Могильщики талантов (СИ) - Гаврюченков Юрий Фёдорович - Страница 69

— Его жена скончалась от мозгового кровоизлияния вследствие многочисленных ударов затылочной частью головы. Тебе это ничего не напоминает? — живо спросил Ник Далёв.

— А что мне должно напоминать? Какой-то фильм?

— Анекдот про дохлую шлюху с членом в зубах. Она съела кусок мяса, он её убил.

— Ты думаешь, он из-за этого съехал с трассы?

— А ты думаешь, это такая редкость на дороге?

Астролягов постарался включить цинизм.

— Наверное, самая распространённая причина аварий…

Далёв пережил его накал.

— Ты действительно не видишь главного? — с искренней скорбью в голосе осведомился он. — Я ведь тебе всё рассказал.

Астролягов подумал.

— Что я должен увидеть?

— Многочисленные травмы затылочной части головы, — повторил Ник Далёв. — Допустим, она была не пристёгнута, наклонилась под руль, машина переворачивается и… — он сделал паузу. — Ну, понял? И?…

— Она летит спиной на потолок салона?

— Она летает по салону и бьётся чем только можно, а не затылком раз за разом в одно и то же место.

Астролягов вспомнил всё, что знал по газетной работе об автомобильных мультитравмах.

— То есть она не разбилась… — задумчиво проговорил он. — Она не переломала себе ключицы и рёбра.

— Григорий её колошматил о стойку кабины, — с расстановкой растолковал Ник Далёв. — Они слетели с трассы, зубы клацнули, Григорий обнаружил потерю и в состоянии аффекта забил жену насмерть простыми, повторяющимися движениями. Схватил за волосы и стучал головой по ближайшему твёрдому предмету. Он вряд ли понимал, что делает, мог даже и не помнить.

— Или мог.

Алексей работал с Григорием дольше и не питал иллюзий.

— Это было осознанное убийство, — сказал он.

Журналисты обменивались догадками.

Астролягов подумал, что, заблаговременно создав себе картинку, они всё увиденное под эту картинку подгоняют, но не стал огульно отметать версию, а сохранил в стеке памяти.

Они выпили как следует, и у Дока возникла новая оригинальная мысль:

— А я вот что ещё вам могу сказать из области психологии серийных убийц применимо к вашему издательству. Убийца — человек, в котором непостижимым образом уживаются две личности, автор и редактор. Но не могут их несхожие души существовать в одном теле. Их конфликт имеет форму войны на уничтожение. Судя по тому, что нападений становится больше, автор побеждает.

— Что они в этот коньяк льют? — оценил Астролягов. — Добавки в нём, похоже, не только вкусовые.

— Нажористый! — с пониманием ухмыльнулся Док. — Я скоро уеду, а вы давайте, ловите маньяков! Удачи вам.

— Скатертью дорога, — напутствовал Алексей.

Они выпили ещё и следом за родственником в даль креативного мышления потянулся Ник Далёв.

— Надо вывести подозреваемого на откровенность, — заявил он. — А чтобы вывести подозреваемого на откровенность, надо спровоцировать его.

— Как? Мне за это прилетит, — Астролягов даже в пьяном виде не рвался кидаться под танк.

— Ты — криминальный журналист, тебе не привыкать, — расценивал умения бывшего коллеги как нечто само собой разумеющееся Ник Далёв. — Найди удачный момент и подлови. Мы сколько раз это делали на улице, а у тебя теперь есть роскошь выбирать какое нужно время. Давай! Только делай один на один, чтобы он не боялся спалиться. Пусть думает, что вас больше никто не услышит и тебе никто не поверит. Тем более, что других доказательств у нас действительно нет.

— Могу на диктофон записать, — Алексей показал мобилу. — Там свободной памяти много.

— Во, отлично! Выведи его на откровенность. Ты ничем не рискуешь. Не убьёт же он тебя в офисе, в самом-то деле.

«Какой дурак», — подумал Астролягов, но не стал возражать.

Ему подумалось, что при кажущейся наивности, в плане Далёва есть зерно истины, и в редакции получится вытащить злодея за ушко, да на солнышко.

— Тряхнём стариной, — он аккуратно разлил остатки коньяка по рюмкам, а Док поднял тост:

— Маньяку не скрыться от нас!

Ничто не ценится так дёшево и не обходится так дорого, как подлинная откровенность.

Димы не было, а Игорь опять ушёл пораньше к жене и детям, и Астролягов с Григорием остались наедине.

Алексей почувствовал, что наступает удобный случай и нацелился выбрать время, но время выбрало его.

— Слушай, — улучив момент, заговорил Григорий необычным для него обходительным тоном. — У меня к допечатке «Девушки из Гатчины» планируют переиздать все детективы, в связи с чем есть одна просьба.

— Я весь внимание.

— Ты не мог бы отредактировать тексты сам?

— Я? Они же отредактированы? — потерялся Астролягов.

— У тебя счастливая рука, — подлил мёду Григорий. — Знаешь, Веня наредактировал так, что текстов было не узнать, да и продавались они… умеренно скромно. А у тебя талант. Ты не лезешь в смыслы под предлогом поправить стиль. Делаешь очень прилично. Возьмись, а?

— А ты меня не убьёшь, как Веню? — шутливо спросил Астролягов.

— Что?

— Ну, я не хочу тебя разочаровать и потом найтись в кустах с проломленной башкой или перерезанным горлом.

— Да что на тебя нашло?

— Я ведь всё знаю, я провёл внутреннее расследование на фирме, я ведь журналист.

— Тебя бешеная вонючка укусила?

— Укусила, — согласился Астролягов и без угрозы предупредил: — Я собрал все факты. Я и про автомобильную аварию знаю.

— Окстись, — урезонил Григорий.

— Я знаю про аварию, — Астролягов попытался вывести его из равновесия. — Знаю про жену. Она случайно откусила тебе член, а ты бил её головой, пока она не испустила дух. Всё так было?

Григорий стремительно терял к нему расположение.

— С Плоткиным я столько лет проработал, а ты быстро сорвался, — он был готов вспылить.

— Это ты износился, с маньяками такое часто бывает. Сумасшедшие в своём безумии прогрессируют, оттого идут вразнос.

— Сумасшедший сейчас — это ты, — яростно возразил он.

— Я и про Веню знаю, — продолжил криминальный журналист. — Ты считал, что его правка убивает твои книги, из-за этого они плохо продаются. Что Плоткин таким образом проявляет себя в творчестве и тем самым всё глубже хоронит твой талант. А когда ты не смог больше выносить такую перспективу, то решился на экстремальные меры.

Это был экспромт, основанный на только что услышанном предложении новой редактуры, но он попал в яблочко.

— А ты проницательный! Всё-таки понял, — взгляд Григория сделался тяжёлым. — Интересно, ты интуитивно догадался или вычислил логически?

— Хочешь знать, есть ли у меня доказательства? Не сомневайся, есть, — заверил Астролягов. — И храню я их так, чтобы в случае моей гибели они отправились прямиком в прокуратуру.

— Значит, нету, — с облегчением отметил Григорий. — Значит, это просто догадки.

— Как ты ухитрился утопить Наргиз Гасанову? — сказав «А», надо было говорить «Б», тем более, что провокация удавалась. — Говорят, она была отличная пловчиха.

На лице Григория проявилось самодовольство. Алексей вспомнил, что он ходит в бассейн и, возможно, у него спортивный разряд по плаванию — телосложение было самое подходящее.

Если сидишь лицом к лицу с коллегой, многое перестаёшь замечать, хотя и каждый день видишь.

— Плавала она действительно хорошо, я едва за ней угнался. Когда я догнал Наргиз на середине озера, она лежала на спине, отдыхая. Шлёпнул несильно кулаком в солнечное сплетение, а воды она наглоталась сама, достаточно было слегка притапливать.

— Но тебя видели плавающим в озере?

— Многие купались. Кто не купался, тот залил глаза и уж точно ничего не видел.

«Все знают! — понял Астролягов. — Знают и помалкивают. Лишь я случайный человек в неслучайном коллективе».

— Почему я не должен был этого делать?

— Но зачем?

— А что делать? — сказал Григорий. — Уволить её никак нельзя. Наргиз была горячей сукой и устроила бы такую бучу, что уйти пришлось бы Гайдару. А у Нуцалханова все связи в торговле, без него фирма развалится. К тому же, Нуцик — мой родственник. Случись развод, в первую очередь пострадали бы моя сестра и племянники. Я же не зверь, такое своим устраивать, да и Гайдар меня спас, когда я в депрессию впал. Я ему по жизни должен.