Девушка из письма (ЛП) - Гуннис Эмили - Страница 40

— Все в порядке? — спросила вошедшая Китти, протягивая Сэм чашку чая. Девушка улыбнулась ей и убрала телефон с письмами обратно в сумочку.

— Да, конечно. Спасибо за чай, — проговорила Сэм, блуждая взглядом по комнате.

Квартира казалась очень большой. Она была оформлена в современном стиле. Окна от пола до потолка открывали вид на Темзу. Строгость обстановки смягчали тяжелые шторы, большие коврики и расставленные повсюду изящные лампы. В углу над столом висел помещенный в рамку гобелен с надписью: «А у вас и волосы на голове все сочтены. Не бойтесь».

Внезапно Сэм почувствовала легкую слабость. Она не помнила, когда ела в последний раз; веки налились тяжестью. Она осмотрелась вокруг, раздумывая, куда можно присесть. Все в квартире было настолько чистым и аккуратным, что она походила на витрину магазина. Сэм не решалась даже коснуться этой безукоризненно чистой мебели, опасаясь ее испачкать.

— Садитесь, Саманта, — предложила Китти, жестом указывая на диван рядом с собой. — Вы немного бледная. Расслабьтесь и чувствуйте себя, как дома.

— Спасибо, — проговорила Сэм.

Какое-то время обе молчали, Сэм пыталась успокоиться. Она не могла понять, почему ей так сложно расслабиться. «Чувствуйте себя, как дома». Но «дом» обычно наполняли личные вещи, милые безделушки, фотографии. За время работы ей довелось побывать в сотнях гостиных — брать интервью, слушать истории самых разных людей, но подобного она прежде не испытывала. Несмотря на идеально подобранные предметы обстановки, здесь не было ничего личного. Сэм осмотрелась, ища фотографии Китти с семьей или друзьями, но не нашла. Комната, подобно самой Китти, была великолепна, но ничто в ней не могло приоткрыть завесу тайны. Так что здесь не было смысла искать следы Хелены Кэннон.

— Вы звонили бабушке? — Китти пристально посмотрела на Сэм.

— Да, — кивнула Сэм, отпивая чай. «Не удивительно, что я чувствую себя странно, — подумала она. — Оказаться в квартире Китти Кэннон после ночной охоты за подробностями истории, в которую босс лезть запретил». — Мы с дочерью живем в ее квартире. Она очень добрая. Без нее я бы пропала.

— Похоже, вы очень близки. Ваша мать тоже живет с вами?

Сэм опустила голову, раздумывая над ответом.

— Простите, я не хотела совать нос в чужие дела, — извинилась Китти.

— Не беспокойтесь, все в порядке, — ответила Сэм, хотя чувствовала, как внутри поднимается раздражение. Она не хотела ни говорить о бабушке, ни думать об Эмме. Ведь она сейчас так далеко от них. И от уютной, веселой, суматошной, неприбранной бабушкиной квартиры. — Понятно, что вы хотите узнать детали моей жизни. Я за последние пару дней уже покопалась в вашей.

Китти улыбнулась, показав идеально ровные, белые зубы. Сэм пыталась не слишком пристально ее разглядывать. Было в ней нечто невозможно идеальное. Девушка знала, что Китти уже за шестьдесят, так что она немного старше бабушки. Но, в отличие от бабушки, у сидящей перед ней женщины едва ли были морщины — кожа по гладкости могла соперничать с попой Эммы. Аккуратные ногти, привлекательное лицо с недавно нанесенным макияжем. Сэм ощутила непонятный порыв протянуть руку и коснуться сидящей рядом женщины, только чтобы убедиться, что перед ней не голограмма.

Девушка сжала чашку в руках, чтобы согреться.

— Мама умерла, когда мне было двенадцать. Она была алкоголичкой. До этого я даже не знала о существовании бабушки; они не общались. История моей семьи довольно колоритная, если не сказать больше. Думаю, те письма глубоко затронули нас обеих.

— Могу я на них взглянуть? На письма? — спросила Китти.

По непонятным ей самой причинам Сэм внезапно почувствовала за них беспокойство, но, поколебавшись, потянулась к сумочке и вытащила пачку писем.

— Их написала девушка по имени Айви. Она родила ребенка в обители Святой Маргарет, которого силой у нее отобрали. Письма любого заставят задуматься. Но бабушку удочерили, и она не знала свою настоящую мать. Полагаю, поэтому они так сильно на нее подействовали.

— Думаю, отнятый у матери ребенок может изменить жизнь нескольких поколений семьи, — проговорила Китти, протягивая руку к письмам, которые держала Сэм. — Похоже, они очень старые. Где вы их взяли?

— Мой дедушка торговал антиквариатом. Когда он умер, бабушка нашла письма среди его бумаг. Вероятно, они завалялись в каком-нибудь купленном им старом столе. — Сэм помедлила. — Полагаю, я видела родственницу Айви, но не знаю, где ее можно найти.

— Да? — Китти подняла взгляд от письма, которое держала в руке.

— Да. Я поехала на поминальную службу по Отцу Бенджамину. И заметила там очень странную женщину преклонного возраста. Уверена, что уже видела ее раньше. Она положила на гроб Отца Бенджамина эту фотографию. — Сэм потянулась к сумочке и, вытащив фотографию Айви, протянула ее Китти.

Когда Китти взглянула на фото, руки ее задрожали. Она словно окаменела, пристально вглядываясь в снимок.

— Вы в порядке? — спросила Сэм, ошеломленная ее реакцией. Девушка взглянула на черно-белое изображение Айви, затем вновь перевела взгляд на Китти. — Вы ее узнали?

Китти медленно покачала головой.

— Нет, не совсем. Думаю, это все последствия бессонной ночи. — Китти потянулась, чтобы поставить чашку на столик, но промахнулась, и та упала на пол, расплескав остатки чая по диванной подушке.

— Вот черт, — пробормотала Сэм, оглядываясь вокруг в поисках чего-либо, чтобы вытереть жидкость.

— Простите, я на минутку, — проговорила Китти, положила фотографию и вышла из комнаты, забрав с собой и подушку.

— Конечно. Вы в порядке? — прокричала Сэм ей вслед. Ответа не последовало.

Сэм вытащила из сумочки мобильник и нажала вызов. После нескольких гудков Фред поднял трубку.

— Фред, это я. Как дела?

— Отлично. Забыл вчера тебе сказать… Звонила некая Джейн Коннорс, спрашивала твой адрес. Сказала, что хочет тебе написать.

— Джейн Коннорс? Та самая, что в субботу предоставила эксклюзивный материал?

— Да. Та, что живет по соседству с ведьмой. Ну а ты как? — спросил Фред, когда Сэм нацарапала имя миссис Коннорс в своем блокноте.

— Все в порядке, хотя глаз не сомкнула. Сегодня будет тот еще денек. Завтра утром снесут обитель Святой Маргарет, но вершина еще не покорена. Думаю, позвоню позже и скажу, что заболела.  Мюррей будет в восторге.

Сэм бегло пролистала свой блокнот. С того момента, как она прочитала последнее письмо, ее преследовало еще одно имя. Айви упоминала его несколько раз. Доктор Джейкобсон. Он отправил ее к Отцу Бенджамину, когда она узнала о своей беременности. И присутствовал в обители Святой Маргарет, когда родился ребенок Айви. Она понизила голос.

— Фред, можешь сделать одолжение и попробовать раскопать что-нибудь о докторе Джейкобсоне и о Хелене Кэннон. Они местные, полагаю, из Престона. — Сэм увидела, что в комнату вернулась Китти.

— Конечно, — проговорил Фред. — И еще, тот футболист, что ты просила найти. Единственным игроком Брайтонского клуба, который умер внезапно, был парень по имени Алистер Хендерсон. У него случился приступ астмы. Не знаю, считать ли это подозрительным. — Сэм услышала стук клавиш на заднем фоне.

— Это интересно. Спасибо. — Она записала имя «Алистер Хендерсон» в блокнот.

— И еще кое-что, — добавил Фред. — На момент смерти он был помолвлен с Китти Кэннон.

— Что? — девушка взглянула на Китти, которая двигалась по комнате, раздвигая шторы и включая лампы, время от времени наблюдая за Сэм. Почему-то ее поведение раздражало. Она не производила впечатление женщины за шестьдесят, которая провела бессонную ночь, бродя по заброшенной стройплощадке. Китти казалась воплощением спокойствия и невозмутимости. Словно ее ничто не волновало.

— Да, в марте 1969. Ей было тогда… восемнадцать или девятнадцать? Может, именно поэтому она так и не вышла замуж и не завела детей. Поинтересуйся у нее в следующий раз, как увидишь, — проговорил Фред, усмехаясь про себя.

— Так и сделаю, — согласилась Сэм. — Спасибо, Фред. Позвони, если выяснишь что-либо о тех, чьи имена я тебе дала. — Она повесила трубку и взглянула на Китти. Та вновь устроилась на диване. — Китти, можно задать вопрос?