Хранители Сердца (СИ) - Б Дара - Страница 36

— Значит, вы тоже контэ? А когти покажите? — тут же спросила она.

— Я носитель спящего гена. — ответил он. — Я контэ, но пассивный. У меня нет когтей и клыков.

— И какое это имеет отношение к ужину?

— У каждого рода контэ свой дух хранитель. Он же — Барс. Так вот ко мне наведался дух-хранитель рода. Интересовался почему пропустил семейный сбор…

— Подождите тот Барс, который командир Когтя или я что-то недопонимаю?

— Барс — это имя духа, а Хранитель Сердца взял его, поскольку в боевой форме контэ его глаза становятся кошачьими, а движения и повалки звериными. Как у хищников…

— Так когти у него есть или нет?

— Это так важно?

— Просто интересно врут легенды или нет. — пожала плечами она. — Это правда, что самые сильные контэ частично перенимают на себя образ своего тотемного животного?

Мгновение он молчал, потом тяжело вздохнул и кивнул.

— Предыдущий Хранитель Сердца во время боя мог трансформировать себя в ирбиса почти полностью.

— Сказки об оборотнях — не сказки.

— Оборотней не существует. Только необычайные маги со способностью к трансформации. — тут же методично поправил её Думов.

— Значит вы не пришли на ужин, потому что болтали с эфемерным существом? — уточнила Дарина.

— Не просто болтал — спорил. — пожал плечами он. — Мы с ним не ладим.

— А это правда, что активный контэ должен питаться не только человеческой пищей, но и едой того животного, вид которого принимает?

— Есть такое мнение. — улыбнулся он. — Контэ сильнее, быстрее, выносливее и почти не чувствуют боли. Их иммунитет к болезням и ядам настолько силён, что ни даже слоновья доза снотворного не имеет над ними никакого влияния и никакой существующий ныне вирус не способен свалить их с ног. А ещё… я слышал, что все контэ как лебеди. Единожды полюбив, они никогда не отпустят от себя объект своего обожания.

— Они почти не уязвимы, но любовь способна их убить. — задумчиво произнесла она. — А вы?

— Я же просил, на «ты». — резко отдёрнул её куратор. — Я действительно отличаюсь от людей, но не так сильно, как активные контэ. Но моя мама, а она тоже была пассивной, любила лишь одного, и эта любовь её уничтожила.

— Судя по грустному вздоху этим одним был не твой отец. — осторожно подобравшись к нему чуть ближе.

— Да, так и есть. — кивнул куратор.

— Но для вас это не болезненно. Вы вздохнули, но ваши глаза не стали грустными.

— Это приносит мне огорчение, но не делает жизнь несчастной. — нахмурился куратор.

— Что ж, мы так ничего и не узнали о талисманах. — задумчиво перевела тему Дарина.

— Я посмотрю в своих записях, может это натолкнёт меня на мысли. — пожал он плечами. — Проводить тебя до комнаты?

— Нет, не стоит. Я забегу к отцу. — она попрощалась с ним и побрела к кабинету отца.

— Что с тобой не так, Пламенева? — прикрыв глаза улыбнулся он и закинул голову к потолку.

Думова с детства учили не привязываться к людям. И к объектам, контакт с которыми устанавливаешь. За пару недель в наблюдении за Пламеневой он совершил огромную кучу ошибок. И самая главная ошибка заключается в том, что девушка ему нравилась. Ему нравилось общение с ней, и он не чувствовал от неё угрозы… она заставляла его чувствовать.

Он беспокоился за неё и не мог найти объяснение этому феномену. Он допустил ошибку открывшись больше положенного. И теперь задумывался, стоит ли ему продолжать миссию. Миссию, которая должна стоить ему свободы…

****

— Привет, пап. — Дарина уселась на парту первого ряда и удобно устроившись напротив отца сложила руки на груди.

— Ты в хорошем настроении или мне кажется? — отодвинув в сторону стопку работ, спросил он.

— У меня есть то, что вы с Олегом ищите в библиотеке. И я готова обменять это на одну ничего не стоящую тебе услугу. — тут же произнесла она. Александр Николаевич изменился в лице и медленно поднялся из-за стола.

— От куда ты узнала? — мрачно нахмурившись спросил он и запустил в работу защитное заклинание.

— Не трудно было догадаться. Я была в библиотеке и видела печати, которые рассматривал Олег. — она усмехнулась. — И Никита Георгиевич тоже видел, куда вы копаете. Поэтому застать его врасплох у вас не выйдет.

— А что вы вдвоём делали в Библиотеке? — Дарина видела, как на лбу у отца выступила морщинка. Это происходило, когда он очень злился, но старался это скрыть.

— Тебя интересует моя любовь к книгам или общество куратора? — ехидно переспросила Дарина. — Я воспользовалась его благосклонностью к любимой ученице, а если точнее, то особым профессорским допуском к библиотеке.

— Ты могла попросить меня. — коротко ответил отец, словно обижаясь, но складка на его лбу разгладилась.

— Да, но так интереснее. — кивнула Дарина. — После ужина я зашла к нему в аудиторию, занести дополнительное задание. И услышала разговор. Он называл своего собеседника Барсом.

Александр Николаевич чуть передёрнул плечами и приподнял брови.

— Что ж, раз я тебя заинтересовала… — она усмехнулась. — Я хочу свой «заклинатель» обратно.

— Ты про него вспомнила? — удивился мужчина, но тут же обернулся к шкафу с книгами и вынул оттуда кожаную книгу с замком-печатью.

— Да, и к счастью для всех нас, в нём есть одно древнее заклинание. — Дарина прикрыла глаза от удовольствия, которое испытала, прикоснувшись к своему давнему другу. Друг, который помнит больше, чем она. Другу, который знает Хранительницу совсем другой.

— Я полагаю именно его вы и ищите. Но не найдёте. Насколько мне известно, оно сгорело вместе с Замком Воронов. — Дарина сделала вид, что не заметила, как отец отвел взгляд при упоминании родного дома.

— От куда ты знаешь то, о чём и не слышал я? — с некоторой подозрительностью спросил он.

— Не помню. — проворчала Дарина, прижимая к груди тетрадь. — Но если бы помнила, то ни сказала бы из вредности.

— Я думал, что куратор тебе нравится. А ты предлагаешь спустить на него древнее заклинание?

— Ну, да! — развела руками она. — В том-то и дело. Он слишком мне нравится для человека, с которым я знакома всего пару недель. И это странно. Я хочу быть уверена, что могу ему доверять, а для этого его нужно проверить на вшивость.

— А если он окажется Барсом?

— Ну, это ведь замечательно! Посадим его в подвал на цепь, напоим зельем правды и выведаем всю стратегически важную информацию. — кивнула Дарина.

— А я переживал, что ты беззаветно в него влюбишься и сбежишь на Цету. — хмыкнул Пламенев. — Недооценил.

— Не на ту напали. — пожала плечами Дарина и оттеснила на книге свою энергетическую печать. Замок тихо щёлкнул и засветился. Книга открылась.

Дарина пробежалась взглядом по страницам. Трепет от долгой разлуки с «заклинателем» ощущался покалыванием магии в пальцах, но девушка не могла насладится этим чувством, поскольку отец всё ещё был рядом.

Александр наклонился над страницами и задумчиво рассматривал печати и вербальные команды заклинаний.

— Ты всегда писала хорошие заклинания. — задумчиво кивнул он. — Ты ведь вспоминаешь это, да?

Дарина усмехнулась и прикрыв на мгновенье глаза размяла пальцы. Когда веки поднялись, радужка была красной, а по лицу расходилась «маска». Девушка всмотрелась в антишпионскую магию отца и улыбнулась. Парой команд и движений вплела в неё несколько новых функций и укрепила контру энергией противоположного полюса.

— Ещё утром ты сказала Думову, что у тебя «по нулям». — осмотрев новую сетку заклинания, произнёс Александр. — А к вечеру магия десятого уровня?

— Я прекрасно помню всё чему меня учила мама. И распределению магии и контролю над ней. Я знаю, как контролировать себя. — кивнула Дарина. — Некоторые нюансы в теории ещё не восполнились, но я работаю над этим.

— Это слишком быстро.

— Может быть. — кивнула Дарина. — Но у нас мало времени. Как только проявится огонь, запустится обратный отсчёт. А когда время истечёт я должна буду напоить Сердце. И в этот момент ему лучше быть на Земле.