Планета откровений (СИ) - Черезов Данила Алексеевич - Страница 59

— Погодите-ка, — прервал его Виктор Петрович. — Вы не об этом исходе буддистов в поисках земли обетованной сейчас говорите?

Старейшина кивнул.

— Вот с ними мы бы стали общаться, — сказал он. — Но не с вами, не с тем, кто сейчас стоит за вашими спинами.

— Кто стоит? — не понял его капитан.

— Образно выражаясь, — пояснил Старейшина. — Вот такие дела. Хотел Вам это рассказать, пока вы не улетели.

— Что же… — Виктор Петрович не очень хорошо понимал, что ему делать с этой информацией, и, сказать по правде, не особенно во всё это поверил. Уж больно неправдоподобно это звучало — Зло, да ещё и с большой буквы, в каждом уроженце Земли… Бред какой-то!

— К сожалению, совсем не бред, — глаза Старейшины были полны грусти. — Но дело, конечно, ваше — верить мне или нет. Я понимаю, что не заслужил Вашего доверия…

— Да уж, — буркнул капитан.

— Но поверьте мне… Хотя нет, — прервал вдруг себя Старейшина. — Хотите доказательств?

— Каких? — устало отозвался Виктор Петрович. — Уважаемый товарищ Старейшина, вот, право слово, какие могут быть доказательства? От вас? Расы гипнотизеров и суперсуществ, владеющих телепортацией, и ещё Бог знает какими умениями? Что вы можете показать мне? Нет-нет, не отвечайте! Я и сам могу ответить. Что? Да всё, что угодно! И показать, и внушить… Не знаю, зачем вам всё это, но, боюсь, теперь до конца своих дней буду сомневаться в том, не запрограммировали ли Вы меня на какую-либо подлость нашему народу. Или кого-то ещё. И правду ли Вы рассказали про эту вашу… Лиану. А была ли она вообще? Если была, то не шпион ли это, подосланный таким вот образом к нам на корабль? А? Что скажете?

— Ничего не скажу, — покачал головой Старейшина. — А сделаю. И пусть меня потом мучает совесть…

Виктор Петрович внезапно почувствовал, как темнеет в глазах, охнул и покачнулся.

— … Ведь обещал же себе — не вмешиваться ни в ваше сознание, ни в организм, — закончил свою мысль бородатый абориген. — И вот — не удержался. Простите меня. Но иначе не мог доказать Вам свою правоту.

— Что… что вы со мной сделали? — прошептал капитан. В голове звенело от необычайной ясности, мысли все были как на подбор — кристально чистые и чёткие, ни одной случайной. Окружающий мир развернулся всеми красками, запахами — и это притом, что большинство ароматов блокировались фильтром скафандра. «К чёрту скафандр»! подумал он, снимая шлем и вдыхая свежий воздух полной грудью. Как хорошо!

Старейшина улыбнулся ему.

— Что я сделал? Убрал из вас Зло. Не благодарите.

***

Катер мягко опустился на поляну перед модулем. Некоторое время стоял, остывая, потом из открывшегося люка высунулся Борис и радостно помахал капитану и психологу, вышедшим его встретить.

— Эгей, капитан! — заорал Борис. — Запрыгивайте в седло, мчим домой!

— Спускайся к нам! — махнул ему рукой Виктор Петрович. — Будешь помогать паковать модуль.

Борис спрыгнул на землю, не дожидаясь, пока разложится лента трапа.

— Ну вот, — проворчал он. — Так и знал, что придётся работать…

— Не ворчи, — улыбнулся капитан. — Для тебя это отличный шанс последний раз посмотреть на другую планету во всей её красе.

— Почему — последний? — удивился Борис. — А что дальше?

— Что дальше — знает только Бог и Вселенная, — развёл руками Виктор Петрович. — Но я говорил про именно эту планету — сюда мы вряд ли когда-нибудь снова вернёмся.

— А, ну да, — кивнул успокоившийся Борис. — Точно! — Тут он обратил внимание на факт, который прежде ускользнул от его внимания.

— Капитан? — ошеломлённо спросил он. — Вы без шлема?!

— Да, — отозвался тот. — И тебе рекомендую — воздух здесь отличный!

Тут подал голос молчавший до этого Гришин, в отличие от капитана шлем не снявший и стоявший чуть поодаль от него.

— Борис, не слушай его! Ему аборигены мозги промыли, нельзя шлем снимать!

Капитан укоризненно покачал головой.

— Эх, Костя-Костя… Жаль, Старейшина отказался убирать Зло из кого-то либо ещё! Ну, ничего, сами справимся — выбьем эту гадость из всех! — И он погрозил кулаком куда-то вверх.

— Эээ, капитан? — осторожно проговорил механик. — Вы в порядке?

— В полном, — уверил его Виктор Петрович. — А вот наш психолог — нет, к сожалению.

— Он говорит что наоборот.

— И кому ты веришь больше? — остро посмотрел на него капитан. Борис хмыкнул, отдал команду на открытие замков, и, сняв шлем, с наслаждением втянул в себя воздух чужой планеты.

— Хорошо! — сказал он. — Пахнет-то как!

Психолог злобно смотрел на них из-под поляризационного стекла своего шлема.

— Что, Костя? Задурила тебе эта баба мозги? А ты ведь психолог, между прочим. Помнишь? И не просто психолог, а ещё и ксенолог! Ты таких баб должен как орешки щелкать. А щелкнули тебя, получается…. Обидно?

— Идите вы к чёрту! — огрызнулся Гришин. Оправдываться, пытаться объяснить что-то, было уже бесполезно. Капитан полностью поддался гипнозу, да ещё и Бориса теперь заставил нарушить инструкцию по технике безопасности. И кто знает, не сидит ли где-то в кустах поблизости этот самый Старейшина, и не программирует ли он сейчас механика! А что, скорее всего так и есть. Только вот он, Костя Гришин, ничего сделать с этим не может. Сейчас не может. А сможет ли потом — время покажет. Главное, это то, что Лиана сейчас на корабле. В безопасности. Пока в безопасности…. А вот что сделает капитан, когда вернётся на корабль? Скорее всего, вышлет её обратно на планету. На смерть. На уничтожение. Что же делать? Думай, думай, Костя! Ты же психолог, это правильно капитан сказал — единственное, что он сейчас сказал правильно.

— Поможешь? — спросил его Виктор Петрович, всё это время, пока Гришин мучился раздумьями, за ним наблюдавший, и прекрасно понимающий, что творится у того в голове. — Или будешь и дальше вынашивать страшные планы?

— Да какие там планы! — досадливо махнул рукой Гришин. — Вы капитан, вам виднее, как поступать. Хотите быть оболваненным аборигенами — пожалуйста! Вот только не ждите, что я Вам буду в этом помогать.

— Хорошо, не буду, — согласно кивнул Виктор Петрович. — Но модуль-то поможешь нам собрать? Или это тоже попадает под статью «помощь аборигенам»?

— С модулем помогу, — вынужденно ответил Гришин. — Но шлем снимать не буду! И не просите!

— Да и не собирался даже, — удивился капитан. — Это личное дело каждого. Хочешь оставить фильтры между собой и этой планетой — пожалуйста. Вот только главный фильтр — он вот здесь, — и он постучал себя по лбу, — в голове, Костя. Только у тебя в голове….

На этом нравоучения, слава богам, закончились, и трое землян споро принялись за разборку жилого модуля. Собственно, ничего сложного в этом не было — необходимо было только: вынести из модуля все оставшиеся личные вещи и упаковать их в отдельный контейнер; закрепить внутри всё то, что нуждалось в закреплении; убрать всю мебель, выращенную за время проживания на модуле команды исследователей — в общем, подготовить модуль к сворачиванию. Когда через полчаса этот момент настал, капитан просто набрал несколько команд на своем комме, и модуль сложился в небольшой, диаметром где-то два на три метра, ящик. Оставалось только поместить этот ящик в катер, и можно было лететь обратно, на корабль.

Виктор Петрович довольно улыбнулся, и посмотрел на своих помощников.

— Отдыхаем десять минут, — сказал он. — Желающие могут попрощаться с планетой.

Борис радостно устремился к высокой траве, и сразу же бухнулся на неё в полный рост, на спину, счастливо раскинув руки и мечтательно глядя в такое непривычное небо. Как здорово было просто лежать, не опасаясь никаких подвохов со стороны местной флоры и фауны, просто наслаждаться моментом, полностью погрузившись в созерцание мира вокруг себя. В такие моменты становится понятно, ради чего вообще всё это — жизнь. Ради самой жизни, не ради каких-то подвигов, свершений, карьерных лестниц и орденов с медалями. Нет, это всё так, напускное, и счастлив тот, кто за этой ширмой может разглядеть то самое, настоящее, ради которого и следует жить.