Проклятые души (СИ) - Мистеру Майарана - Страница 51

Вы думаете, почему я так уверена в том, что займу эту должность? Всё просто, если я так думать не буду — дальше порога этой квартиры не выйду, а мне срочно нужно устроится на работу, чтобы за эту чёртову квартиру платить.

Дорога до офиса заняла сорок минут моего времени. Сорок. Грёбаных. Минут. За которые я успела проклясть всё на свете, включая водителя разваливающейся маршрутки с жесткими, как бревно сиденьями, которая кажется собрала все кочки на своём пути, которых, прошу заметить, в центре города быть не может, чем отбила мне весь зад.

Но надо заметить, за всей этой суетой, я не заметила, как забилась в угол моя апатия. Мне уже не требовалось контролировать дыхание и отгонять пугающие мысли, что невероятно часто кружились в моей голове. Наверное, всё дело в том, что мне нужна эта суета, чтобы спастись от серости будней, от себя самой.

По нужному адресу в центре города меня встретило огромное здание, именуемое бизнес-центром. Всё, как в лучших традициях современного делового дизайна, который умудряются внедрить всюду, где есть торговля и услуги. Войдя в холл, меня встретил мужчина в черном костюме, который вежливо поинтересовался, куда мне нужно проследовать, а получив ответ направил к лифту, сообщив, что мне необходимо на семьдесят третий этаж, за что получил перепуганный взгляд. Не то, чтобы я боялась высоты, но от перспективы получить разрыв сердца на высоте примерно в… ээээ… примерно, двести двадцать метров, я бы с удовольствием отказалась. Но нет ничего хуже, чем решительная я перед боевыми действиями.

Лифт достаточно быстро поднял нервную меня на нужный этаж и высадил в ещё одном холле, где сидела девушка, напоминающая меня саму. В том смысле, что внешне она была таким же строгим секретарём. Спросив к кому и по какому поводу моя светлость озарила стены этой обители своим присутствием, меня проводили в самый дальний кабинет… ну как кабинет? Огромный зал, разделенный надвое стеклянной стеной, возле которой стоял секретарский стол. Надо сказать, за самим стеклом находилась большая часть помещения, в котором царил минимализм из одного рабочего стола, большого шкафа с документами у стены и огромным дисплеем на оной, а напротив стекло, открывающее панорамный вид на город. Туда я всеми силами старалась не смотреть, у меня отчего-то ноги подкашивались, стоило подумать, что я просто к нему подойду.

Девушка секретарь усадила меня на кожаный диван, а сама удалилась, оставив размышлять о происходящем событии. Время без пяти девять утра. Эта поездка была рассчитана с запасом, и, если бы не маршрутка, я пришла бы минут на десять раньше, что, в принципе, не помогло бы мне справится с дрожью в теле, а только усугубило бы и без того процветающий нервоз. Спасибо тебе водитель маршрутки, кем бы ты ни был.

За пять долгих минут, я успела рассмотреть стеклянную стену, «отгораживающую» секретаря от начальника вдоль и поперёк, уговаривая сидеть на попе ровно и не дергаться всякий раз, когда где-то там, за дверью, раздавались приглушенные шаги. И, наконец, дверь открылась, являя моему взору молодого мужчину с синими, как ночное небо глазами. Сердце умерло ещё в прыжке в горло, и я поняла, что всё. Пропала. Особенно, когда он вошел внутрь и замер, изучающе разглядывая мою персону. Мне показалось, на его лице застыла оторопь, но взмах ресниц и я вижу, как его заинтересованность ко мне пропадает.

— Секретарь? — Он выглядит достаточно равнодушно, но лишь до тех пор, пока я не поднимаюсь с дивана, чтобы представится. Оглядев меня с ног до головы, он вцепился взглядом в моё лицо и нахмурился, вызывая во мне недоумение. — Мы раньше с Вами нигде не встречались?

— Нет, я бы запомнила. — Ответила коротко и протянула руку. — Васильева Лина Алексеевна, можно просто Лина.

Руку мою не пожали. Поразглядывали, но в ответ свою не протянули, будто я могу её откусить.

— Пройдёмте. — Позвал, входя свою не преступную обитель. — Меня зовут Ян Кириллович, сотрудники зовут «шеф» и «босс», иного я слышать не желаю.

Мужчина прошел к своему столу и стянув черный пиджак, бросил его на спинку кресла. Сам же принялся расстёгивать запонки, пристально следя за моим лицом. А что я? Я молчу, и пытаюсь не боятся. Думаете просто так слухи про секретуток пошли? Бездорнов тоже пытался меня нахрапом под себя прогнуть и был послан, однако, через пару дней позвонил и попросил выйти на стажировку. Позже выяснилось, что у него выбора не было, что-то там с документами случилось, которые мне же и сунули в первый день.

— Подойдите.

Я сморгнула, пытаясь оторваться от тугих мышц, которые так хорошо облепила белая рубашка. Признаться, я никогда так не реагировала на представителей мужского пола, а тут вроде бы ничего такого, но мне уже становится трудно дышать, а щеки под слоем тонального крема, наверняка, заливает румянец.

Боясь того, что сейчас от меня потребуют проверку постелью, я осторожно подошла к мужчине, практически не глядя ниже его подбородка и мысленно готовясь влепить пощечину, но вопреки моим ожиданиям мужчина сунул в мои руки лист бумаги.

— Задания на сегодня, — он наклонился ко мне, как мне показалось за поцелуем, и я резко отшатнулась. Пожалуй, даже резче, чем стоило бы. Но Ян Кириллович меня снова удивил, он усмехнулся, сунув руки в карманы брюк. — От Вас вкусно пахнет, и Вы мне определённо подходите. Сделаете задания и работа Ваша, Лина.

Я непонимающе сморгнула и на всякий случай поинтересовалась:

— И Вы не будете ко мне приставать?

— Главное, чтобы Вы ко мне не приставали, — хмыкнул он в ответ, разворачиваясь лицом к окну.

— О, не волнуйтесь, — улыбнулась я, на что получила косой взгляд в ответ и вид хмурых бровей.

— И умойтесь. Никакой косметики.

Глава 17

Я бы не сказала, что работа была сложнее, чем у Бездорнова. Тот же кофе, только из кофемашины, договора, подготовка конференц-зала, приём звонков, планирование рабочего дня руководителя и прочие стандартные аспекты данной должности.

Единственная проблема возникла, когда обнаружила, что у меня начались «эти» дни. Несмотря на то, что с собой я носила всё необходимое на такой случай, я довольно сильно расстроилась, потому что в «эти» дни я чувствую себя хуже всего. Именно поэтому не слежу за циклом. Как сказал психотерапевт «Старайся об этом не думать. Ты только погружаешь себя в тревожное состояние, ожидая самого плохого». Но не будем о грустном.

С заданиями я справилась ещё до обеда, мысленно моля всех Богов, чтобы всё было, как надо. Постучав в смехотворную стеклянную дверь и дождавшись кивка, от мужчины, изучавшего до того момента какие-то бумаги, я прошла в глубь кабинета и протянула все необходимые договора и копии документов, включая один безымянный билет на самолёт до Египта.

Руководитель был хмур и задумчив. Он бегло изучил всё, что я ему протянула и задал один единственный вопрос, от которого я похолодела.

— У Вас есть парень?

— Нет, но…

— Замужем?

— Нет.

— Влюблены?

— Простите, я не понимаю, с какой целью Вы интересуетесь моей личной жизнью.

— С той, что мне хотелось бы быть уверенным, что с Вашей стороны не будет никаких намёков на романтические отношения. Я этого не приемлю.

С одной стороны, мне хотелось ликовать, поскольку, да! Вот она! Работа моей мечты! С другой, своим заявлением мужчина невольно разжег во мне любопытство. Хотелось понять причины такого решительного настроя, и одно предположение у меня появилось сразу.

— Вы против служебных романов?

Ян Кирилович поднял на меня свои синие очи, в которых, как мне показалось, взметнулось пламя.

— Будем считать, что так.

Такой ответ меня не совсем устраивал, но это лучше, чем позиция Бездорнова, где «Пока сам не «ам», другим не дам».

— Можете не волноваться на этот счет, — улыбнулась я. — Я не рассматриваю Вас, как объект обожания.

Мужчина хмыкнул, но кивнул.

— Отлично. На сегодня Вы свободны. С завтрашнего дня приступаете к работе с испытательным сроком.