(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений (СИ) - Лунёва Мария - Страница 81

— Осторожность и Калеб?! — я усмехнулась. — Да он взрывчатку в кармане таскает и не хочет слушать меня.

— И меня не слушает уже очень давно. Сколько раз ему говорил — допрыгаешься и взлетишь на воздух.

— Мы даже поссорились, — поддакнула я, — в шкафу с вещами пять ящиков этих его игрушек хранилось.

— На улицу всё, — генерал Мортен сурово нахмурился. — Бабушка никогда не позволяла ему даже в комнату протаскивать сие богатство.

— Запрети ему, ага, — пробурчала я.

Взглянув друг на друга, мы рассмеялись.

— Ну Калеб, ну внучок, — дед покачал головой.

— Вы к нам надолго, правда?

— Вообще-то, навсегда. Но это пока закрытая информация.

— Здорово как, — я искренне обрадовалась таким новостям. - Значит, дом будем строить большой...

— Да я, внучка, думал занять соседний участок.

Я непонимающе на него уставилась.

— Вы семья самостоятельная, Даллия. Внук вряд ли будет так уж счастлив моему постоянному присутствию в его доме.

— А вы спрашивали его? — я приподняла бровь.

Просто моё мнение было прямо противоположным.

— Нет, но...

— А спросите, — мягко перебила я, — уверена, о каком-то там участке он и слушать не захочет. Но сейчас главное, чтобы всё с ним было хорошо. Я так испугалась!

— Ты безумно храбрая девочка, — похвалил меня генерал.

— Вы близких теряли?

— Да... — он медленно кивнул.

— Помните ту боль и пустоту? Нет ничего страшнее этого чувства. Калеб — моя маленькая вселенная. Он и девочки. Не станет кого из них, и мир посыплется на мелкие осколки. Не хочу опять пережить это...

Я снова выглянула из-за спин фельдшеров. Мужу на запястье крепили датчик, мигающий красными огоньками.

— Я прекрасно тебя понимаю, девочка. У нас большая семья. Но мои сыновья уже сами дедушки, а Калеба я растил ещё с пелёнок. Его мама, моя дочь, всё по кораблям моталась фельдшером. О карьере мечтала. Отец — пилот первого класса. Вся жизнь со штурвалом в руках. Мне порой кажется, что внук и лиц их не помнит. Моя вечная головная боль.

— Дети не вырастают?! — улыбнулась я.

— Дети как раз таки растут, а внуки нет. Ближе Калеба у меня никого нет.

— Он вас тоже очень любит и уважает.

— Он мне это уже продемонстрировал... И не раз.

Слабый стон заставил нас замолчать. Медики опустили подголовник капсулы и накрыли мужа термоодеялом. На его плече красовался белоснежный мягкий фиксатор.

— Что мне скажете, док? — генерал подозвал одного из фельдшеров. Высокого светловолосого мужчину средних лет.

— Коротко или в деталях? — уточнил он.

— Давай коротко. Что мне твои детали? В этом я не силён.

— Основные рекомендации простые, — фельдшер взглянул на меня. — Руку беречь. Из постели два дня не выпускать. В ячейке капсулы я оставил нужные препараты.

— Мы потом её вернём на корабль, — пообещал Мортен старший.

Фельдшер кивнул и отправился на выход.

Как только возле Калеба стало пусто, туда пробрались мои зелёные девочки. Лапушка осторожно пригладила листочком его руку.

— Ты смотри, какие преданные, — прошептал дед.

Склонив широкие листья, Жиря обвила запястье Калеба тонким корешком.

В коридоре послышался шум.

Вернулись солдаты. Навстречу к ним направился мистер Петер.

— Мне нужно заняться бывшей администрацией, Даллия, — пробормотал мистер Янук.

— Я тут с назначением.

— Мы там немного в городе пошалили, — пробурчала я. — Взорвали магазин и здание этой самой администрации. Кеплер отдан военному ведомству Земли?

— Не совсем, — генерал покачал головой, — совместное владение с Марсом. Но думаю, моему будущему заму сейчас не до карьерного роста. Ему бы выспаться...

— Мистер Петер?! — тут же догадалась я.

— Да, — дед кивнул. — Я сейчас оставлю вас. Естественно, не одних. Вам помогут переселиться. А как Калебу станет лучше, мы будем решать оставшиеся проблемы.

— Вы прямо сейчас в Торшоп?

— Да, наводить порядки и допрашивать задержанных. А что взорвали — не беда. Я уже привык за внуком что-то отстраивать заново. Иногда мне кажется, что он родился со взрывчаткой в руках.

Поджав губы, я лишь кивнула и шагнула к мужу. Он был без сознания. Сев рядом с Жирей, потянулась и взяла своего любимого мужчину за руку.

— Плакать буду потом, — прошептала словно в никуда. — А сейчас это лишнее.

Мистер Янук тихо покинул дом.

Солдаты затаскивали контейнера с вещами. Миссис Ненси, растрёпанная, еле держалась на ногах. Она что-то бормотала про теплицу и растения в ней.

Но всё это меня не тревожило.

Весь мой мир сосредоточился около одной медицинской капсулы, в которой беспокойно спал мой огромный суровый медведь со смешинками в уголках глаз.

— Даллия, мы приготовили тебе комнату...

Словно очнувшись из забытья, я взглянула на мистера Петера.

— Тебе нужно отдохнуть, дочка.

Я лишь покачала головой.

— Не спорь. Кому будет лучше оттого, что ты тут сидишь.

— Мне просто легче здесь, рядом с ним, — тихо ответила я.

— Я же сказала, не уйдёт, — миссис Ненси держала в руках чашку с дымящимся чаем.

— Значит, несём матрас, — кивнул мистер Петер. — Там у нас надувной среди вещей. Но чтобы сейчас поела. Поняла?

Я согласно кивнула.

Через несколько минут уже сидела, поглощая картофельные лепёшки, и наблюдала, как для меня стелют постель рядом с капсулой.

— Доставили мы вам хлопот, но спасибо, — искренне поблагодарила я, глядя на спящего Калеба.

Миссис Ненси непонимающе взглянула на меня.

— Ты о чём, милая? — прошептала она. — Ты же среди ночи больная к нам мчалась. Хоть отплатить тебе заботой.

Прикусив губу, стянула куртку и взглянула на грязные ноги. Местами кожа покраснела и сморщилась.

— Я принесу ведро с водой, — шепнула соседка и вышла.

Вскоре мы наконец улеглись.

Я на матрасе, а девочки с другой стороны медкапсулы затащили корешки в небольшие горшочки.

Этот страшный день подошёл к концу.

И мы оказались в победителях.

Сквозь вязкую глубокую дремоту я слышала негромкие мужские голоса. Мне чудилась кухня и муж, стряпающий котлеты. А рядом со мной, неожиданно, его дед. Но стоило мне ухватиться за эту картинку, как всё исчезло. Теперь я бродила у теплицы, а мужчины зачем-то выкорчёвывали из земли Лапушку, поедающую... вот те на... те самые котлеты!

— ... твоя девочка мне так и сказала, дом большой строить будем...

— ... ты тоже придумал, дед, зачем тебе участок?

— ... строительство — дело не одного дня...

— ... восстановим пока что есть... Не чуди, вместе жить будем...

Эта фраза врезалась в моё сознание, отгоняя вязкую дремоту.

Нехотя распахнув глаза, встретилась взглядом с мужем.

Нахмурившись, я пыталась понять, что не так.

Он лежал рядом со мной на кровати. И комната вроде не та, в которой мы засыпали вчера.

— Калеб, ты почему не в капсуле? — я внимательно вглядывалась в лицо мужа.

— С добрым утром, малыш, — он хитро улыбнулся. — Потому что она мне больше не нужна.

— А я как здесь оказалась?

Покрутив головой, сообразила, что медкапсулы даже в комнате нет.

Когда унести успели? И главное, зачем? Калебу же два дня в ней лежать.

— Что ты такая переполошенная, Дали? Тебя дед сюда перенёс по моей просьбе.

— Не помню этого, — призналась я.

— Потому что тебе вкололи снотворного, детка.

— Зачем?

Поморщившись, приподнялась на локтях. Перед глазами резко потемнело. Застонав, я снова опустилась на подушку.

— Затем, что кто-то не сказал, что у него ожоги на ногах, — в голосе мужа мне почудились суровые нотки.

— Просто покраснело, — пожала плечами. — Я сама это заметила, когда уже спать ложилась.

Калеб нахмурился.

— А ночью, Даллия, у тебя поднялась температура. И нам очень повезло, что на кухне ночевал корабельный фельдшер, которого дед попросил проконтролировать моё состояние. Он зашёл сюда проверить одного больного, а обнаружил другого.