Дикая магия. Проклятье «Черного тюльпана» – 2 - Княжина Елена - Страница 6

– Стойте, мисс Дэлориан! Не ступайте на пол!

Кричала Карамзина. Она маячила у порога с обеспокоенным лицом, заспанным и слегка помятым.

Кто-то запустил в потолок десяток белых шаров, и мрак отступил. В мерцающем свете проявилась темная лужа: она облизывала широкими краями мою кровать и тянулась до самого выхода. Потолок будто баллончиками изрисовали – какие-то корявые символы нависали прямо над головой.

Подруги, видимо, прыгали с кровати на кровать, пробираясь к выходу. Моя же койка стояла особняком у окна, метрах в трех от ближайших соседок. На такой прыжок с места рассчитывать не приходилось.

Газ в световых шарах разгорался все ярче, комната проступала все четче… И лужа, и символы оказались красными. Я не удивилась, потому что по запаху давно поняла, что окружена кровью.

Сознание принялось брыкаться, надеясь оторваться от тела и улететь в мирные, спокойные дали… Но напоследок адская комнатка преподнесла ему еще один сюрприз. На моем одеяле в неестественной позе лежало животное. Когда-то шерсть кошки была белой, а глаза голубыми. Сейчас же вокруг горла расползалось розовое пятно, а взгляд остекленел. Ногам было липко и холодно. Судя по степени оцепенения, кошка давно истекла кровью… прямо на мои ступни.

Дальше все было как в бредовом тумане. Посмотрела влево – увидела на полу мертвую крысу. Вправо – там валялась убитая курица. Позади меня, на подоконнике, с распростертыми крыльями лежал ворон. Ужас сковал тело. Я наконец-то собралась закричать, но рот больше не повиновался. Губы задрожали, и все вокруг поплыло.

Где-то далеко, полностью расфокусированные, мелькали силуэты. Сознание услужливо описывало происходящее, но разум отказывался вникать в детали. Вроде бы в комнату заглянул Валенвайд, но с озверевшим видом отшатнулся, пробормотав «Мне тут нельзя находиться. Прости, Ксения».

В проеме возник Осворт, шумно втянул воздух и подтвердил опасения Карамзиной: «Свиная… Идеально для зачарования. Не пускай никого. Надо проверить на проклятья. Потерпите, Анна, еще немного». Прошаркал по коридору старик Эйвери, озабоченно кряхтя и опрашивая соседок.

А я просто сидела, парализованная страхом. Стоило сбросить с ног это жуткое одеяло… Но мысль о том, что ждет под ним, пугала сильнее. Руки и плечи окоченели. Сколько прошло с предупреждения Карамзиной – пятнадцать минут или полчаса? На мне была тонкая трикотажная майка и такие же пижамные шорты, но сейчас бы я не отказалась от свитера и шерстяных носков.

Где-то вдалеке шел оживленный спор, разрываемый негодующими возгласами. Потом на мгновенье гул стих, а секундой позже тишину прорезал истеричный крик Карамзиной:

– Андрей, ты что творишь? Кровь может быть проклята!

Но непослушный темный силуэт стремительно пересек комнату, смачно ступая ботинками прямо по луже, и остановился возле моей кровати.

– Не задалась у вас ночка, да?

«И не только эта… У меня с «ночками» вообще проблемы…» – хотела ответить я, но губы открылись и закрылись молча.

Карпов сдернул одеяло и отшвырнул на пол, дохлая кошка улетела тем же путем. Из моего рта вырвался жалобный стон. Голые ноги измазались в крови мертвого животного по колено.

– Смотрите на меня. Мы разберемся с этим, слышите? – голос был привычно резким и отрывистым, но теплые, бархатные нотки заставили поднять глаза. – Я с этим разберусь.

Необычно взволнованный, Карпов потянулся ко мне. Я горько улыбнулась: похоже, он решил исполнить свою давнюю угрозу. Я позволила подхватить себя и вытащить из постели. А потом в панике вцепилась когтями в черную рубашку и уткнулась лбом в горячую шею. И пусть думает, что хочет. Страшно мне. И холодно.

Демон протестовать на стал. Наоборот, теснее прижал к себе, наклонил голову к уху и пробормотал:

– Похоже, вы все-таки успели по мне соскучиться? Давайте-ка отсюда выбираться…

Снова прошлепав по кровавому озеру, профессор вынес меня в общий коридор. Свидетелей моего полета на демонических лапах было предостаточно: соседки, преподаватели, другие ученики. Все бесшумно и оцепенело толпились у двери. Видимо, ждали ректора Кроу, который почему-то не спешил спасать свою крестницу.

Увидев мои окровавленные ноги, Вика и Кристина вскрикнули и отшатнулись. Подумали, что я ранена. Но сил переубеждать их не было, а «пугаться иногда полезно». Я и сама была в ужасе: машинально скребла грудь профессора ногтями, дрожала и тихо всхлипывала в пахнущую полынью шею. Это был мой максимум продуктивных действий.

Мысль о том, что вот сейчас Карпов поставит меня на пол и пойдет совещаться с коллегами, невыносимым грузом плавала в желудке. Но план был другим.

– Я вернусь, – тихо бросил он в сторону Карамзиной и понес меня к лестнице.

– Что ты задумал? – подбежав, торопливо зашептала Ксения Игоревна.

– Здесь ей не место. Сказал же, вернусь.

– Пускай уносит, – прокряхтел откуда-то сзади Айзек Эйвери. – Мисс перепугана, толку с нее сейчас? Утром поговорим обстоятельно…

Дернув плечиками, Карамзина кивнула и выразительно опустила глаза. Демон проследил за ее взглядом и крепко выругался – пару раз я уже слышала в его исполнении нечто подобное. Либо ситуация была крайне нервозной, либо он очень любил свои туфли: за обувью через весь коридор тянулся кровавый след. Секунду поразмыслив, Карпов скинул ботинки.

Походка сразу стала мягкой и пружинящей. Если его и беспокоила рана, то виду профессор не подавал. Мыслей не было, только ощущение: мрак подступил совсем близко, но сейчас я в безопасности.

Мы поднялись на четвертый этаж и отправились в крыло для преподавателей. За одной из дверей обнаружилось темное помещение. В нос ударил аромат душистых трав и цветочного мыла. По влажному воздуху и мраморному глянцу стен догадалась, что это нечто вроде огромной ванной комнаты. Профессор зажег пару напольных ламп, мрак начал рассеиваться, оставляя сгустки тьмы в уголках купальни.

Ох, Аврора! Место было поистине роскошным… Стены и пол из белоснежного мрамора с серыми прожилками. В центре на постаменте – небольшой круглый бассейн, отделанный золотой мозаикой. По бокам – медные, деревянные и каменные купели со сложным оборудованием, какими-то бронзовыми трубками, вентилями, гибкими шлангами… Древние аналоги современных джакузи?

На стенах в позолоченных рамах висели картины, целомудренно изображавшие прелести банной жизни. Из ниш выглядывали стопки пушистых полотенец и стайки стеклянных пузырьков с мыльными растворами. Не будь я в истерике, пришла бы в восторг.

Подкинув меня и поудобнее перехватив, Карпов двинулся к одной из ванн. Он выбрал красивую чашу из коричневого мрамора, с широким плоским бортиком, и посадил меня на край купели. Окровавленные ноги перекинул внутрь и что-то пробормотал.

Страх по-прежнему застилал сознание, и я ничего не поняла. С языком жестов и выразительных взглядов получилось лучше, и до меня дошло. Впившиеся в смятую рубашку пальцы едва не разорвали ее на лоскуты.

– Боюсь, вам придется меня отпустить… на некоторое время, – наконец, расслышала я в вязком тумане голос Карпова.

Избавившись от цепких пальцев, профессор отошел к одной из ниш, и через минуту вернулся с лиловым пузырьком и полотенцем. Затем открыл несколько вентилей, и из отверстий на дне ванны стала подниматься теплая булькающая вода. От крови она тут же окрасилась в розовый цвет…

– Стойте! Вы куда собрались? – заворчал мужчина, подхватывая меня за пару секунд до падения на пол.

Откуда я знаю, куда? Туда… Сознание уплывало. На бортике хватило места для двоих. Ногам стало горячо, и я ненадолго пришла в себя. Гибким душевым шлангом с меня смывали остатки крови. Вот и славно. Они, действительно, стали чище, хотя мерзкий запах продолжал стоять в носу, а перед глазами прыгали красные пятна.

– Давайте я сама… – вяло предложила я, увидев, как Карпов открывает стеклянный пузырек и щедро поливает мылом голени. И тут же снова начала заваливаться на бок…

– Сами вы пока только падать можете, – буркнул Демон и провел теплой ладонью от левого колена до щиколотки, и дальше к пальцам, и по ступне…