Восьмая жена Синей Бороды (СИ) - Дашковская Ариша - Страница 24

Вечерами после работы в кузне Жана навещал Франц. Они вместе болтали как в старые добрые времена, а после обычно Франц звал Энни на прогулку. При этом Энни иногда замечала, как темнеет взгляд Жана. На следующий день Жан обязательно спрашивал, куда Энни ходила с Францем, чем занимались. Энни думала, что это от того, что Жану грустно оставаться одному. Или, возможно, он жалеет, что не может прогуляться со своей девушкой.

Энни даже предлагала Жану пригласить девушку к нему.

— Зря ты не хочешь. Если рядом с тобой любимый, ты и вылечишься быстрее. Знаешь, как девушки любят заботиться? Если она тебя увидит, в ее сердце точно проснется любовь. А я еще расскажу, как ты храбро дрался с тремя головорезами. Только скажи, кому рассказывать, а то мне придется говорить это всем подряд, пока сведения не дойдут до нужных ушей.

Но Жан только смеялся, чем задевал Энни. Она из лучших побуждений старается, а он ржет как мерин.

В середине сентября Ольстен потрясла ужасная новость. Седьмая жена герцога Уэйна скончалась. Не было ни одного дома, в котором бы не обсуждали это событие. Куда бы Эниана ни отправилась, везде она слышала приглушенные разговоры о том, отчего могла умереть бедняжка и как мало она прожила в браке.

Энни подумала, что невзначай сможет узнать у доктора Норриса, что случилось с герцогиней. Ей как раз нужно было забрать у доктора очередную порцию снадобья для Жана. К доктору она отправилась пешком. Дороги пока еще были сухими, и погода располагала к прогулке.

Возле ограды домика доктора стояла черная карета. В Ольстене таких не было, и Энни разобрало любопытство, кто это мог приехать в гости к доктору. Она обошла карету вокруг, надеясь выведать все у возницы. Но никого не увидела.

Тогда она решила, что если зайдет к доктору сейчас, то непременно застанет таинственного гостя у него. Однако разгадку Энни узнала, едва вошла в калитку. Дверь докторского дома отворилась, и на пороге появился мужчина, который был ейзнаком.

Мужчина осторожно спустился по крутым ступенькам, стараясь не уронить черный сундучок.

— Доктор Бруно! Какая неожиданность! — радостно вскрикнула Энни.

Доктор Бруно подскочил на месте и чуть не упустил сундук.

— Вы ошибаетесь, мадемуазель, — пробормотал он, стараясь обойти Энни. — Мы с вами не знакомы.

— Как это ошибаюсь? Вы доктор Бруно из шатра с диковинками. Вы показывали всякие ужасы в банках. У меня прекрасная память. А такое и захочешь забыть, да и не забудешь.

Энни резко развернулась и пошла следом за ним.

— Я… я… вас не помню, — мужчина стал заикаться и озираться по сторонам, будто желая найти того, кто поможет избавиться от назойливой девушки.

— Да вам и не нужно меня помнить! У вас, наверное, столько посетителей было. Я бы никогда не подумала, что мы с вами вот так встретимся.

Бруно выскочил на улицу и захлопнул калитку перед носом Энни. Ему пришлось удерживать ее, потому что Энни изо всех сил пыталась ее открыть. Невысокая калитка еле достигала девушке до плеч, и потому Энни и доктор оказались лицом к лицу.

— Я очень сильно спешу, поймите меня правильно, — твердил доктор. — Вы и сами шли по делам. Наверняка у вас очень важные дела.

— О, нет! Не настолько важные, чтобы я вам не уделила несколько минут, — заверила его Энни, напирая на калитку с удвоенной силой. — Кто бы мог подумать, что вы знаете доктора Норриса! Расскажите, как вы познакомились!

— Да идите уже куда шли, — кряхтел из последних сил доктор Бруно.

Энни чувствовала, что калитка вот-вот поддастся ее напору, но все испортил доктор Норрис, внезапно появившийся на пороге и окликнувший Энни. Нескольких секунд, на которые она отвлеклась, было достаточно для того, чтобы доктор Бруно отлип от калитки и бросился бежать к карете. Энни с сожалением посмотрела ему вслед и пошла к дому доктора.

— Доктор Норрис, вы знакомы с доктором Бруно?

— С кем-кем? — Норрис наморщил лоб, изобразив непонимание.

— С этим человеком, который только сбежал от вас!

— Сдается мне, дорогая, что он сбежал именно от вас, — добродушно рассмеялся доктор. — Я знаю его под другим именем. А вы говорите, он тоже доктор? Как любопытно.

— Да. Представляете, у него целый балаган на ярмарке.

— Балаган? Удивительно! Давайте пройдем ко мне, я только что заварил мяту. Составите мне компанию, а заодно все расскажете.

Энни расположилась на софе в уютной гостиной доктора Норриса, пока хозяин хлопотал у столика, расставляя на подносе кружки, заварник и вазочку спеченьем. Пациентов доктор Норрис принимал здесь же за ширмой. В шкафах у него хранились настойки и мази, травяные сборы.

Поставив перед Энни поднос, доктор Норрис достал из шкафчика небольшой пузырек и ложечку.

Осторожно набрав кремовые кристаллы в ложку, доктор Норрис высыпал их в свою кружку, а затем добавил их и Эниане.

— Попробуйте.

Энни глотнула и пожала плечами.

— Надо сначала размешать, — Норрис вручил ей ложку.

Энни размешала напиток и осторожно отпила.

— Сладко, совсем как с медом.

— Это сахар. Чудеснейшее средство. Прекрасно помогает и от болей в желудке, и от сердечной боли, придает силы и помогает бороться с болезнями. Думаю, Жану оно сейчас очень пригодится. Будете давать вместе с питьем по одной ложке три раза в день. Это поможет ему быстрее встать на ноги.

— Спасибо, вы так добры!

— Так что там с вашим знакомым? Вы говорили, он принимает пациентов в балагане. Ни один серьезный лекарь не станет превращать свое ремесло в шутовство, — доктор Норрис расположился удобнее на стуле и отхлебнул напиток.

— Нет, он никого не принимает. Он показывает всякие сердца, руки и младенцев в банках.

— О как интересно. Даже так. И много у него посетителей?

— Я бы не сказала. Это все довольно жутко выглядит. Пока мы были у него с Жаном, очереди к доктору Бруно не было.

— Как Жан?

— Ему уже надоело лежать.

— Передайте ему, чтобы он не рвался работать. Успеет еще. Покой и сон — вот его лучшие лекари.

— А доктор Бруно зачем к вам приезжал?

Доктор улыбнулся.

— У нас в Ольстене самые благодатные земли и самый щедрый лес. Посмотрите на эти шкафы вдоль стены. Они все забиты травами. Некоторые травы растут только у нас.

— И вы не боитесь ходить в лес? Там же Зверь! — Энни округлила глаза.

— Я хожу в лес уже больше сорока лет. И ни разу я не встретил Зверя. Я понял, что я ему совершенно не интересен, — добродушно усмехнулся доктор.

— Доктор Норрис, а вы случайно не знаете, отчего умерла жена герцога Уэйна? — спросила Энни. Ей было неловко, что она лезет не в свое дело, но раскрытие тайны стоило пяти минут неудобства.

Доктор Норрис потянулся к ней через стол, будто собирался доверить большой секрет, и понизил голос до шепота:

— Случайно знаю. Она болела.

— А чем? — так же шепотом спросила Энни.

— Болезнью, — прошелестел он.

Энни почувствовала себя одураченной, и это незамедлительно отразилось на ее лице.

— Милая Эниана, я не вправе обсуждать с кем-то болезни моих пациентов.

— Получается, что все жены герцога Уэйна умерли от болезней?

— Именно так. А вы, должно быть, наслушались сплетен?

— Но люди же не станут говорить без повода, — без особой уверенности возразила она.

— Вы еще такое чистое дитя. Запомните, Эниана, нельзя верить всему, что вы слышите.

— Может быть, дело в самом замке?

— Вы думаете, что на нем лежит проклятье? Интересно! — оживился доктор.

— Нет! Ханна часто осматривает стены нашего дома. Она говорит, что от сырости по стенам может пойти черная язва. Она тихо и незаметно может убить всех, кто живет в доме. Люди сначала чувствуют легкое недомогание, любой сквозняк может уложить их надолго в постель, а потом они и вовсе умирают, — последние слова она произнесла зловещим тоном. — Так может стены его замка поразила черная язва? Вы скажите ему, пусть перед тем, как выбрать себе следующую жену хорошенько осмотрит стены.