Zkd 3: Правосудие (СИ) - Стоун Аля - Страница 25

— Мне с момента знакомства нужно было орать об этом или как? — Рита повысила тон, стараясь не спускать планку. — Назад время не вернёшь!

Цыпа нервно улыбнулся уголком рта, переведя взгляд в сторону. Он кратко кивал головой.

— Ты и твой брат…

— Давай! Давай, скажи то, что сказал мне в первый день нашей встречи!

Люди оборачивались на Риту с Костей и недоумевающе переговаривались между собой. С щёк Риты покатились горькие слёзы отчаяния. Она не могла их контролировать, лишь только чувствовать и ощущать этот соленый привкус на губах.

— Я убил невиновного пацана за своего отца! Так сказал мне Рослин, показав в качестве доказательства отцовские наручные часы, — успокоившись, продолжил мысль Цыпа. — Твой брат меня, сука, дурил! Всё это время, Рослина, ты понимаешь?

Цыпа не стал повторять то, что говорил Рите раньше, ведь они пришли к умозаключению. Тот факт, что Рита призналась ему, Цыплаков щедро принял как за бесконечное доверие, но проявлять это Рите не стал.

— А я верил ему. Думал: «Какой крутой тип! Работу подкидывает, бабки вовремя платит». Пошло оно всё… — Цыпа отвернулся от Рослиной, чтобы скрыть свою горечь отчаяния.

Слёзы катились по его щекам, перекрывая кислород в лёгкие. Боль пронзала и резала его истерзанную душу до такого состояния, что хотелось кричать во всю мощь, которая копилась в Косте долгие годы. Цыплаков, поняв, что демонстрирует перед Рослиной свою слабость, тут же утёр слёзы и выпрямил спину, шмыгая красным носом.

— Костя, — шёпотом произнесла Рита. — Мне жаль. Очень-очень жаль…

— Пошли, время видела? — Цыпа перевёл своё эмоциональное состояние в «спящий режим», дав Рите понять, что всё с ним хорошо.

Рослина тяжело выдохнула ту боль, с которой проговаривала все события и действия, совершенные её братом. Ей не стало легче от того, что она призналась и что теперь на одну проблему стало меньше. Наоборот, Цыплаков только больше озадачен новой информацией, в которую посвятила его Рослина. Но где-то в подкорках чувствовалась свобода, ведь Рита смогла подпустить Цыпу на шаг ближе к себе, располагая своим доверием.

Рослина молча побрела за Цыплаковым, пребывая в полном молчании. Эхом в голове оседал их крайний диалог на повышенных тонах. О чём думает Цыпа? Как убить Вадика? Как же жестоко ему отомстить? У Рослиной пробежалась мысль о том, что сейчас он запросто сможет завалить её в подворотне, всадив, например, нож и оставить так же умирать в полном одиночестве, как и отца Цыплакова. Но она понимала, что он не монстр. Он бандит, отморозок, временами заносчивый, но не чудовище, которое смогло бы так поступить. В отличие от брата Риты.

— Цыплаков, — первой прервала тишину Рита. — Я ведь не…

Цыпа перевёл взгляд на Риту, тем самым перебив её одним только лицезрением. Он резко остановился, взял обеими руками за хрупкие плечи Риты и заставил её смотреть прямо в глаза.

— Рит, забей, ладно? Это было до тебя, — Цыплаков смягчил тон, стараясь тем самым успокоить Рослину. — Спасибо за твоё признание, но просто оставь эту тему и не вздумай ни с кем мусолить! Ты меня поняла?

«Ни с кем» имелось ввиду «не с Вадиком». Сейчас Цыпу больше всего напрягал тот момент, что Рослин нагло врал ему в лицо. Но горе Кости тешил тот факт, что он невзначай отомстил «досрочно» Вадику, подорвав его же собственную машину. Ритке Цыплаков не стал доверять сие информацию. Сейчас она была явно не в состоянии впитать в себя что-то важное. Кто ж её знает? Ещё додумается вспомнить это на утро и рассказать об этом своему брату. Конечно, Рита бы такого не учудила, но и Цыпа рисковать не стал.

Круглосутку, всё же, ребята по пути встретили и, как Цыплаков и говорил раньше, решили посетить за пачкой сигарет.

— Ты что-нибудь будешь? — торопясь спросил Цыпа, будто впереди намечалась километровая очередь, как в будние дни в супермаркете.

— Колу, — скромно произнесла Рита. — Зеро которая!

— Ты типа на диете? — отшучиваясь спросил Цыпа, взглянув на Рослину.

— Типа трезвею.

Рита улыбнулась в ответ Цыплакову так, будто диалога на тему об убийстве его отца и вовсе не было. Девушка решила подождать снаружи, чтобы вдоволь надышаться свежим воздухом и встретить первые лучи рассвета. На улице уже начинало светлеть, а уличные фонари не так выбивались из городского пейзажа и не резали глаза. Разъезжающих машин было на дорогах совсем мало, что заставляло Риту насладиться полной тишиной. Лишь в подвальном помещении круглосуточного магазина слышались отдалённые голоса Цыпы и продавщицы и приглушённый шум радио.

Костя молча поднялся по ступенькам вниз, протягивая стеклянную бутылку колы Рите. Сам же парень зубами открывал пачку сигарет, сняв с неё целлофановую плёнку.

— Спасибо!

Рита торжествовала, словно маленькая девочка, которой купили Киндер. Сейчас она радовалась коле, как дети радуются сладостям и игрушкам, или как отличники радуются пятеркам. Гудящая голова давала о себе знать, а сладкая газировка подавляла это отвратительное чувство похмелья.

Цыпа молча улыбнулся Рослиной, приняв у себя в голове тот факт, что не так уж всё плохо у него может складываться с девчонками. Нужно просто чуть больше проявлять заботу, внимание и «чё-то там ещё ванильно-сопливое, о чём мечтают девчонки».

Прогулочным шагом ребята дошли до дома, где жила Рита. Большая «свечка-высотка» в двадцать пять этажей рисовались перед глазами у Цыпы. Интересно, какой там вид на последних этажах с окон? Рита не подходила к дому ближе, чем на десятки метров, стараясь высмотреть машину брата на парковке.

— Не уверена, что Вадик уехал, поэтому будем стоять тут, — сомнительно проговорила Рита. — Цыплаков, ты — настоящий дружище.

Непоколебимость Цыпы не давала спроектировать все те эмоции, которые испытал парень от услышанного. «Друг»? Рита всерьёз считает, что позвонить в два часа ночи и прогулочным шагом дойти до её дома — это дружба? Ну, возможно! Цыпа не знал, каково это — дружить с девочками. Но он точно не хотел дружить, наверное…

— В смысле не уехал? Он чё, с тобой живет?

— Приезжает, когда ему вздумается. Он же это, типа прячется, — пояснила Рита. — Колы?

Рослина протянула Цыпе стеклянную бутылку колы, но Цыпа неуверенно покачал головой. Его мысли окутали вопросы, от кого же может прятаться сам Вадим Рослин? Ну, уж точно не от банды, которую он сам поставил на бабло и сдал ментам. Смысл? Он сам может убить их любыми доступными способами. Тогда кого он боится, что аж прячется?

Ритка была симпатична Цыпе, потому что девчонкой она была весьма красивой, необычной. Но что-то было в ней такое нечто притягательное, и «это» было вовсе не в её внешней красоте. Цыпа не мог рассмотреть эту черту. Но дело, может, в её пуленепробиваемом характере? Она ведь такая же безбашенная и без тормозов! С Цыплаковым Рослина, конечно, не сравнится, но всё же. Возможно, именно это его и притягивало, заставляло думать о Рите чуть ли не каждый день, но Костю особо это не задевало. Он в принципе относился к этому довольно-таки лояльно. От Лизки её отличало то, что Ритка была более живая, общительная, интересная и забавная личность. Гордеева же была, скажем так, загадочной, закрытой и недосягаемой. Рано или поздно, но Косте это надоело. Она морозила его до такой степени, что Цыпа чуть не рассорился с Гошей когда-то…

А про Риту можно было сказать совсем иначе; она переживала по поводу своих волнений и сомнительных ощущений в голове. Аппетит временами пропадал, как будто Рите снова было пятнадцать лет. Это был дурной возраст, когда все мысли и чувства остро воспринимаются. Любая легкая симпатия вызывала целый взрыв эмоций и невообразимых переживаний. Паника накатывала с головой, конечности судорожно тряслись, живот скручивало так, что аж при виде одной только еды начинало тошнить. Но Рите давно уже за пятнадцать. Она мыслила достаточно зрело. Ну, пыталась, во всяком случае. Она была уверена, что чувства во времена симпатии подросткового периода никак не застанут её в довольно-таки сознательном возрасте, но Ритик, кажется, плохо знала себя. Цыпа казался ей грубым в плане внешности, немного неопрятен, потому что «районовский» стиль был не совсем в её вкусе. Но это волновало Риту тоже меньше всего. Упрямство и напористость Цыплакова играла большую роль в глазах Рослиной. Её привлекало это больше, чем только что-либо могло в Цыпе. Уже с первой встречи, во время конфликтного разговора, Ритка чётко осознавала, что этот пацан ей приходится по вкусу, но сказать прямо в тот момент было диким абсурдом! Но рано или поздно всё становится явным. Тем более, как учил Вадик: «Пацаны должны за тобой бегать, а не ты, Маргаритик, за пацанами!».