Конечно, это не любовь (СИ) - Коновалова Екатерина Сергеевна - Страница 132

— Майкрофт, как хорошо, что вы пришли, — всхлипнула она, — там Джон и Мэри… И Шерлок!

— Весьма информативно, миссис Хадсон. Пройдите, пожалуйста, на кухню и выпейте воды, — велел Майкрофт ледяным тоном, а потом с удивительным для человека, борющегося с лишним весом, проворством взбежал по лестнице наверх. Гермиона, на которую миссис Хадсон даже не обратила внимания, последовала за ним.

Дверь в гостиную была открыта настежь, Шерлок сидел в кресле со странным выражением бесконечного, почти идиотского счастья на лице, и покачивался из стороны в сторону. Джон Ватсон стоял возле окна и то сжимал, то разжимал кулаки. На диване сидела светловолосая незнакомая Гермионе женщина — видимо, Мэри.

— Шерлок! — позвал Майкрофт.

Шерлок не отреагировал, только дернулся и прижал руки к груди. Гермиона обошла Майкрофта и, не обращая более внимания ни на кого, опустилась на колени перед ним. Вблизи стало видно, что он был не здоров — кожа покрылась испариной, губы слишком ярко выделялись на бледном лице, под глазами наметились темные круги. На щеках выступала черная щетина. Кроме того, он не просто прижимал руки груди — он прятал что-то маленькое и, очевидно, очень ценное.

— Он не спит третьи сутки, ничего не ест. Вчера я влил в него пару глотков воды — с боем и скандалами, — произнес Джон Ватсон, обращаясь к Майкрофту. — Все из-за этой чертовой штуковины!

Гермиона отвела взгляд от Шерлока, подскочила, подошла к Джону и быстро спросила:

— Что за штуковина?

Джон несколько секунд раздумывал, стоит ли отвечать на вопрос совершенно незнакомого ему человека, потом взглянул на Шерлока и решил, очевидно, что стоит.

— Пять дней назад инспектор Лестрейд предложил нам дело — французский спортсмен Доминик Готье найден мертвым в окружении тысяч спичечных коробков. Все абсолютно пусты, кроме одного — того, который сейчас у Шерлока*.

— И что в нем? — спросил Майкрофт.

— Я не знаю. Но оно светится. Сначала, первые пару дней, Шерлок изучал его как обычную улику, разве что мне в руки не давал, — продолжил Джон, — а потом началось вот это. В четверг утром я нашел его в этом кресле — он смотрел на свет внутри коробка и улыбался. Я спросил, что там, но он не ответил, закрыл коробок и прижал к груди.

— Мы пытались отобрать его, — сказала женщина, — но не вышло. Джон сделал Шерлоку укол снотворного в плечо, но оно не подействовало.

Гермиона устало потерла глаза — отдыха как будто и не было. Шерлок в своем репертуаре — любопытен как ребенок и с удовольствием игнорирует все правила, в том числе и требования безопасности. Если бы она не уехала во Францию или приехала через два дня, как и планировала, а не через пять, он бы, конечно, принес ей находку, но в ее отсутствие наверняка посчитал себя в праве поизучать занятный артефакт.

— Оставьте меня с Шерлоком, — сказала она твердо и тут же последовали почти одновременные:

— Целесообразнее, если я останусь рядом, — от Майкрофта, и:

— Я с места не сдвинусь, — от Джона.

— Мистер Ватсон, — Гермиона выпрямилась и осторожно положила Шерлоку руку на плечо, — с ним все будет в порядке. Но вам и мисс…

— Морстен.

— И мисс Морстен стоит пойти на кухню, оказать помощь вашей хозяйке — у нее, кажется, истерика.

Джон плотнее сжал губы, а потом спросил:

— Не вы ли имели непосредственное отношение к чуду его спасения два года назад?

— Я, — не стала спорить Гермиона. Едва ли Шерлок рассказал своему другу о магии, скорее, напустил тумана — он умел это делать.

— Ладно, — кивнул Джон. — Мэри, пойдем.

Они вышли, Майкрофт остался стоять посреди гостиной. Он разумно молчал и не задавал вопросов, а Гермиона достала волшебную палочку и попыталась воздействовать на спичечный коробок. Безуспешно.

Заклинание сна и обездвиживания тоже не помогли — что-то словно поглощало магию. Шерлок прикрыл глаза, его улыбка стала еще шире — а, казалось бы, шире уже некуда.

— Иммобилус! — на пробу произнесла Гермиона. Шерлок на мгновение замер — и тут же снова обрел подвижность.

— С чем мы имеем дело? — не выдержал Майкрофт.

— С артефактом, и, к тому же, из темных. Пьет энергию почище любого вампира. Что ж, будем надеяться, что моя лицензия еще действует, — она сглотнула, собрала волю в кулак и скомандовала: — Империо!

Непростительное заклятье, концентрация ее решимости, приправленной жаждой власти и верой в собственное могущество, сработало, пусть и с трудом. Гермиона почувствовала, как по руке прошла волна тепла.

— Встань! — велела она. Не меняя выражения лица Шерлок поднялся из кресла и замер на манер стойкого оловянного солдатика.

— Положи коробок на столик.

Он двинул рукой — но не завершил движения, снова прижал коробок к сердцу.

— Положи! — резче велела Гермиона. — Немедленно.

Волна из просто теплой стала обжигающе-горячей, сила воли Шерлока, подкрепленная темной магией артефакта, была невероятной. По спине Гермионы заструился пот, виски заломило от боли, она пошатнулась, но твердая рука Майкрофта осторожно придержала ее за плечо.

— Положи, это приказ, — выдавила она из себя — и Шерлок медленно, как сломанная кукла, вытянул руку и разжал ладонь. Коробок упал на журнальный столик, но Гермиона не отменила заклинания — посмотрела в пустые, ничего не выражающие глаза друга и сказала: — ложись на диван.

Шерлок пошел выполнять команду, а Гермиона осторожно склонилась над коробком. С виду он был совершенно обычным — такой можно купить в любом ларьке. Интересным было содержимое.

— Специалис ревелио, — пробормотала она себе под нос, стукнув коробок. Разумеется, на стандартные выявляющие чары он не среагировал. Дотрагиваться до него Гермиона не решилась, поэтому прикрыла дверь и наколдовала патронуса.

Светящаяся выдра сделала несколько забавных подскоков и замерла.

— Найди Эрни МакМиллана, передай: «Эрни, срочно аппарируй по следу моего патронуса и возьми емкость для опасных артефактов». Иди.

Выдра понятливо кивнула и растворилась в воздухе. Сзади тихо выдохнул Майкрофт — Гермиона вспомнила, что он ни разу не видел подобного волшебства, только бытовое.

— Это был патронус, — пояснила она, — личный помощник и защитник.

— Я догадался, — ответил он спокойно, а потом прошел к лежащему на диване Шерлоку и присел на подлокотник.

Эрни, возглавлявшего отдел по обезвреживанию опасных артефактов, ждали молча — Шерлок, все еще находившийся под действием «Империуса», молча смотрел в потолок и почти не двигался, Майкрофт возле него и вовсе превратился в живую статую, а Гермиона опасалась выпустить из поля зрения коробок, от которого фонило магией.

Эрни — располневший, ставший похожим на шар с ножками, но ответственный и бешено-работоспособный, прибыл через десять минут и, забыв поздороваться, наклонился над коробком. Громко цокнул языком, достал небольшую деревянную коробочку — ловушку для артефактов — и переместил коробок вместе с его опасным содержимым внутрь. Едва он захлопнул крышку, как в комнате посвежело, стало легче дышать.

— Веселая штуковина, шеф, — заметил Эрни, — ловец душ. Слабенький пока, но затягивает, зараза.

Гермиона охнула — на секунду представила, что было бы, не успей она отобрать вещицу у Шерлока.

— С магглами сама разберешься?

— Разумеется, — заверила его она, — отчет об уничтожении завтра принесешь.

Эрни с хлопком исчез, унеся с собой артефакт, а Гермиона обернулась к Холмсам и сняла с Шерлока заклинаний.

— Что за черт? — тут же спросил он.

— Это ты скажи, дорогой братец, — язвительно ответил Майкрофт, и Гермиона была с ним в этот раз совершенно солидарна, — почему тебе отказал твой хваленый ум?

— Это был эксперимент! — Шерлок, пошатываясь, встал, но тут же снова рухнул на диван — сказалось трехдневное голодание.

— Шерлок, — сказала Гермиона, — эта штука выпила бы твою душу, как дементор, за полторы-две недели. До дна. Это не эксперимент, а глупость. Ты же знаешь, что магия — это не то, с чем можно шутить.