ну, хорошо. Ты уже многое знаешь об организации, в которую был, втянут твой брат. Знаешь, мне пришлось привлечь свои связи, а те в свою очередь людей там, на месте в Кимберли. Я, когда погрузился во всё это, долго не мог осознать огромную мощь этой организации, и как она хорошо завуалирована под обыкновенную ювелирную компанию и торговый дом. Ты знаешь, это настоящий синдикат. Преступный синдикат, разветвлённый и такой витиеватый, что полиция борется с ними уже десять лет, а именно столько она существует на криминальном рынке, и никак не может выйти на след её организатора и идейного вдохновителя.

– Значит его имя никому не известно?

– Ну почему же, его имя знают те, кто вращается с ним в одних кругах и кому он, откровенно говоря, уже давно поперёк горла.

– Тебе удалось пообщаться с такими людьми?

– Удалось.

– Но каким образом?

Воропаев рассмеялся.

– Ты наверняка знаешь что-нибудь о теории шести рукопожатий. Ну, вот и у меня получилось почти то же самое.

– Понимаю, один знакомый, сделал звонок другому, а тот в свою очередь тебе. Ну, и так кто же он, наш загадочный и неуловимый «граф Монтекристо».

– Красивым прозвищем ты его наградил. Вот только не знаю подходящее ли оно для такого монстра, как он. В местных кругах он известен под одним именем, но вот мы с тобой знаем этого человека, под другим.

– Что ты хочешь этим сказать… Что мы оба его знаем? – Томашевский приподнялся в кресле и, сложив руки на столе, приблизился к Воропаеву. – Кто он?

– Капральченко Руслан Александрович. Помнишь ещё такого? – Воропаев вопросительно смотрел на друга.

– Кто? – Томашевский резко поднялся на ноги.

– Вижу, что напоминать не нужно нашего бывшего сокурсника по университету.

– Не может быть! – Эльдар развернулся и не спеша направился к окну. Он не моргая, принялся смотреть в стекло. – Как оказывается, мир тесен. Я думал, что мы с ним все свои спорные вопросы решили в далёком прошлом, ещё, когда учились вместе в университете.

– О вашей вражде в универе слагали легенды.

Томашевский обернулся и внимательно посмотрел на Воропаева.

– Ты же помнишь, это было всего лишь дурацким соперничеством, заканчивающегося каждый раз кулаками, не более. Юношеский максимализм и желание выделиться.

– Перед девочками.

– И не только. Молодые были, амбициозные. Любое слово или действие воспринималось в штыки. Чего вспоминать? Морды были разбиты у обоих знатно. Вот уж поистине злая судьба! Не думал я, что придётся мне именно с ним поквитаться за своего брата.

– Ты это серьёзно? Ты действительно хочешь отомстить за Олега?

Эльдар повернул голову и посмотрел на Воропаева.

– Да, нет, ты не волнуйся, я не собираюсь снова ему рожу чистить или нанимать киллера для его ликвидации. Я полагаю, сейчас нужны несколько иные действия. И я думаю, смогу почувствовать полное удовлетворение, если я всего-навсего увижу его за решёткой.

– Ты прав, и завтра я планирую поехать в следственный комитет в Москву. Пошепчусь там кое с кем из старых знакомых, посоветуюсь со знающими людьми в этой области криминала. Знаешь, я думаю твоё решение верное и без полиции нам в этом деле не обойтись. Уровень этого человека сейчас совсем не тот, нежели, когда мы знали его пятнадцать лет назад.

– Значит завтра ты снова в командировку? Когда отдыхать будешь?

– Как только закончу с твоим делом, сразу поеду отдыхать.

– Я даже знаю куда.

– Куда?

– Ко мне в Лозанну вместе с Полонскими. У Маши операция, потом месяца два период реабилитации, ну и вы со Славкой побудете там. Отдохнёте, выспитесь, поможете ей с Надюшкой. Мы с детьми и Стешей тоже приедем чуть позже. Все вместе встретим Новый год.

– Ну что ж, предложение заманчивое. Давно у меня не было затяжного отпуска.

– Значит, решено?

Воропаев улыбнулся.

– Давай, решим этот вопрос сразу, как только завершим наше непростое дело. Не люблю загадывать заранее.

– Ты суеверен?

– Нет. Просто люблю, когда идёт всё последовательно, и не люблю забегать вперёд.

– Ну что ж, может ты и прав.

– Ладно, Дар, я поеду. Теперь увидимся через пару дней, сразу, как только вернусь в Питер.