Девочка-лед (СИ) - Джолос Анна - Страница 133

Как страшно, что всего этого больше не будет!

Как горько, что все это будет уже не со мной!

Я люблю тебя, Рома.

Пожалуйста, прости меня, но так будет лучше…

Глава 102

РОМАН

7 лет спустя

Голова трещит адски. И все перед глазами плывет к чертям. Отшвыриваю чертежи в сторону и нажимаю на кнопку.

— Марго, принесите, пожалуйста, крепкий кофе. И таблетку от головной боли, — помедлив, прошу я.

— Сейчас, Роман Александрович.

Откидываюсь на спинку кресла и разминаю затекшую шею. Гребаный проект с корейцами не дает расслабиться уже вторую неделю. Если так пойдет и дальше, то я точно двину коней.

— Роман Александрович, это я, — в кабинете появляется Марго.

Болезненно морщусь, потому что стук ее каблуков о плитку кажется сейчас самым мерзким звуком на свете.

— Кофе, вода, таблетка, — ставит передо мной поднос, нарочно засвечивая декольте с выгодного ракурса.

— Отлично, — запиваю колесо и вопросительно смотрю на свою секретаршу.

Она не спешит уходить. Стоит, хитро улыбается.

— Ваша мама звонила, просила напомнить насчет следующей пятницы.

— Помню.

— Шея болит, Роман Александрович? Может, сделать массаж?

— Идите домой, — поворачиваюсь к компьютеру и открываю корпоративную почту, ясно давая понять, что на сегодня она свободна.

— А вы? — слышу шелестение костюма, а затем чувствую пальцы на своих плечах. — Нельзя же столько работать. У вас вон и тени под глазами уже залегли. Совсем себя не щадите, а отдых… он необходим! Недавно на курсах нам рассказывали…

— Так, — я отставляю кофе и поворачиваюсь к ней.

Она улыбается еще шире и бесцеремонно прислоняется своей пятой точкой к моему рабочему столу.

— Роман Александрович, можно я буду честна с вами? — кокетливо выставляет ногу вперед, демонстрируя ажурные чулки.

Ну все уже засветила, что могла, ей богу.

Вскидываю бровь.

— Вы мне очень нравитесь. Вот прям очень, — произносит с придыханием и начинает расстегивать пуговицы на рубашке.

Твою-то мать…

— Только о вас и думаю дни напролет, — томно заявляет соблазнительница.

— Жаль.

— Эм… что?

— Я говорю жаль, что ваша голова занята мыслями, не касающимися дел «Беркутстроя». Мне казалось, что вы — профессионал своего дела.

— Конечно, я… профессионал, — в ее голосе звучит обида. — Я всего лишь…

— Маргарита, если вам по-прежнему дорого место в нашей компании, — устало перебиваю я, — застегните блузку, которая явно вам не по размеру, наденьте пиджак и отправляйтесь домой. В понедельник мы оба сделаем вид, что этого неудобного эпизода не было.

Марго какое-то время смотрит на меня в недоумении, затем, наконец, приходит в себя, поджимает кричаще алые губы и кивает. А ведь и впрямь казалась неглупой девкой. Что там в мозгу у них порой происходит за неполадка? Как переклинивает.

— Это из-за политики компании? — спрашивает, уже стоя у двери. — Или я вам совсем не нравлюсь?

— Марго, не испытывайте мое терпение, — понижаю голос. Вот вообще сейчас нет настроения на подобные беседы.

— Ясно, — фыркает она, дергая ручку.

Хлопает дверью и кажется я слышу прозвучавшее напоследок «козел». Ну зашибись…

Бросаю взгляд на часы. Двадцать один пятнадцать. Может и правда завалиться сегодня спать пораньше? Выключаю ноут и собираю разложенные по столу бумажки. Никуда не денется этот контракт, кто еще может предложить корейцам настолько выгодные условия?

Забираю пиджак и ключи, выхожу из кабинета. Уже собираюсь направиться к выходу, но замечаю, что секретарша все еще здесь. Лежит, опустив голову на сложенные перед собой руки и… совершенно точно плачет.

— Марго…

— Отстаньте, — пищит она. — Не человек, а железное сердце!

— Прекрааасно, — подхожу к ее столу и запускаю дурацкую крутилку.

— Это из-за шрама? — поднимает зареванное лицо и смотрит на меня со вселенской ненавистью во взгляде. — Вот из-за него, да?

Только сейчас замечаю тонкую полоску, пересекающую вздернутый нос Маргариты.

— Дуры, вы, бабы, — качаю головой.

— А вы, мужчины, умные, можно подумать! Я, может, в вас влюбилась, — она шумно тянет носом.

— Ключевое слово «может», — хмыкаю я. — Поверь, когда это действительно произойдет, ты поймешь точно, — протягиваю ей салфетки.

— Вам-то откуда знать! — язвит секретарша, сморкаясь.

— Хороших выходных, Марго, — прощаюсь, шагая в сторону лифта.

Спускаюсь на пустую подземную стоянку, сажусь в тачку и завожу мотор. Включаю телефон и жду пока загорится яблоко. Зеваю, устало тру переносицу, беглым взглядом просматривая сообщения и пропущенные. Трындец, выключил трубу на полдня, а ощущение, что меня не было в сети, как минимум, месяц.

Выезжаю с парковки, перезванивая только одному человеку. На остальных решаю временно забить.

— Ну наконец-то, Ром! — отвечает на том конце провода недовольный голос Полины.

— Привет, — сигналю придурку на ауди. Дебил, правил не знает.

— Ты где?

— Только выехал из офиса.

— А что за праздник? — с сарказмом произносит она. — Десятый час, а ты уже сбежал.

— Секретарша сказала, что я дерьмово выгляжу.

— Ты ее продинамил, что ли? — мрачно интересуется она.

— Нет, попросил кофе.

Такая себе полуправда.

— Я сегодня к тебе приеду, есть разговор, Ром. По поводу нашего будущего.

Закатываю глаза. Начинается.

— Хочешь, заберу тебя?

— Я пока в салоне красоты, сама чуть позже приеду.

— Окей.

Сбрасываю вызов и снова разминаю шею. Может и правда записаться на массаж к индусам?

Ну что там? Пробка… Это, пожалуй, то, что бесит меня в Москве неимоверно. Помню кто-то там подсчитал, что жители столицы проводят в пробках около ста часов в год. Рехнуться можно, сколько времени утекает впустую.

На телефон приходит смс. От Марго.

«Извините, Роман Александрович, мне очень стыдно за свое поведение, этого больше не повторится».

А следом еще одно:

«Простите за железное сердце и козла. Только не увольняйте, у меня ипотека».

Ржу в голос. Стыдно ей. Не все потеряно оказывается. Опускаю стекло и высовываю руку. Лето, июнь, пух летит во всю, духота, но в целом, круто же.… Можно свинтить на дачу, пока друзья не затащили меня в свой клуб.

Не хочу. То ли старый стал, то ли задолбало все…

Включаю радио, пусть хоть фоном потрещит, что ли. Рубит неимоверно. Кручу колесико, ищу что-нибудь средне-раздражающее, современная гавкатня меня не впечатляет. Особенно русская. Переключаю станции до тех пор, пока не слышу это. Нечто знакомое…

Делаю громче и убираю пальцы. Дорн. Та самая песня с моего выпускного. Так для меня и несостоявшегося. Я на него не пошел, не до того было…

Слушаю слова и чувствую, как нервы натягиваются словно струны. Столько лет прошло, но та история до сих пор отзывается тупой, ноющей болью и возвращаться мыслями в те дни — нет ни малейшего желания.

Снова двигаю колесико. Лучше уж пусть это. Достаю сигареты и щелкаю зажигалкой.

«Железное сердце»

«Вам-то откуда известно»

Лучше вообще не знать, что это такое, Марго. Впасть в зависимость от другого человека и навсегда потерять его — смерти подобно.

Я снова начинаю злиться, потому что эта моя агония периодически возвращается. Битым стеклом в груди. Ожогами воспоминаний, все еще живущих в моей голове.

Выбрасываю окурок и разъедаю взглядом серебряный браслет, который ношу до сих пор. Она оставила его в моей квартире, в качестве ответного подарка. И почему-то именно сейчас эта вещь раздражает как никогда.

Снимаю безделушку и швыряю ее в бардачок.

— Да пошла ты!

Пока доезжаю до дома, собираю, должно быть, все возможные штрафы. Потому что опять вспоминаю тот день на озере. Фальшивое «я люблю тебя, Рома», ее хрупкое тело и ее глаза, в которых было столько всего…