Отсроченный шанс, или Подарок из прошлой жизни - Алюшина Татьяна - Страница 15

– А я вот подумала… – задумчиво произнесла Алиса, проигнорировав его отповедальную, заключительную речь и явно читаемое желание выставить ее побыстрей. – Почему его убили именно у моей двери? Не может это быть как-то связано с кладом?

– С каким кладом? – посмотрел на бывшую подругу с большим подозрением-сомнением Кедров.

– Ну который извлекли в моей квартире, – автоматически ответила Алиса.

– В твоей квартире был какой-то клад, который извлекли? – обескураженно переспросил Денис.

– Ну да.

Она посмотрела на него более осмысленно и рассказала о странном происшествии.

– Охренеть, – дал свою весомую оценку Кедров. – А сменить замки, Ёлкина, не судьба? – попенял ей с сарказмом. – Вообще-то, это первое, что делают люди, переезжая в новую квартиру.

– К тому имелись некоторые обстоятельства, – легкомысленно пожав плечами, уклончиво ответила она.

– И чем ты была занята настолько, что не нашла час-полтора, чтобы сменить замок? – все выговаривал ей Кедров менторским тоном.

– Изучением осадконакоплений, полученных путем глубокого бурения илистых образований озера Байкал, – ответила Алиса и поделилась впечатлениями: – Тяжелая работенка, скажу я тебе.

– М-да, Ёлкина, – вздохнул Денис, – это, наверное, диагноз. Но, насколько я припоминаю, раньше за тобой не водилось привычки влипать в сомнительные истории.

– Да, – рассмеялась она, – я влипала в очень конкретные истории, например историю с тобой.

И от этого ее высказывания оба вдруг почувствовали какую-то неловкость, словно затронули, пусть и совсем краешком, запретную тему.

– Клад – это, конечно, зашибись как интересно, – поспешил уйти от неуместных и лишних в их нынешней ситуации воспоминаний Кедров, – но, думаю, к убийству парня он не имеет никакого отношения. И повторюсь: вести расследование – дело следователей и оперативников, уверен, они прекрасно со всем разберутся, и тебе нет надобности чего-то пугаться.

– Слушай, Кедров, – разозлилась Алиса, – я же не прошу тебя расследовать это убийство и не даю заданий повышенной сложности из серии «пойди туда, не знаю куда, найди яйцо Кощеево». Я всего лишь прошу узнать ход расследования и насколько велик шанс, что меня могут обвинить в этом преступлении. И уже в зависимости от этого дать мне совет, что следует делать. Раз уж ты служишь в информационном отделе, то наверняка работаешь с программами FineFace, то бишь распознавания лиц, и можешь проверить, кто входил-выходил в это время из подъезда, куда шел, мое появление там… Так сказать, помочь коллегам со сбором улик. И вообще… – длинно выдохнула Алиса, враз перестав на него злиться, ощутив, как ее словно накрывает тягучей, успевшей состариться за эти долгие часы усталостью. – Я как-то сильно сомневаюсь, что ты простой, рядовой служащий какого-то непонятного информационного отдела, – усмехнулась она устало-иронично. – Ты совершенно потрясающий талант, технарь до мозга костей, всегда обожал свои программы, а с компьютером, наверное, родился или прямо в нем. К тому же ты поставил себе конкретную цель и упорно к ней двигался. И с твоим характером вряд ли бы свернул в какую-нибудь подворотню жизни, не достигнув чего-то. Ты всегда был гениален в том, во что был влюблен, я это твердо знала и верила в тебя абсолютно.

– Я не падок на неприкрытую лесть, Ёлкина, – усмехнулся Денис.

Но, вообще-то, да. Девчонкой, маленькой, еще не знавшей жизни и людей, она отчего-то верила в него безоговорочно, абсолютно, и восхищалась его способностями, и поддерживала как никто. Наверное, единственная, кто так в него верил.

– Ладно, Ёлкина, – прихлопнув ладонями по подлокотникам кресла, поднялся Денис, – я попробую завтра на работе навести справки. Но, думаю, все же ты зря нервничаешь, создавая панику и круги на воде, нет никаких оснований для обвинения тебя в этом убийстве. Так что иди и спи-отдыхай спокойно.

– Хочется верить, – вздохнула Алиса, тяжело поднимаясь с дивана, и повторила: – Хочется верить, Денис.

Больше всего Кедрову мечталось попрощаться поскорей и просто захлопнуть за девушкой дверь, но сука-совесть разнылась, рассвербилась, выступив не по-детски, и пришлось ему, вздыхая и ворча недовольно под нос, как старикан, сунуть ноги в дежурные кроссовки, накинуть куртку и отправиться провожать Алису до дома, с тоской ожидая, что придется о чем-то еще и говорить с ней по дороге. А говорить ему именно с ней ни о чем не хотелось.

Но нет, общаться не понадобилось.

Алиса была погружена в какие-то свои, явно не простые мысли, которые и крутила-обдумывала, низко опустив голову и глядя себе под ноги. И, когда они проходили мимо уличного фонаря, коротко посмотрев на девушку, Денис отметил, как вдруг резко осунулось ее лицо – видимо, держалась какое-то время на адреналине, а когда отпустила себя, успокоенная его словами, так сразу и навалилась, сказалась накопившаяся усталость и напряжение всего дня.

Кедрову стало вдруг неловко за себя и шоркнуло по совести за это свое раздражение, за то, как он вел себя с ней – показательно-отстраненно, надменно, иронизируя над ее страхами, неосознанно выстраивая их беседу таким образом, чтобы держать определенную эмоциональную дистанцию. Выеживался перед ней зачем-то, ерничал, занудствовал, а она ведь просто реально испугалась, что ее могут обвинить почем зря.

Представил себе на мгновение, как Алиса после многочасового перелета, после тех жарких ученых споров в кафе возвращается домой и находит такой вот «подарочек» у своих дверей, и выдерживает все полицейские формальности на месте преступления, и выслушивает практически прямое обвинение в причастности к убийству. Даже его проняло бы, а она все же девочка, хоть и очень крутая. И неожиданно Кедрова вдруг накрыло каким-то острым приливом нежности к ней, необъяснимым теплым, странным чувством, наполнившим его всего…

Алиса повернула голову, посмотрела на него, словно почувствовала его удивление, его эмоции и ощущения, улыбнулась совсем замученной, мимолетной улыбкой, и Кедрова потихоньку отпустило. Отпустило, оставляя в душе непонятное остро-сладкое послевкусие от этого короткого пережитого приступа чувственной нежности к ней.

Денис осмотрел лужу у порога ее квартиры, вернее замытые следы от кровавой лужи, отказался от произнесенного Алисой дежурно-вяло предложения зайти на чай-кофе и немного подсохшую в дороге булку, которую Алиса привезла с собой. И, дождавшись, когда она заперла замок изнутри, быстро сбежал по ступенькам, не дожидаясь лифта, и выскочил из подъезда.

Постоял, глубоко вдохнул-выдохнул, посмотрел в небо, лишенное звезд «световым шумом» столицы, и внезапно решил прогуляться. Ну, раз уж все равно вынужденно вышел на улицу, да и думается при ходьбе лучше.

Когда-то Денис дал себе слово, что не станет интересоваться жизнью и судьбой Алисы – каждый пошел своим путем, и лучшее, что он мог сделать, это поскорее дистанцироваться душой от нее. В идеале было бы неплохо сохранить лишь теплые воспоминания о своей первой подростковой любви, светлые, необременительные и очень далекие. И не более.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.