На дальних берегах (СИ) - Беккер София - Страница 15

— Медь, ты чего? — Ко мне подошел Никсар и приобнял за плечи.

— Ничего Ник, все хорошо.

— А ревешь тогда чего?

Реву? Я провела тыльной ладонью по глазам и с удивлением обнаружила влажную полоску.

— Нервы. Наверное. Не переживай, скоро нас выпустят. Дождемся капитана и пойдем дальше. Честное слово, все будет хорошо. Домой вернемся с победой, тебя реабилитируют и, возможно, даже наградят. Будешь жить долго и счастливо.

Вместо ответа Ник набросил мне на плечи свою куртку и укутал в нее по самый нос.

— Да ладно тебе. — Он крепко обнял меня вместе с курткой. — Поплачь, сестренка. Легче станет, по себе знаю. И все будет хорошо.

Каким-то образом Ник усадил меня на ящики, укачивая как ребенка. Что говорил, уже не помню. Слезы катились градом. Нервы, это просто нервы. Слишком много чего случилось за такой короткий период.

— Что происходит? — В проеме нарисовалась капитанская фигура. Я всхлипнула и теснее прижалась к парню, на всякий случай, уткнувшись носом в плечо. Ну их всех.

— Нервный срыв, — коротко пояснил друг, не вдаваясь в детали. — Скоро пройдет.

— Медь… что с тобой? — Аджим попытался погладить меня по волосам, я дернулась и стукнулась лбом о Никсарово плечо. Не смей меня даже трогать! — Ник, сейчас перейдем на шхуну, там у меня есть успокоительное. Давай ее сюда, по очереди понесем.

— Сама пойду! — запротестовала я, шмыгая носом. — Все нормально, некоторые проблемы с нервами. Дни выдались насыщенными, вот. Все в порядке. Положите где взяли!

Если кто-то думает, что эти двое прониклись и послушались, то я вас разочарую — ничуть не бывало! Меня даже не соизволили достать из куртки, так в коконе и потащили. Я ругалась и требовала соблюдать неприкосновенность своей личности. Брыкаться побоялась, а то еще уронят, и на самое дно. С них станется.

— Вот, держи. Пей-пей, не бойся! — В губы ткнулся край стакана. Я хлебнула, горло обожгло огнем. Закашлялась и вцепилась в протянутую кружку воды, словно утопающий в спасательный круг.

— А-аджим! Чтоб тебя! Что это?!

— Ром.

— У тебя, что одно лекарство на все случаи жизни — от перелома до хандры?

— А почему нет? Помогает же! — Меня попытались обнять, но я отпихнулась.

— И черт с тобой! Давай сюда… Поживешь с вами, начнешь пить всякую гадость!

Что было дальше, не помню.

Очнулась почему-то в капитанской каюте. День был в самом разгаре. Интересно, сколько ж я так провалялась? Судя по смятой подушке рядом, никто мне благородно всю кровать не уступал. Черте что и сбоку бантик! Ладно Аджим, но от Ника не ожидала. Сдал меня с потрохами. А еще друг называется. Я судорожно проверила наличие одежды — последняя оказалась в полном комплекте, только ремень на брюках чуть ослаблен. Ну и на том спасибо.

Надо выбираться отсюда, пока хозяин не пришел. На удивление ром в организме никак себя не проявлял, я была бодра и деятельна. Даже упаднические настроения чуть ослабили хватку. На палубе я нашла свежий морской ветер и Никсара. Последний опять любовался видами в море, будто на дне показывали что-то интересное. Вот тебя-то мне и нужно!

— Ты зачем меня Аджиму сдал?

— В смысле сдал? Так вы же вместе!

Я развела руками, пытаясь жестами показать, что не все так однозначно. И в свете последних событий это самое мне совершенно неинтересно и наверное даже оскорбительно. Парень пантомимы не понял и вынес вердикт:

— Ерундой страдаешь. Я б на твоем месте…

— Хочешь на мое место?

— Не в этом смысле!

Он обиженно засопел, я мысленно плюнула и отвернулась. Одна банда. То-то Аджим к нему такой симпатией сразу и проникся — почуял родственную душу! Как же неприятно, оказывается, в людях разочаровываться! Вот вроде никто ничего не обещал, а почему-то больно-о-о.

— Медь, Ник, вы где? Готовьтесь, скоро причалим! — Судя по капитанскому виду, вчера у нас были не двойной шторм и проблемы, а легкая и необременительная прогулочка. Завидую. Вот что значит закалка и выдержка. Я, например, несмотря на целительное действие рома, чувствую себя просто развалиной!

— Мэлэтриль, ты как?

— Нормально.

Аджим смерил меня взглядом и, похоже, не поверил.

— На берегу поговорим, — пообещал он и скрылся. На берегу так на берегу. Где он этот берег еще разглядел, непонятно. Вода ж кругом! Но ему виднее. Причем во всех смыслах.

Я вздохнула и пошла в каюту. Собирать мне, по сути, и нечего. Среди вещей в шкафу нашлась пара ну очень красивых платьев, прямо в душу запали, но… не нужно мне от него ничего, вот! Осталось донести эту мысль до Аджима. Надеюсь, поймет правильно.

Глава 4. На дальних берегах

— Не ту страну назвали Гондурасом, — задумчиво пробормотала я, глядя на берег. Пока я собирала нехитрые пожитки, из-за горизонта показалась тонкая полосочка и скоро уверенно превратилась в кусочек суши формата “Остров”. Большой остров. И он мне категорически не нравился.

Коричнево-красная почва и такого же цвета песчаная взвесь в воздухе. А я как-то не привыкла видеть, чем дышу. Пристань, кое-как сколоченная из массивных бревен и досок. Кроме нас, там были еще два корабля с латаными парусами, похожие на джонки из моего мира. Не густо.

Прямоугольные глинобитные домики с плоскими крышами и маленькими узенькими окошечками стояли сплошной стеной и чем-то походили на бюджетную Аграбу из “Алладина”. Сильно бюджетную. Из растений я углядела нечто сходное с темным алоэ, с такими же мясистыми листьями и колючками.

Кое-где стояли хибарки и навесы, собранные из странных серых досок. И вообще мне издали показалось, что многие строения больше похожи на землянки, очень уж низко были расположены окошки.

Кое-где сохранились остатки крепостной стены из камня песочного цвета и скорбные остатки сторожевой башни из серии “Почти груда камней”. В центре возвышался особняк в три этажа из такого же материала, что и стены. На фоне здешних лачуг прямо дворец. А чуть дальше странное строение пепельного цвета с полукруглой крышей, дивно похожее на гриб-боровик. И над всем этим великолепием вдалеке возвышался вулкан с чадящей верхушкой.

Мда-а-а… ну и дыра. Не, ну в прошлое мое приключение было как-то повеселее.

— Добро пожаловать в Синий Камень. Самое крупное поселение Тарвина… Да и, наверное, всех Сарверских островов. А по факту — захудалый шахтерский городишко. — Аджим неслышно подошел сзади и встал рядом, привалившись к борту.

— А Гордин говорил, сюда много кто заходит…

— Много. Ну, так не в центральную же пристань. Севернее есть уютная бухточка, подальше от людских глаз. Там даже рыночек имеется, где можно найти много чего… запрещенного и законом не поощряемого. Но как только закрылись рудники по добыче артания, то и поток уменьшился. Не знаю, есть ли там сейчас хоть кто-то.

— А местные не в курсе про бухточку и рыночек?

— В курсе все до одного.

— А что такое артаний?

— Камень. Очень редкий и ценный. Такой… бирюзовый, со слабым свечением. Ты, скорее всего, видела кристаллы у нас в Академии. Да, точно видела, мы портал с их помощью для тебя открывали. У него есть очень ценное свойство: он накапливает в себе просто гигантское количество магической энергии. И ее же он высасывает из окружающего пространства. Работа в шахте постепенно лишает мага всех его магических сил. Сначала в эти шахты просто ссылали, а потом начали использовать труд наемных шахтеров. Так оказалось выгоднее.

— И что, кто-то идет?

— Полно. За три-пять лет в шахте работа почти полностью лишает тебя магии, оставляя самый минимум, но зато денег хватит даже на безбедную жизнь внукам.

— А зачем тогда закрыли?

— Не знаю. Вроде что-то случилось. То ли шахты завалило очередным несильным извержением, то ли истощились рудники. Но аркарский гарнизон почти весь отсюда ушел. Все, поговорим чуть позже. Причаливаем и… нас, кажется, встречают…

Нас действительно встречали. На пустынной пристани одиноко стояла мужская фигура в длинном прямом темно-бордовом балахоне с геометрическим золотым шитьем. Спереди у нее было что-то типа затканного золотом узкого передника. Человек был смугл практически до черноты, строен до худобы, с острыми, точнее, заострившимися чертами лица. Черные волосы с проседью были забраны в низкий пучок на затылке. А вот возраст… непонятно… от сорока до семидесяти.