Я всегда буду рядом (СИ) - "Noniko_27" - Страница 48

Курт раскрыл выдвижной ящик у раковины и нащупал треугольный флакон с глазными каплями. Привычным движением вытащил поочерёдно обе линзы. Отправил их в мусорный бак, а в уставшие глаза закапал бледно-розовый раствор, неприятно защипавший слизистую.

Временами он сильно жалел, что не сделал операцию по изменению тона радужки. Постоянное ношение линз жутко утомляло, да и проблем вызывала немало. Но всё же Курту слишком нравился свой натуральный оттенок глаз, чтобы заменить его на менее редкий — светло-карий. А ещё этот цвет нравился Анналии. Она сама призналась ему много лет назад. Сначала долго-долго с влюблённым интересом разглядывала его лицо, а затем, очаровательно засмущавшись, выдала скороговоркой: «Никогда не видела глаз красивее, чем у тебя. Они будто гипнотизирует, хочется в них смотреть сутками на пролёт».

Чёрные, как сгусток непроницаемого мрака, который не способен прорезать ни один луч фонаря, глаза — это красиво? Вот же чудачка. Ещё ему о странностях вкуса что-то говорила.

Выдавив крупную горошину лосьона, Курт распределил её по ладоням и похлопал себя по щекам. Снова все мысли крутились вокруг его девочки. В первую очередь — не рано ли поднимать вопрос переезда? Съехаться, чтобы иметь возможность видеть её в любое время, засыпать и просыпаться в одной постели, хотелось до трясучки. Но, наверное, стоило выждать хотя бы пару месяцев. Дать возможность её чувствам окрепнуть, чтобы она сама проявила инициативу.

Интересно, чем Анналия сейчас занималась у родителей? Пожалуй, он глянет одним глазком. Убедится, что у неё всё в порядке; что никакой опасности ей не угрожает. А потом сразу поднимется наверх — никакого сталкерства. Теперь в наблюдениях со стороны не было необходимости. Ему открылся доступ к гораздо большему.

Из коридора донёсся шум чьих-то шаркающих шагов в домашних тапках.

И Курт, нахмурившись, двинулся к выходу из ванной. Уж слишком проворно Лоренцо заявился. Ещё и получаса не прошло со звонка. Неужели вляпался во что-то? Притом вляпался основательно так, учитывая скорость с которой он добрался до его дома.

Курт распахнул дверь и нос к носу столкнулся с улыбающейся Анналией.

Стоило их глазам встретиться, как улыбка постепенно сползла с её лица. Розовый румянец на щеках потускнел — его вытесняла нездоровая сероватая бледность. Она непонимающе моргала, словно пыталась отогнать от себя какую-то очень неприятную мысль. И казалось, с минуты на минуту собиралась грохнуться в обморок.

— Курт?..

Узнала. Точно узнала его глаза. И что самое паршивое — испугалась.

Рано или поздно это случилось бы. Но почему-то Курта всё равно злило то, как нелепо он попался. А ещё расстраивало, что теперь, похоже, придётся обратиться к запасному плану. А ведь так хотелось, чтобы у них всё сложилось по обоюдному желанию. Выросло из взаимности. Принуждать Анналию к чему-то ему самому претило. Но похоже, у него не осталось иного выбора.

Подняв руку к её лицу, он скользнул пальцами по шеи под ухом, зарываясь в волосы на затылке, нежно погладил пухленькую щеку и грустно улыбнулся.

— Как жаль, я так старался, чтобы мы начали все с чистого листа…

========== Двадцать первая глава ==========

С трудом оторвав взгляд от дьявольски чёрных глаз, Аннель машинально отметила несколько наливающихся цветом синяков: один на лице, остальные — на торсе и руках.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила она, прекрасно осознавая, что голос дрожал вовсе не из-за того, что Курт поучаствовал в драке.

— Нет, тренировочный спарринг, — тихо произнёс он, продолжая пристально смотреть на неё. — А ты чего не у родителей? Решила вернуться пораньше?

— Да, соскучилась…

— Я тоже очень скучал, — Курт притянул её за затылок, прижал к своей груди и долго, проникновенно целовал. И не отодвигаясь, благодаря чему Аннель смогла отчётливо разглядеть его глаза и убедиться в отсутствии линз, прошептал ей в губы: — Ты даже представить не можешь, как сильно — едва не сошёл с ума.

Тело парализовало. А в голове отбойным молоточком стучала в монотонном ритме мысль: «это не могло быть правдой». Карий — самый распространённый цвет радужки на планете. Почти восемьдесят процентов населения обладают глазами разнообразных оттенков коричневого: от золотисто медового до непроницаемо чёрного.

Всего лишь совпадение, что у Курта и Нейла одинаковый цвет глаз. Они совершенно по разному относятся к порядку в доме: один чистоплотный, что складывает одежду аккуратными стопками, а другой — раздевается на ходу, бросая вещи прямо на пол. Вспыльчивый Нейл, легко распускающий при необходимости руки, происходил из неблагополучной семьи, поэтому с малых лет умел готовить, убираться и самостоятельно решать бытовые нужды. Сдержанный Курт совсем иначе выражал свою злость. Более тонко и интеллигентно. Мог улыбаться, шутить, выжидая нужный момент, а затем с лишённой каких-либо сантиментов решительностью холоднокровно отомстить. Обременять же себя заботами по дому — такая глупость ему даже в голову прийти не могла.

Аннель почувствовала, как мягкие и полные губы совсем непохожие на губы Нейла поцеловали в висок, прежде чем выпустить её из объятий. Но даже когда Курт скрылся за дверью гардеробной, ступор, не желал размыкать оковы.

Снова она стремилась себя обмануть. Закрыть глаза на неудобную правду. Сделать вид, что не видит того огромного количества сходств, что явно превышало различия. И дело не в одинаковом смехе, загадочных или ироничных улыбках. Даже не в необычайно проницательном взгляде, который, казалось, способен уловить и обнажить самую неприметную суть. Нет. Гораздо важнее то ощущение, что появлялось у неё всякий раз, когда она была рядом с Нейлом или теперь уже Куртом. Ощущение полной безопасности, точно ничего в этом мире больше не способно ей навредить, потому как её трепетно оберегает самый опасный хищник.

— Господи, что мне делать? — прошептала Аннель, нащупывая рукой стену.

Перед глазами всё плыло, как если бы она выпила лишнего.

Что значили его слова о чистом листе? Он таким образом решил признаться ей? Но как? Как он смог провернуть всё это: стать настолько влиятельным человеком и так сильно измениться? И главное — ради чего?

Сначала надо уйти из этого дома. Чем быстрее, тем лучше.

Аннель сделала пару уверенных шагов и снова замерла, ощущая как в груди медленно раскрывается и наливается соком бутон отчаянья. Курт сразу поймет почему и от кого она бежала. А бездействия от него ожидать столь же глупо, как и пытаться обмануть нелепой отмазкой, подобранной в качестве объяснения внезапного возвращения в отчий домой. Придётся задержаться и приложить все усилия, чтобы он поверил в сохранность её неведенья.

— Меня ждёшь, — шёпот возле уха заставил вздрогнуть от неожиданности, а уже в следующую секунду обмякнуть в знаком кольце рук. — Ты ужинала?

— Нет, — быстро среагировала Аннель, озарённая удачной идеей. — Я как раз заскочила к тебе, чтобы вместе отужинать. Надеюсь, ты тоже ещё не ел?

— Заскочила?.. Ты не планируешь остаться на ночь?

— Нет, мне нужно будет вернуться, — она нежно погладила его по руке.

— А если я не захочу тебя отпускать? — бархатисто спросил он и поцеловал в изгиб шеи.

По коже побежали мурашки.

— Я не могу оставить Джулию без присмотра. Она сейчас не в лучшем состоянии, поэтому тебе придётся потерпеть временный дискомфорт… прости.

— Эта красавица снова вляпалась в какие-то неприятности?

— Можно и так сказать, — вымученно хохотнула Аннель, про себя добавив, что ещё неизвестно кто из них сильнее вляпался, если её подозрения в отношении его подтвердятся. До одури хотелось развеять страхи, сославшись на обострившуюся паранойю. Но больше закрывать глаза на неудобную правду она не собиралась.

Во время готовки нехитрого ужина Аннель старалась говорить о вещах, беспокоящих её настолько, что за внешними переживания можно было скрыть излишнюю нервозность от внезапного открытия. Именно поэтому центральной темой в итоге стали злоключения Джулии. Всё равно собиралась обсудить с ним, как лучше помочь подруге. Да и если быть до конца откровенной, рассчитывала на его высоко должностную поддержку.