Почти Целитель (СИ) - Андрей Коткин - Страница 1

Глава 1

Книга Первая.

Почти целитель.

Старое, двухэтажное, большое, деревянное здание почти в самом центре Сарапула. Когда-то оно было построено, чтобы уездное высшее общество могло без препон собраться во всем своем великолепии, обсудить назревшие вопросы, потанцевать всласть в просторном бальном зале, просто перекусить и перекурить в компании таких же великолепных собутыльников. Давно прошли те славные времена. Сначала, шесть десятков уж лет тому, на Землю пришла Система, наделившая людей всякими силами и умениями, потом случилось в Рассейской Земле в результате этого великое переустройство. Старые дворяне далеко не все получили великие силы, пришлось им потесниться на властном Олимпе под напором молодых, да агрессивных, а еще могучих без меры. Даже династия на престоле не удержалась. Романовых сменили Лебедевы. Ну, да бог с ними. То все в столицах происходило, а у нас сейчас в центре повествования Сарапул, небольшой уездный портовый городок на берегу Камы.

Итак, старое здание было перестроено и отдано под организованное вскоре после столичного переворота уездное училище № 1. Вот в этом-то училище и скучал сейчас на уроке герой нашего рассказа. Иван Лудильщиков, мещанин пятнадцати лет от роду, учащийся последнего, выпускного класса, этого самого училища. Парень был высок ростом, сухощав телосложением и вполне недурен на физиономию. По крайней мере, девицы, встречавшиеся ему на улице, поглядывали на него с некоторым интересом. Впрочем, до девиц в строгом патриархальными нравами купеческом городке у парня могли быть лишь строго платонические устремления. Даже училища у парней и девиц были разными. У парней под номером 1, у прекрасной половины, соответственно, под номером 2. И даже располагались училища в противоположных концах города, чтобы совсем уж с гарантией.

— … Лудильщико-о-ов! — Вырвал парня из его грез голос Препода. — Ну, слава Господу. А то я уж подумал, что ты насовсем покинул нас. Но раз уж ты вернулся, то растолкуй, что значат сии слова в нашем священном писании: «Сын мой! не берись за множество дел: при множестве дел не останешься без вины. И если будешь гнаться за ними, не достигнешь, и, убегая, не уйдешь. Иной трудится, напрягает силы, поспешает, и тем более отстает».

— Это, отче Серафим, про правила Системы. Чем больше способностей разом пытается развивать человек, тем ему труднее. И развитие его идет медленнее.

— Хм. Ну, так тоже можно толковать. Но вообще, это про тех неорганизованных людей, кто не может сосредоточиться на развитии главного для себя, хватаются за сто дел разом и ничего не доводят до конца.

— Да, отец Серафим. — Любит Препод, когда ученики с ним соглашаются.

Вообще-то, отцу Серафиму далеко до преподобного, но его внутришкольное прозвище произошло именно от этого слова: «Препод» — преподобный. Ну, и еще слова Васьки Пантелеева, что студенты так своих наставников зовут, повлияли.

Прозвенел колокольчиком в коридоре Кузьма, сторож местный. Знак, что последний урок закончен, и можно собираться домой.

Ваня быстренько засунул в свой холщовый пестерь тетрадь и учебник по «Слову божьему», аккуратно, чтобы не расплескать убрал в отдельный внутренний карман сумки чернильницу непроливайку, из которой, несмотря на название, чернила при неаккуратном с ней обращении вполне себе проливались, протер тряпицей и убрал в пенал перо. Теперь ходу, пока не началось. И ведь почти успел. Уже возле самого выхода был, когда в спину услышал:

— Лудильщиков! Ты забыл, что ли, что сегодня после уроков идем на полигон? — Это Ванька Перевощиков заливается. Отрабатывает назначение его старостой класса. Понятно, что на полигон, только Ване этот полигон совсем не в масть. С его, никому из окружающих не известным, классом «Целитель», тот полигон опять, только позориться. Целителям, как и ассасинам, Система почти не дает развивать силу. Только Целителям еще хуже: у ассасинов хоть Ловкость в приоритете, а у целителей вообще Дух, который, кроме как в выполнении профессиональных магических навыков, телом нигде и не используется. Опять будут на Ване самоутверждаться некоторые. Типа, такой большой, а такой слабый. Да уж! Неслабо он себе подкузьмил когда-то.

Тогда, десять лет назад, он играл с Олькой, подружкой, жившей в доме напротив. И черт их дернул, затеять прыжки с крыши сарая на огромную кучу ботвы. Сам-то спрыгнул без проблем, а вот Ольке не повезло, в куче жухлых растений прятались деревянные вилы. Девчонка и насадилась на них, как жук на булавку. Скорее всего, острие под кожей прошло, раз уж не убилась сразу, но ее истошный визг и струи крови привели мальчика в исступление. Сам не понял, как, он вытянул обломанное деревянное острие из раны, зажал кровотечение ладошками. А потом полотнище текста перед глазами, резкая потеря сил. Так их и нашли взрослые, что прибежали на крик подружки: без сознания, с головы до ног, перемазанных в крови, но оба без малейших признаков ран. И у Вани появился класс «Целитель». Вообще очень редкий класс, а уж чтобы проявился у пятилетнего несмышленыша, такого и представить никто не смог. Так и забылось потихоньку непонятное происшествие. И Ваня тоже никому не сказал о полученном от Системы. Сначала просто не понял, что он получил, ребенок же. А потом, когда подрос и узнал про общерассейский закон о целителях, уже целенаправленно свой класс скрывать стал. Не захотел, чтобы его от родителей в гимназию — интернат отправляли. Да и потом, после гимназии, целители были во многом не хозяевами сами себе: чуть, где заварушка какая или эпидемия, их сразу туда приказом отправляли. Тут и льготы их с зарплатами высокими не слишком большим утешением воспринимались.

А еще, чтобы никому и в голову не пришло мысли о возможном наличии у него класса, Ваня в последние пару — тройку лет начал тренироваться, как бешеный. Ведь без класса все прибавки от повышения уровня преимущественно в силу, ловкость и выносливость шли. Да и то свободное очко характеристик, что прибывало с новым уровнем, большинство туда же кидали. Им же почти наверняка предстояло всю жизнь физически трудиться. Те, у кого в перспективе была госслужба, интеллект повышали. Даже поговорка появилась, противопоставляющая эти два направления: «Сила есть, ума не надо!». Дух, пятая из первичных характеристик, почти всеми воспринимался, как мусорная характеристика. Он для магов — аристократов хорош был. Только где те аристократы и где они с их простой жизнью. А у Вани расклад оказался следующим: за уровень из трех получаемых очков характеристик — одно автоматически в дух, второе — рандом, но, почему-то два из трех туда же — в дух. Единственное свободное очко Ване, как нищему свой короткий армячок, нужно было растянуть, чтобы и совсем уж бессильным не выглядеть и неуклюжим не прослыть и, самое главное, от болезней без выносливости не загнуться. А тренировки…, дополнительные очко — другое к характеристике… в год! И тоже, если у других, ходящих в спортзал при их училище, прибывала преимущественно сила, и они брали гири и штанги потяжелее, у Вани с грехом пополам росла выносливость. Ах, да! Интеллект начал сам собой расти, когда в школу пошел. Так в отличники и выбился.

Полигон. Это только название такое звучное. Сразу представляются взрывы снарядов пушек или высверки магических конструктов тоже непременно заканчивающиеся громкими бабахами. В реальности полигоном обозвали бывший овраг по соседству с их городом. Расширили только чуток, да щиты кое-где поставили, чтобы заклинания тренирующихся бесконтрольно не улетали. Но их классу даже те щиты без надобности были. На весь класс всего двое минимальные заклинания освоили: Казанцев — сферу света, заменяющую ему ненадолго керосинку, да все тот же староста Перевощиков. Его и старостой то поставили за его огненный шар, начальное заклинание магии огня. Может и в самом деле, выбьется когда-нибудь в огненные маги, слабосилки, примет вассалитет у кого-нибудь из огненных кланов.

Для выпускного класса их училища полигон был местом проведения учебных поединков. Время было неспокойное, и власть распорядилась о такой вот подготовке. А что? Даже не дешево, бесплатно, и очень свирепо! Особенно, когда друг другу фингал под глаз набьют, то-то свирепость в поединке наступает. А Ване тоже не плохо. Он тогда может потихоньку лечением заниматься. Так то, целителем ему быть не хочется, его мечта на летуна в училище второй ступени поступить, но от применения лечения качается Дух, а эта характеристика может сработать, если вдруг ему повезет крупно и удастся магию воздуха в том училище открыть. Говорят, для самых преуспевающих в учебе там раз в год ритуал соответствующий проводят. А уж маги воздуха и сами собой, без всякого дирижабля летать способны. Да! Летать — голубая мечта всей его жизни. Еще когда с сарая прыгал, представлял, как он парит в небе.