Конечно, это не любовь (СИ) - Коновалова Екатерина Сергеевна - Страница 153

В глазах потемнело, и только чудом он удержался за перила и не рухнул с моста. В ушах шумело.

— Он назвал не имя… — прошептал Шерлок. — Он действительно произнес только одно слово. «Любой». «Я должен убить любого». Он не просто убийца, он — маньяк.

Озаренный догадкой, Шерлок обернулся к Фейт — но ее не было. Мост был пуст.

Он не помнил, как дошел до дома — кажется, его кто-то довел. Или довез.

Начиналась ломка, зубы стучали, живот сводило от голода, и Шерлок сделал себе еще один укол, чтобы хоть немного очистить сознание. Не было времени на то, чтобы ждать, пока организм восстановится. Он знал, как спасти Джона Ватсона.

Примечания

* — цитата из песни Queen «We will rock you». Мориарти любит старый рок.

* — вот и обещанное АУ. На мой взгляд, в реальном мире люди очень редко записывают видеообращения на случай своей смерти. Почти никогда. Так что видеозапись с любопытным названием «Скучали по мне?» я позволю себе перенести в мир наркотических грез Шерлока.

* — на самом деле он начинает с буквы «F», потому что «Отвали» по-английски «Fuck off». И именно эту фразу Шерлок «пишет» на карте в сериале.

* — «Большой брат наблюдает за тобой» — цитата из романа Дж. Оруэлла «1984». Но Шерлок никогда не был большим знатоком литературы, так что воспринял фразу буквально.

Конечно, это не любовь. Глава 41.2

Шерлок потер глаза — они слезились и болели, и он не мог точно сказать, в чем дело — в абстинентном синдроме или в том, что ему было больно смотреть на Джона, снова сидящего в своем кресле. Хотелось бы верить, что правильная версия — первая, но внутренняя Гермиона настаивала на второй.

Они с Джоном молчали уже полчаса. Шерлок знал, что должен что-то сказать, но все не мог заставить себя. Не мог забыть того, что Джон сказал ему. Что он убил Мэри. Шерлок знал это и сам, но почему-то надеялся, что Джон будет пытаться оправдать его. А не подтвердит это обвинение и не изобьет.

Разумеется, Шерлок заслуживал каждый удар. Чтобы переиграть серийного убийцу, а по совместительству мецената и почтенного бизнесмена Калвертона Смита, Шерлоку пришлось подставиться, продемонстрировать свою слабость, стать уязвимым. Тем более, что у него была отличная маскировка — наркозависимость. Люди ждут от наркоманов агрессии, неадекватных реакций и, в конечном счете, слабости. Смит поверил спектаклю, но, увы, вместе с ним поверил и Джон. Пожалуй, Шерлок никогда так не радовался своему умению приглушать боль, как в тот момент, когда Джон наносил ему короткие точные удары по лицу, шее и животу, потому что это было значительно больнее пыток в Сербии.

И все-таки Джон спас его. Несмотря на свою ярость, обиду и почти презрение, он пришел в нужный момент и спас его так быстро, как сумел.

А теперь они снова, как в старые добрые времена, сидели в гостиной друг на против друга, но разговор все не завязывался.

Наконец, Джон откашлялся и хрипло спросил:

— Зачем? Зачем это было?

— Калвертона Смита надо было разоблачить, — ответил Шерлок преувеличенно бодро.

— Зачем было втягивать в это меня? — он перевел глаза куда-то за спину Шерлока, и его взгляд на мгновение остекленел. Шерлок приоткрыл рот — и закрыл обратно. Это выглядело так, словно Джон общается с кем-то, существующим только в его воображении. Шерлок отлично знал, как это выглядит, и не сомневался в личности собеседника Джона. Мэри была с ним.

Она явно что-то ему сказала, потому что Джон переменился в лице и так сильно сдавил кружку, что керамика едва не треснула.

— Нет, — сказал он. — Только не говори мне, что заранее подстроил все так, чтобы…

— Да. Пожалуй, да, — согласился Шерлок.

— Я мог бы не прийти. Я вообще не собирался приходить.

— Но пришел. Интересно, кстати, откуда ты узнал, что мне потребуется помощь? — Шерлок напрягся, но не вспомнил, что он придумывал. Наверняка же у него был план, как привести Джона в больницу вовремя. Увы, в этот раз он действительно зашел с наркотиками слишком далеко, и теперь расплачивался весьма неприятными проблемами с желудком, дрожащими руками и провалами в памяти.

— Я… — Джон нахмурился и, отставив чашку в сторону, сцепил руки в замок, — мне сказали, что тебе нужна помощь. Твоя знакомая, та, которая помогла тебе выжить.

Ну, разумеется — получив СМС с просьбой не вмешиваться, Гермиона не могла остаться в стороне и решила подстраховать его — хотя бы с помощью Джона. Неплохо придумано.

— Вообще-то, — Джон снова кашлянул, — она возникла посреди гостиной, растрепанная и испуганная, и сказала, что… что ты в большой опасности, в смертельной опасности. И что она дала кому-то слово не вмешиваться. Но, Шерлок, что, если бы я не послушал ее?

— У меня было несколько запасных планов, — заверил его Шерлок, а потом, подумав, добавил: — правда, я не мог их вспомнить. И до сих пор не помню. И я не ожидал, что встреча с его дочерью окажется галлюцинацией. Странная история, кстати… Все было так реально, — он отлично знал, как ведут себя глюки, и Фейт Смит была непохожа на них, — Она дала мне информацию, которую я больше нигде не мог бы взять.

— Но ее здесь не было, да?

— Знаешь, когда-то у меня была теория о том, что, если подключиться одновременно ко всем информационным потокам, можно будет предвидеть будущее, — собственно, он верил в эту теорию и сейчас, но после рассказа Гермионы о сумасшедших прорицателях перестал думать о том, как бы ее проверить на себе. — Возможно, наркотики приоткрыли в моем сознании какую-то дверь.

— И ты придумал себе волшебную женщину, — кивнул Джон, чуть замявшись на слове «волшебная».

— Я заинтригован.

— Я знаю, — Джон снова взял чашку и сделал глоток, — поэтому мы все сидим тут по очереди, чтобы не пускать тебя туда, — он кивнул в сторону кухни, за три недели превратившейся в полноценную лабораторию по синтезу наркотиков.

— О, а я думал, мы просто… болтаем.

Джон демонстративно глянул на часы и сказал:

— Молли приедет через двадцать минут.

Все было отнюдь не как в старые добрые времена — Джон хотел уйти.

— Пожалуй, двадцать минут без присмотра я выдержу, — сказал он и изобразил улыбку.

— Прости, — произнес Джон, — но, знаешь, Роззи… Выдержишь двадцать минут?

— Конечно, Роззи. Я не подумал о ней. Надо будет зайти и повидать ее…

Джон кивнул:

— Конечно.

Он вышел из комнаты, Шерлок сделал глубокий вдох, потом несколько коротких выдохов и сосредоточился на содержимом своей кружки. Снова раздались шаги — Джон вернулся.

— Что-то не так? — спросил Шерлок.

— Все не так, — вздохнул Джон. — И никогда уже не будет. Но с этим ничего не поделаешь, можно только принять это. Все так, как есть, и все… хреново.

В точку.

— Ты не убивал Мэри.

Шерлок шокировано поднял на Джона взгляд. Но он не шутил, говорил совершенно серьезно.

— Она умерла, спасая твою жизнь, но ты не мог ей помешать, это был ее выбор. Она всегда поступала так, как считала нужным. Ты ее не убивал.

— Знаешь, — негромко ответил Шерлок, — отдав свою жизнь, она придала моей ценность. И я не знаю, как потратить эту валюту.

Он на самом деле не знал. Его жизнь теперь дорого стоила. Она была куплена кровью женщины, любившей своего мужа и ребенка, молодой, счастливой, полной сил.

— От судьбы не уйдешь, — кажется, не ему, а себе ответил Джон. — В общем, завтра буду у тебя с шести до десяти. Увидимся.

Это звучало как сообщение об обязанности, но Шерлок не позволил себе показать обиду, и еще раз улыбнулся:

— Увидимся.

Джон повернулся к двери, и в этот момент телефон Шерлока завибрировал, и раздался короткий звук — страстный женский стон. Сообщения только от одного человека в этом мире приходили ему на телефон с таким звуком.

— Что это? — нервно спросил Джон, резко возвращаясь в гостиную.

— О чем ты? — спросил Шерлок

— Этот звук.

— Какой звук? — это могло сработать — но не в этот раз.