Муж на час (СИ) - Жигалова Ульяна - Страница 10

Он вещал, что им нужно установить камеры наблюдения, плюс те, которые снимают в инфракрасном свете, снять жилье поблизости, оборудовать пункт наблюдения, желательно в самой школе, установить дежурство. Причем клялся добыть все оборудование за два дня, если ему выдадут … ну так тыщ стопятьсот. Аппетиты ему урезали, Верка сказала, что выдаст двадцать, и крутись как хочешь, бери в аренду.

Галина и Михаил должны были завтра же оформить отпуска, Виктор ехать по адресу, подбирать жилье рядом. Задачи ставились четко, конкретно, так что бывший майор чуть не спросил по привычке «разрешите исполнять»?

Опускать Валька одного с деньгами было опасно, поэтому Верка целый день моталась по его знакомым. Они приобрели — бэушные камеры с возможностью съемки ночью — в местном заповеднике, раньше они стояли для наблюдения за животными. Спонсор подарил новые, а эти программеры заначили для себя; камеры наблюдения со скидкой в фирме, устанавливающей домофоны с видеофонами; там же датчики, реагирующие на движение; пакеты с фосфорными вспышками — на телестудии, для имитации взрывов, микрофоны и динамики.

Виктор объехал район школы на сто рядов — вокруг школы был пустырь, раньше, видимо, это был сад, сейчас же там сохранились только редкие старые деревья. Со стороны вести наблюдение сложно, будут мешать деревья, но рядом находится пустая коробка трансформаторной — кирпичный домик четыре на четыре метра, там он и решил разместить командный пункт. Но жить впятером там невозможно, поэтому он договорился с хозяйкой ближайшего дома — метрах в двухстах за пустырем. Старушка Филимоновна, прохиндейского вида дамочка, с подведенными бровями и накрашенными химической помадой губами, раньше работала сторожем в школе, и могла что-то рассказать, вдруг клад нашли раньше? Жить можно было в мансарде, следить сверху с помощью бинокля.

Начало операции наметили на вечер пятницы. Все вещи сгрузили в джип Виктора, Михаил и Галина ехали с ним, Верка с Вальком за ними следом, на Веркиной машине. Филимоновна встретила их у ворот, провела на мансарду — огромное пространство под крышей, без перегородок, с круглым столом на резной ножке, покрытым кружевной скатертью, и тремя широкими топчанами! Никаких отдельных комнат и уединения. Подумав, что двое будут на дежурстве, а на троих места предостаточно, начали разбирать вещи.

Легенда для хозяйки была придумана — они делают оценку здания школы, для включения в реестр памятников культуры, и последующей реставрации. Хитрая старушка, громко заявив, что раз они с Москвы, а у москвичей денег много, запросила за свою мансарду, как за номер в отеле пять звезд. Дополнительно обещала завтраки, мы мол, порядки то знаем.

В эту ж пятницу, попозже, рассматривали школу издалека на прогулке, потом лежа перед окном мансарды — через бинокль. Бинокль отбирали друг у друга яростно, всю ночь, потому что спать радом с Валентином оказалось невозможно — он храпел громко, переливчато, многозвучно. Встали не выспавшиеся, злые. Ехидная бабулька позвала пить чай, и все громко спрашивала — пошто все москвичи такие зелёные и злые? На завтрак был предложен жидкий чай, сухое печенье и глазунья со свежим хлебом.

Филимоновна с удовольствием сидела с ними за столом, расспрашивая про Москву, кого из знаменитостей они видели. Но главное, ее интересовали зарплаты в столице. Ребята понятия не имели, сколько получают столичные реставраторы, врать не хотелось, поэтому выкручивались как могли. Филимоновна же решила, что они скрывают большие зарплаты, и в душе сокрушалась, что запросила мало денег.

Потом придумала, что при выезде она с них возьмет и за свет, и за воду, немного приободрилась.

После завтрака выдвинулись на объект. Школа сохранилась гораздо хуже, чем они ожидали — окна выбиты, полы провалены, где-то из-под ДВП торчит почерневший паркет, балки сомнительно потрескались, обширный подвал полузавален, и просто опасен для передвижения. Помещения были разделены на более мелкие перегородками — видно было, что строили их позднее, и из чего Бог послал — из дерева, кирпича и даже сухой штукатурки — прадеда гипсокартона. Перегородки кое-где разрушились, увеличив количество хлама. Но в части помещений сохранились монументальные круглые печи из кирпича, явно подозрительные — одна такая поместит пару мешков ценностей. Чугунная фурнитура и вероятные изразцы растаяли в дымке истории, но кирпич был оштукатурен и побелен. Часть штукатурки отвалилась, особенно в местах изъятия чугунных дверей и вьюшек.

Виктор решил лично расспросить Толяна, и поехал его искать, Михаил с Вальком начали крепить камеры внутри здания. Но помещений было много, а камер мало — на все не хватало. Они ползали по зданию с катушками проводов, маскировали камеры — словом, трудились в поте лица. Советы слушали с раздражением, но вынужденно, применяли в работе.

Верка, которая в тайне мечтала о кладе, решила — раз закапывают, значит в землю — значит ставить надо на первом этаже, и в подвале. Вернулся Виктор, уточнил — Толян в тот раз шарился на чердаке. По его рассказам, он постоянно что-то находил на продажу — то бронзовую дверную ручку, то чугунные дверки-заслонки от печки, с литыми цифрами — 1870. Брали охотно, платили щедро. Только источник иссяк, вот и приходилось уже фактически просеивать пыль. Так вот, был он на чердаке, а шум и свет видел на третьем этаже.

Пришлось спешно переносить камеры на третий этаж, в трансформаторной будке устроили пункт наблюдения — два надувных матраса, ноутбук на ящике, сумка-холодильник с водой и едой. Из-за дежурства на первую ночь, чуть не подрались — всем не терпелось принять участие. Решил все жребий и ловкость рук — спички вытащили Виктор и Вера.

В «гостях» у Филимоновны остались Миша с Галкой и доблестный оператор. Без надзора Верки, он метнулся в павильон, припер пива и сухариков, и через пару часов храпел, как мотоцикл без глушителя на перегазовке.

Галка предложила посидеть на улице, у бабки среди разросшихся яблонь-ранеток была старая лавка. Там они и сидели, слушая далекий шум машин и лай местных собак. Просто разговаривали, Миша попробовал обнять ее за плечи, но девушка быстро освободилась — бабка Филимониха могла еще не спать, еще погонит с квартиры. Интенсивность храпа снизилась, они поднялись наверх, прежде чем упасть на диван, Галка бросила взгляд на здание школы.

— Миха, глянь, там свет! — Они на цыпочках подбежали к окну, в окнах третьего этажа мелькал свет, вполне реальный. Выдирая друг у друга бинокль, стали смотреть, но кроме отблесков света ничего не увидели.

Галка написала сообщение Вере «мы видим свет на 3 этаже» и тут же получила ответ «мы слышали шум, это Виктор пошел проверить».

— Фу, отбой, это Виктор. Там был шум, пошел проверять, — пересказала Михаилу, — давай спать.

Днем Виктор уехал к себе на стройку, Мишка с Галкой сидели в командном пункте, Верка и Валёк делали подсъёмки для будущего репортажа — им нужна была и дневная, и сумеречная картинка, поэтому они мудрили с фильтрами, и гоняли всех.

Позвонила Галина мать, и потребовала, чтобы она явилась вечером к родителям на дачу — приехали ее друзья, с сыном, таким же лохматым программёром, как эти оболтусы на работе. Его не интересовало ничего, кроме «железа», а обе семьи мечтали о внуках, и с упорством бульдозера, пытались их свести. Теперь, когда Тео исчез, за них взялись с новыми силами.

Битва за свободу была долгой и безжалостной — в конце концов, оказалось, что Галина все же идет с этим Тараканом (злобное прозвище, а так-то он Тарас) вечером в кафе. Место выбирала она, с тихой пакостью — хоть не пафосный ресторан, а то от этого Тараса можно ожидать всего. Пакость была нешуточной — она выбрала кафе «Катя-Кеt», где гости находятся в зале с кошками, их можно и нужно гладить. Заранее радуясь, как будет сопливить и чихать Тараканище, ведь у него аллергия.

Глава 6

Они встретились в восемь, в сквере на углу. Тарас был в своем обычном виде — лохматый, джинсы с художественными дырами, битые кроссы, толстовка, планшет в руках, усмешка на губах и ехидство в прищуренных глазах.