Девочка-лед (СИ) - Джолос Анна - Страница 107

Рома не двигается. Тоже понял, что к чему, хоть и смотрит по-прежнему на меня.

— Дернешься, пристрелю к чертям собачим, — предупреждает Паровозов, прислоняя пистолет к его виску. — И я, мать твою, не шучу…

Глава 80

РОМАН

Отлично. Дуло пистолета, судя по всему заряженного, касается моего виска.

Что ж, весомый аргумент, не поспоришь.

— Илья, — голос Лисицыной вибрирует и дрожит. — Пожалуйста, убери пистолет.

— Встал, — обращается ко мне тот, кому были адресованы ее слова.

Как сидел на нем, так и сижу.

— Ты тупой, что ли? — тычет пистолетом мне в голову.

— Ром, пожалуйста, Ром, сделай то, что он просит, — глотая слезы, умоляет Алена.

Есть в этом, конечно, нотка здравомыслия. Но, черт возьми, как же не хочется подчиняться.

— Не растерялся, — хмыкаю я, все-таки решая подняться с пола.

— Пасть закрой свою, — раздраженно и нетерпеливо бросает мне Илья. Тот самый Илья, которого я уже видел рядом со своей Лисициной. Это он забирал ее из больницы. И это он шубу ей привозил к торговому центру.

Я усмехаюсь. Удивительное дело, этот представитель криминального мира целится в меня пистолетом, но внутренне я спокоен как удав. А пушка-то боевая, между прочим. Переживать насчет возможного огнестрела точно стоило бы.

— Шмотки забрал и свалил отсюда по-хорошему, — заявляет мне этот упоротый.

— Ты сейчас серьезно? — выгибаю бровь дугой.

— А ты, я смотрю, прямо-таки жаждешь получить пулю в лоб, — выплевывает ядовито.

Морщится. У него у самого рука прострелена, остается только догадываться при каких-таких обстоятельствах это приключилось. Чутье меня никогда не подводит. Еще тогда этот персонаж на приоре показался мне крайне мутным. Чем он занимается по жизни — вопрос весьма интригующий.

— Могу сказать тоже самое про тюремный срок. Или ты подашься в бега после того, как меня пристрелишь? — не могу не усмехнуться.

— Там я уже был, так что не хрен меня пугать.

Прекрасно. Он еще и сидел?

— Парни, а давайте вы успокоитесь и… — тоном учительницы начальных классов произносит Харитонова.

— А давай ты просто заткнешься, — грубо перебивает ее брюнет. — Куда намылилась, Ляль? Стой, где стоишь. Подальше от этого своего столичного пижона отошла. Отошла, я сказал!

— Илья, — Лисицына качает головой и с опаской смотрит на пистолет. — Ты весь в крови. Твое плечо… Ты ведь ранен, да?

— Плевать.

— Пусть истекает кровью, — равнодушно заявляет Сашка.

— СВАЛИЛ, — игнорируя ее реплику, настойчиво повторяет он, обращаясь ко мне. — Сел в тачку и уехал в свою сраную Москву.

Я складываю руки на груди. Даю понять, что с места не сдвинусь.

— На счет «три» — прострелю колено, — сообщает он, просверливая во мне взглядом дыру.

Пока не пойму, блефует он или все же нет.

— Ты рехнулся, Паровозов? Приди в себя!

— Ты знаешь, Алена. Мне терять нечего, так что… — Илья опускает руку.

И впрямь собирается прострелить мне колени?

— Ты целишься в живого человека! — пытается воззвать его к совести и здравому смыслу Лисица.

— Живой-мертвый, дело пары секунд, — цедит этот отмороженный.

— А кровища-то из тебя льется только так, — снова встревает в разговор Харитонова. — Беркутов, скажи-ка, сколько вообще литров крови в человеческом организме?

Что блин?

— Это сейчас так важно, что ли? — искренне недоумеваю и смотрю на нее во все глаза.

Нашла тоже время для интеллектуального просвещения.

— Ну, крови всего сколько в теле? Если в литрах, — невозмутимо переспрашивает девчонка.

От меня не укрывается один интересный факт. Харитонова, которая итак стоит ближе всего к этому вольтанутому, преднамеренно, но почти незаметно сокращает дистанцию.

Что ты удумала, глупая? Но я решаю все же подыграть.

— Количество крови в организме взрослого человека составляет, в среднем, от четырех до шести литров.

— Ну вот!

— Объем циркулирующей крови зависит от возраста, половой принадлежности, массы тела, роста и объема мышечной ткани, — отвечаю я ей.

— Заткнулись оба! — бесится Паровозов (господи, ну и фамилия, но ему подходит очень даже, несмотря на то, что его национальную принадлежность я определить визуально так и не смог). — Че вы несете оба, а?

— Скоро в обморок хлопнешься, Аль Капоне, — продолжает отвлекать его нелепой болтовней Сашка. — Ты ощущаешь слабость? Головокружение? Или, может быть, слышишь некий звон в ушах? — чересчур живо интересуется, делая еще пару шагов вперед. — Ты явно бледнее стал, Паровозов. Тошнит? А в глазах не темнеет? Онемение конечностей? Чувство пустоты в голове? М?

— Какого…

— Сааш, — верещит Алена, задохнувшись от ужаса.

Клянусь, все происходит будто в одну секунду. Сашка левой рукой хватается за оружие. В этот же момент ребром правой ладони бьет Паровозова в сгиб кисти и выдергивает из его пальцев пистолет.

Твою-то мать! ЭТО ЧТО СЕЙЧАС ТАКОЕ БЫЛО?

Прямо-таки мороз по коже.

— Про пустоту в голове — явно к тебе, — тон ее голоса сейчас совершенно не похож на тот приторно заискивающий.

Отходит на несколько шагов назад. Теперь на прицеле уже Илюша. Охеревший от такого расклада.

Ну девчонка дает! Я в немом шоке.

— Слышь, дура, поранишься еще, — Паровозов постепенно приходит в себя.

Скалится и начинает двигаться по направлению к ней. Планирую вырубить его, напав сзади, но Сашка снова нас удивляет…

Глава 81

РОМАН

Звук выстрела и бьющейся посуды выходит довольно громким. Паровозов аж непроизвольно приседает.

— Чашка на второй полке, поверх твоей головы, — холодно информирует Харитонова. — Красивая. Была.

— Спятила? — орет он гневно.

Ни к месту, но почему-то дико хочется расхохотаться. Сюр, ей богу! Подстреленный пялится на рыжую, как баран на новые ворота.

— Я с оружием у папы на работе играюсь с десяти лет. Не сомневайся, что с легкостью попаду в любую нужную мне часть тела, — говорит она ему, при этом хитро сощурив один глаз. — Мне нравится твой живот. Пресс, все дела… Может, туда? Ой бооольно будет! Но недолго, если в печень стрелять…

Вот это тирада! Я с недюжинным интересом поглядываю на обалдевшего от ее речей Паровозова.

— Сааш, — Лиса аж охрипла от той жести, которая творится.

А я, например, до сих пор не могу поверить в то, что все это говорит человек, образ которого ну совсем не вяжется с тем трэшем, что происходит. Нет, Харитонова всегда была не промах, но чтоб настолько…

— Самооборона, — беззаботно пожимает плечами рыжая. — Ребята подтвердят в суде, если что. Так что, давай договоримся, мой истекающий кровью друг, пистолет твой в целях всеобщей безопасности побудет у меня. Ты ж большой мальчик, и без него проблемы решать умеешь, правда? А у нас она возникла. Лисицына одна, а вас придурков двое. В этом случае, кстати, именно ей надо делать выбор. Л — логика.

Я не могу сдержать нервный смешок. Вот это я понимаю парламентер. Восхищен, если честно. Паровозов вон вообще завис — не отвиснет. Не соображает совершенно. Лошара…

— Саш, — осторожно зовет ее Лисицына повторно. — Ты меня пугаешь.

— Все-все. Ладно. Давайте без огонька обойдемся, ребятки, — широко улыбается Харитонова, отточенным движением извлекая магазин из основания рукоятки. Выключает предохранитель и вынимает патроны.

Да… видел бы вот это вот все Юнусов.

— Что? — невинно хлопает своими глазищами. Мы с Аленой так и лупимся на нее в изумлении. — Я не собиралась стрелять до последнего. Он первый начал!

— Ты спятил? Да как тебе вообще в голову пришла мысль целиться в Рому! — первой отмирает Лисицына, нападая на Паровозова с обвинениями.

Тот сдергивает с вешалки вафельное полотенце и хмуро пялится в сторону рыжеволосой, снова включившей режим девочки-одувана.