Могильщики талантов (СИ) - Гаврюченков Юрий Фёдорович - Страница 51

«Что это с ней?» — не переставая скакать и натянув на лицо улыбку, Астролягов бочком выдвинулся с танцпола. Перед ним мелькали фигуры и лица. Астролягов понял, что не хочет видеть редакционных дам обнажёнными — никого, хотя многих видел впервые.

Ему удалось выбраться в относительную тишину гардеробной. У входной лестницы уединились Григорий и женщина-курица.

— Я вас люблю, — услышал Алексей её признание.

— Если бы я получал рубль за каждое такое признание, то давно стал миллионером!

Под демонический смех Григория женщина заплакала, а Астролягов успел отпрянуть за стеночку, чтобы не быть замеченным.

«Как неудобно вышло», — в смятении он покрутился возле толпы, ища глазами Катю. Не отыскал и побрёл за свой столик.

Коллектив отдела фантастики и детектива был столь суров, что между танцами и водкой единогласно выбрал водку, и только Астролягов кратковременно изменил водке с девочкой-бульдожкой. Даже Григорий успел присоединиться к товарищам. Видимо, вернулся сразу после отказа женщине-курице в любви.

Алексей протолкался в свой угол и плюхнулся напротив Ника Далёва, который увлечённо что-то втирал собутыльникам.

— … Теперь уже не один, ко мне тут родственник приехал пожить со Среднеботуобинского нефтегазоконденсатного месторождения.

Григорий опешил.

— Откуда?

— Со Среднеботуобинского нефтегазоконденсатного, — деловито пояснил Ник. — Это Мирнинский район в Якутии.

— Ах, со Среднеботуобинского нефтегазоконденсатного месторождения! — закивал Тантлевский, у которого был музыкальный слух и отличная кратковременная память. — Кто же не знает Среднеботуобинское нефтегазоконденсатное месторождение Мирнинского района.

— А ты?

— А что? Мне не жалко. Вместе не скучно, — Ник был широкой души. — Человек приличный, в «Роснефти» врачом работает. Он мой племянник, если хотите знать! Только на год старше, так вышло.

Редакционный коллектив оторопело слушал трескотню подвыпившего журналиста.

«Для чего нужен корпоратив? Чтобы сотрудники большой фирмы перезнакомились. А чтобы они могли перезнакомиться, нужен тайм-менеджер, который рассаживал за столами вперемежку. Чтобы было впечатление новизны. Чтобы преодолевали смущение и салонный трёп на отвлечённые темы. Чтобы, выпив, строили глазки и распушали хвосты. Чтобы праздник был. А мы опять как туземцы — каждое племя засело на своём острове и пускает ядовитые стрелы в других дикарей».

— Хотел бы я быть богатым бездельником, да всё время что-то мешает, — вздохнул Григорий.

— Ты про меня? — спросил Ник Далёв.

— Я про нас. А ты бездельничаешь?

— Я богат, — скромно признался Ник Далёв.

— Тебя надо печатать, — тряхнул головой Григорий. — Срочно печатать. Алексей!

Астролягов налил себе в рюмку.

— Да я знаю, то мой автор, — с достоинством ответил он.

— Цени!

Алексей проигнорировал его директиву и налил остальным.

— Отчего машину не купишь? — поинтересовался у Ника Тантлевский.

— Люблю ходить пешком, — по-простецки ответил Далёв. — Общественный транспорт меня вполне устраивает, а, надо будет — возьму такси. А ты чего? У тебя же семья?

— Мы тут все безлошадные, — замялся Игорь.

Григорий мрачно оскалился.

— У тебя же была машина, — с пьяной небрежностью мотнул на него бородой Дима.

— Да? — спросил Ник Далёв. — Почему сейчас не водишь?

— После аварии больше не вожу, — злобно отрезал Григорий.

«Что за травма?» — подумал Алексей, и они выпили за наступающий Новый год.

— Чтоп он был здоров! — откашлявшись, прохрипел Ринат, которому водка попала не в то горло. — Подняли тост за шестнадцатый год, а ведь прямо завтра день будет тяжёлый. А может быть и жестокий. А может быть, и всё вместе.

— Ты доживи сперва, — угрюмо посоветовал Григорий.

Водка за редакторским столом кончилась. Администратор-распорядитель в здравом уме планировал, что гости будут фланировать по залу, плясать и веселиться. Другие сотрудники «Напалма» именно так и делали, только отдел фантастики и детектива в нуарном угаре олицетворял собой прозу жизни.

Не дожидаясь перемены блюд и новой порции бутылок, пошли в бар. Там наливали за деньги, но было светлей и веселей. Охранник смешил Рината. Суровый персонал с бородами и пузами привык безропотно терпеть хамство посетителей, приносящих прибыль.

«Байкер Что-Изволите», — прозвал его Ринат.

К ним подвалила прикладная литература в лице Жорика и лобастой шмары Ларисы Ищенко. Судя по размашистым движениям, Жорик был сильно пьян.

— Намм два того же, что им, — приказал он бармену.

В кружках у редакторов был сливочный «Гиннес».

— Анекдот слышали? — вскарабкавшись на высокий стул, азартно понёс Жорик. — Приходит в издательство МТА…

Поржали.

— Я по этому поводу другой анекдот вспомнил, — нашёлся Тантлевский. — Тоже приходит в издательство МТА…

— А вот есть ещё анекдот, — с пониманием покивав, прошамкал Дима. — Однажды приходит в издательство МТА…

— Ой, хватит! — держалась за бока Лариса Ищенко. — Вы меня уморите.

— Да ладно, этих анекдотов как грязи, — гнусно хмыкнул Ринат. — Даже я знаю парочку новеньких. Как-то раз приходит в издательство МТА…

Жорик стремительно пил и стремительно пьянел. Когда он поднял мутные зенки, стало видно, как его развезло с тёмного пива.

— А мы Новый год будем встречать? — тяжело ворочая языком, осведомился он.

— Погодь, мы старый ещё не проводили, — загалдели редакторы беллетристики.

— Сколько же можно!

— Он ещё три дня будет длиться, — благоразумно рассудил Дима.

— Ещё три дня! Да я столько не выпью.

— О, брат, да ты набрался, — пробасил Дима и похлопал его по спине. — Вставай, давай в сортире тебя ополоснём.

— Жопик, — ласково прошептала лобастая шмара. — Рыльце снежком протри.

Лариса была права — Жорик совсем окосел.

— Зайчики, — предложила она. — Снежка ему за шиворот напихайте.

По козьим мордам, которые оборотили к ней редакторы, Астролягов уяснил, что Ларису отдел детектива и фантастики почитает, в лучшем случае, за падшую сущность. Не совсем за автора, конечно, но и не за ровню себе. Скорее, за ошибку Жорика.

Которого надо было спасать.

Жорик пополз.

Он начал крениться, качнулся, дёрнулся обратно, но не удержал равновесия. На выпученных бельмах его не отражалось ни капли разума. Высокий стул под ним оторвал от пола боковые ножки. Жорик ухватился за стойку, но проехался ладонью по полированному дереву и по инерции смахнул две ближайшие кружки.

Они раскололись о плиточный пол с громких треском. Полетели крупные осколки, вспенилась тёмная лужа.

— Жорик, скотина!

— Стой!

Коллеги ринулись ловить падающего редактора спортивной литературы, а он косо сползал и лыбился. Дима успел подставить плечо. В обнимку они станцевали сложное па на полусогнутых и врезались в стену, своротив фотографию в рамке. Она грохнулась об пол с жалобным звоном.

— Мужчины! — сползавших по стеночке Диму с Жориком подхватил пузатый охранник и удержал на ногах. — Всё, хорош. Давайте на улицу.

— Сначала рассчитаемся за посуду и разбитую рамку, — с нажимом произнёс бармен.

— Рассчитаемся, не вопрос, — Игорь достал из кармана деньги.

— Вы можете остаться, — сказал ему вышибала и повлёк к лестнице Жорика вместе с поддерживающим его Димой. — А вам на выход.

— Чего на выход? — прошамкал Дима.

— Вы выходите, уважаемый, — поставил в известность байкер.

— Мы здесь празднуем, — с угрозой произнёс Григорий. — Вместе пришли, вместе уйдём. А сейчас никто никуда не пойдёт.

— Я вызываю охрану, — предупредил бармен.

— Пугаешь нас? — Григорий был готов вспылить.

— Значит, все на выход, — вышибала был готов продолжать.

— Руки убери, — буркнул Дима.

Вышибала вытолкнул их пузом, но тут у Жорика в луже разъехались ноги, он поскользнулся, лапнул байкера за плечо и они все втроём повалились, как уродливые толстые кегли.