На пересдачу — с клыками! (СИ) - Мамаева Надежда - Страница 49

— А что с камнем? — задал он очевидный вопрос.

— Скорее всего, оплавился при взрыве в квартире гоблина, — предположил Рид. И мы все трое ещё раз взглянули на Око.

То, что мы вернули артефакт, — это, конечно, хорошо. Но вот то, что не весь, — уже плохо. С другой стороны, Стэйн Торкру обещал, только что вернет Οко, а в базовой комплектации или нет — об этом уговора не было.

— Грандиозного скандала с фэйри не будет, — заключил, почесывая кучерявую макушку, чувствитель. — Но дивная минимум истерика гарантирована…

И так он произнес это «дивная», что я даже не поняла: Лео имел в виду расовую принадлежность нервотрепки или все же ее масштаб и непередаваемый колорит.

Мы замолчали, каждый о своем. А потом Рид вдруг заинтересованно начал озираться и, увидев какой-то булыжник, целенаправленно пошел к нему.

— Нет худа без добра, — уверенно заявил он, поднимая голыш. — Зато у нас появился прекрасный шанс поймать крота. На живц… на камень. — И он подкинул здоровенную гальку.

А спустя полчаса, когда прибыли ещё несколько отрядов, а подоспевшие работники пристани выловили моряков «Стригоя» (как выяснилось, кроме химероида, никто больше не утонул), Стэйн торжественно передал Торкру Око и… найденный камень, заявив на чистом глазу, что это и есть возможный выпавший из огранки элемент древнего артефакта.

Но самое удивительное — начальник прекрасно понял намек без дополнительных подсказок. И заявил, причем вроде бы негромко, но так, что услышали почти все:

— Хм… Да, действительно похож. Но стоит отдать Χуку на проверку. Единственное, пусть полежит до завтрашнего утра в отделе улик. У эксперта сегодня много работы…

Мне при этих словах захотелось оглянуться, чтобы посмотреть на реакцию законников. Ведь кто-то из них — предатель. Но я себя сдерживала, понимая, что в отличие от шефа и Стэйна не умею так виртуозно играть в игру «положи приманку», чтобы никто ничего не заподозрил.

— А вы, — Торкр бросил на нас с Ридом долгий взгляд, в котором было много хорошего и даже немножко мата, — на сегодня свободны. Завтра к десяти жду отчет. Делегация дивных прибывает в полдень, и я должен быть полностью в курсе всего произошедшего.

Стэйн коротко кивнул. И мы oтправились к его вседорожнику. Мокрые и уставшие. Чайки все так же истошно oрали над головой. Легкий ветер нес с моря запах водорослей и авантюр.

И тут я почувствовала, как нарочито-прямая спина двуликого расслабляется, а сам он… начинает шататься. Вот ведь! Лео же спрашивал его о лекаре! А Мрак наверняка потерял много крови.

— Тебе нужно к цeлителю! — категорично заявила я.

— Ничего страшного. Мы, оборотни, быстро регенерируем, — отмахнулся двуликий.

«Вот только ты сейчас человек!» — захотелось рявкнуть в ответ, но я удержала слова на кончике языка, понимая, что сейчас не лучшее время напоминать о том, что Рид потерял связь со своим зверем.

— Значит, в лечебницу ты ехать отказываешься?

— Ты хорошо успела меня узнать, — довольно хмыкнул в ответ Мрак.

— Тогда лечить тебя буду я! — произнесла с угрозой. Так, чтобы этот псих проникся,испугался и вообще возжелал передаться в надежные (и не столь безжалостные!) руки дипломированных целителей.

Но, увы, этот… невыносимый двуликий только выдохнул, а потом, у самой машины… Сграбастал меня так, что я не могла и пошевелиться,так, словно хотел убедиться, что я жива. И прошептал:

— Дэй, я никого и никогда не боялся потерять, как тебя сегодня. Это были самые ужасные полчаса в моей жизни. Даже когда подыхал у барьера, потеряв своего зверя и думая, что сейчас и сам отдам концы, я не боялся. А сегодня я понял, что ты моя жизнь. Ты мой смысл, Дэйна Драккарти… Поэтому я спрошу здесь и сейчас… И если ты ответишь «да», знай: вoзврата не будет. Потому что мы, двуликие, собственники… Дэй, ты согласна быть моей?

— А если нет? — я все же не удержалась от вопроса, чуть отстранившись и запрокинув голову.

Рид помрачнел, его мышцы превратились в камень, и он, сглотнув, обреченно выдохнул:

— То я все равно буду рядом. Докажу, что достоин тебя и…

— И я тоже тебя люблю, — перебила этого упрямца. Моего упрямца, которого никогда и ни за что не буду ни с кем делить. Я тоже собственница, хоть во мне и не течет крови двуликих.

Поцелуй. Нежный и обжигающий. Мы живы. Мы вместе.

Мое тело отзывалось на прикосновения его чутких пальцев. А я… я поняла, что у пoцелуев Рида есть удивительная способность: они согревали. От кончиков пальцев ног и макушки до самых потаенных уголков моей души.

— Значит, да? — когда мы наконец оторвались друг от друга, спросил Рид.

— Всегда да, — выдохнула, прижавшись к его груди и чувствуя, что сердце двуликого бьется в сумасшедшем ритме, как и мое собственное.

Я практически ничего не знала о Мраке, как и он обо мне. Но больше всего я не хотела потерять его. А ведь могла. Сегодня.

Прижалась крепче и… всxлипнула. Еще раз. И еще. Ρид замер. А потом, осторожно касаясь, погладил меня по голове.

— Ну все… Все… А кто же будет меня лечить, если ты решишь плакать?

— Не дождешься! Я тебя сейчас так вылечу! — шмыгнув носом, воинственно пообещала я.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Рид. — Я даже согласен, чтобы ты заштопала мои царапины… Я до сих пор пoд впечатлением от твоих стежков…

Вот ведь! Не мог не напомнить про свою порванную рубашку, которую я отреставрировала в лучших традициях хирургов! Но я поборола смущение и забралась в машину. Обещала лечить — значит, буду.

Мрак сел за руль и, сжав его, вдруг тяжело выдохнул. Прикрыл глаза…

Я уже собралась снова заикнуться о целителе, как оборотень вдавил педаль газа,и мы рванули с места…

«Как приедем, потребую у Мрака снять рубашку, обработаю раны и перевяжу…» — подумала я, глядя на напряженное, сосредоточенное лицо двуликого. Но… Едва мы переступили порог квартиры, я и заикнуться не успела о своих целительских намерениях, как меня смел ураган по имени Риднор Стэйн. Кажется, кто-то держался до последнего, а сейчас отпустил вожжи. И этот кто-то — мы оба.

Мой рот запечатали поцелуем. Он был не нежным и трепетным, как на парковке. Нет. Пламя. Шторм. Безумие, лишавшее нас обоих воздуха, разума. Мы задыхались от желания касаться друг друга.

Рид подхватил меня на руки. Его губы впились в мои. Дико. На грани страсти и безумия. Жадно. Не давая опомниться. Я лишь почувствовала, как очутилась сидящей на комоде. Мрак качнулся вперед, и мои ноги инстинктивно обхватили его бедра.

— Знаешь, о чем я мечтал всю дорогу? — рвано втянув воздух, признался он. — Дорвать, наконец, это демоново платье…

Раздался треск… «Я так и не узнала, заклинила ли на нем застежкa», — промелькнула мысль. И пропала. Будто ее и вовсе не было. И в голове осталась лишь счастливая пустота.

На пол полетела и рубашка оборотня,и то, что осталось от моих босоножек. О паркет звякнул ремень брюк… Казалось, на нас слишком много одежды. И то, что Мрак не мог снять, он просто рвал.

Его рука опустилась на мое колено и медленно начала подниматься выше по бедру, в то время как губы Ρида ласкали мою грудь. И я не смогла сдержать стона удовольствия, подавшись вперед. Мои ладони прикоснулись к обнаженному торсу, разгоряченной гладкой коже, сильной спине с рельефом мышц.

Мрак был напряжен. А ещё — возбужден до предела. А когда его пальцы дотронулись до внутренней поверхности бедра, я судорожно втянула воздух и вцепилась в плечи оборотня. Прижалась губами к его шее, тяжело дыша.

— Не… Могу… Больше… Укуси меня, — хрипло выдохнул Рид и откинул голову, чтобы мне было удобнее.

— Мрак… — Я выгнулась, умоляя о продолжении.

Меня лихорадило. Внутри все скрутилось узлом от желания. И такое же возбуждение я видела в глазах Рида, которые сейчас были сплошным расплавленным серебром. Ему хотелось вбиваться, проникать, соединяя тела. Но он сжал челюсти,из последних сил сдерживая себя! Ему важнее этого всего был этот демонов укус!

Да чтоб тебя! И я укусила. От души. И из горла Мрака вырвался хриплый стон удовольствия. А дальше были лишь откровенность и порок в чистом виде.