Вкус подчинения (СИ) - "StilleWasser" - Страница 92

– По-моему, вы потекли еще сильнее, мисс Грейнджер, – промурлыкал у нее над ухом бархатный голос, распространив по телу мелкую дрожь. – Так бывает всякий раз, когда я беру тебя в зад. Правильной и чопорной «стальной Грейнджер» слишком нравится заниматься таким вопиюще непристойным и запретным видом секса? Или тебя так заводит терпеть боль ради удовольствия своего Верхнего?

И к огромной неожиданности Гермионы Снейп вдруг невозмутимо добавил:

– Я разрешаю тебе ответить на вопрос.

Гермиона похолодела, понимая, что попала в ловушку коварного слизеринца. Ее анус распирал его член, рассудок был затуманен вожделением, и в мозгу билась одна-единственная мысль: сегодня на протяжении всей сессии она была безупречно послушной, и в самом конце, когда вожделенная награда в виде оргазма была уже так близка, Снейп решил устроить ей самое сложное испытание, зная, как тяжело ей дается произносить подобные слова вслух. Полная решимости ответить ему и не разрушать свой сегодняшний образ идеальной нижней, она открыла рот и замерла, не зная, что сказать.

– Я жду, Гермиона, – мягко напомнил Снейп, но в его голосе прозвучало предупреждение. Первое и последнее предупреждение. Он немного подался назад и тут же резко толкнулся внутрь, заставив ее вскрикнуть.

– Я люблю терпеть боль и доставлять вам удовольствие, сэр! – выкрикнула она, уткнувшись лбом себе в предплечье. – И…

– И? – спокойно переспросил он, делая еще один резкий толчок.

– М-м-м… И я чувствую себя грязной и развратной, когда… подставляю вам задницу, сэр, – решительно выпалила она, надеясь, что этого будет достаточно и ее ответ удовлетворит ее требовательного Верхнего.

– Хорошая девочка, – протянул Северус, возобновляя толчки, на этот раз мягкие и неторопливые. Склонившись над ней, он проник одной рукой спереди между ее ног и принялся медленно и ритмично потирать клитор. Гермиона задрожала и вскрикнула: после того, как он на протяжении всей сессии продержал ее в состоянии сильнейшего возбуждения, не давая тому погаснуть, ей не потребовалось много времени, чтобы кончить. Оргазм прошел по ее телу освободительной волной, но распаленное вожделение и не думало униматься. Движения члена в ее анусе, постепенно ускоряющиеся и становящиеся все жестче, разгоняли ощущения до максимума, приближая второй оргазм.

Гермиона тихонько постанывала в такт толчкам, но, ощутив на заднице хлесткий шлепок, громко вскрикнула.

– Кончай, – выдохнул Снейп, до боли впиваясь пальцами в ее ягодицы. – Кончай… и я… накормлю… тебя… спермой…

Гермиона взвыла, почувствовав, как вбивающийся в нее член что-то задевает через тонкую стенку, отчего все мышцы влагалища тут же сжались и начали сокращаться. Она распласталась на полу, тяжело дыша и подергиваясь от мощного оргазма, но жалобно застонала, стоило Снейпу отстраниться и вытащить член, оставив после себя ощущение пустоты. Жесткая рука властно вздернула ее наверх, заставив сесть, и развернула. Все еще одурманенная наслаждением, Гермиона тем не менее послушно открыла рот, и горячие терпкие струи спермы полились ей прямо на язык.

– Не глотать, – задыхаясь, проговорил Снейп и вытер остатки об ее лицо. Сделав шаг назад, он окинул взглядом сидящую у его ног нижнюю, покорно держащую его семя во рту и борющуюся с естественным желанием сделать глотательное движение. Ее затуманенный взгляд был направлен на него, и в нем читалось лишь безоговорочное доверие и желание угодить. Наконец Северус кивнул и, дождавшись разрешения, Гермиона с облегчением проглотила семя.

– Сессия окончена, – бросил Снейп, отворачиваясь, и змейки на ее шее послушно перестроились в колье. Подойдя к кровати, он сел и поманил к себе Гермиону.

Она помедлила, приходя в себя: голова все еще немного кружилась после двух мощных оргазмов, но мысли, на удивление, были четкими и ясными. Она посмотрела на сидящего перед ней Северуса, ждущего, пока она подойдет, и словно увидела его впервые: ее строгий и язвительный бывший профессор зельеварения, который оказался жестким, но таким чутким и заботливым Верхним, сегодня открылся ей с новой стороны, и ей срочно нужно было сопоставить все, что она знала о нем раньше, с новой информацией, иначе это просто сведет ее с ума.

Гермиона скользнула по нему взглядом, снова мысленно отметив, насколько усталым он выглядел: волосы безжизненно спадали на лоб, лицо казалось еще более бледным и болезненным, под темными провалами глаз залегли синеватые тени. Северус всегда обладал невероятной внутренней силой и притягательной загадочностью, но никогда не был привлекательным внешне. А в юности, будучи угловатым подростком, наверняка выглядел еще хуже и вряд ли пользовался популярностью у противоположного пола. В отличие, например, от Джеймса Поттера, который, судя по колдографии, которую Гермиона видела у Гарри, был красавчиком и разбивателем женских сердец. Нетрудно догадаться, что Северус и Джеймс, скорее всего, недолюбливали друг друга из-за Лили, а, учитывая, что за спиной Поттера всегда стояли Мародеры, в то время как угрюмый Снейп вряд ли мог похвастаться большой компанией друзей, преимущество в неизбежных стычках было не на стороне последнего. Иными словами, над Северусом наверняка издевались в школе, и желание возвыситься над своими обидчиками вполне вероятно и могло подтолкнуть его в руки Волдеморта. Отсюда и подсознательное стремление унижать других, которое в компании Пожирателей Смерти неизбежно укрепилось и расцвело, а также нашло свое проявление в сексе, как зачастую бывает со всякими бессознательными желаниями. Почему-то Гермиона не сомневалась, что сегодня увидела далеко не весь спектр тайных желаний Северуса, базирующихся на старых комплексах: наверняка он, несмотря на ее просьбу, продемонстрировал ей только верхушку айсберга, чтобы не задеть ее собственные душевные раны. Однако того, что она увидела, хватило, чтобы четко осознать: Снейп такой же, как она, с той лишь разницей, что психологические травмы привели его к доминированию, а не к подчинению.

Возможно, здесь также сказалась неблагополучная семья, в которой он вырос. Его рассказ об алкоголике-отце и судьбе его матери глубоко тронул Гермиону и позволил понять, что та забота, что он проявляет по отношению к Кэрол и ее детям, произросла из затаенного желания иметь крепкую семью, которая будет способна в ответ подарить ему тепло и уют, которого он был лишен. Гермиона ощутила, как больно заныло сердце, когда в душе вспыхнула робкая надежда при мысли, что, может быть, его забота о ней самой не является простой формальностью, входящей в обязанности хорошего Верхнего, а тоже связана с тем же самым – жаждой тепла… и любви.

Пошатнувшись, она поднялась на ноги и сделала два шага по направлению к кровати, откуда за ней внимательно наблюдал Северус, решивший, видимо, не торопить ее и позволить прийти в себя после выматывающего секса. Взгляд Гермионы, скользнувший по его голым ногам, остановился на неизменной футболке: она уже не раз замечала, что он никогда не снимает их во время сессий, и это давно не давало ей покоя. Но сегодня после всего произошедшего, начав догадываться о причине, она преисполнилась желания преодолеть и этот рубеж между собой и Северусом.

Подойдя, она остановилась между его коленей, положив ладони ему на плечи, и тут же почувствовала его теплые руки у себя на талии. Они скользнули вверх, а затем снова вниз, к бедрам, невесомо поглаживая, и в этом жесте больше не было ничего эротичного и возбуждающего – лишь нежность и ласка, и Гермиона замерла на миг, наслаждаясь ощущениями. А затем осторожно проникла одной рукой под воротник футболки Снейпа и коснулась голой кожи.

Северус мгновенно замер и напрягся, а затем поднял на нее свои черные бездонные пугающие глаза.

– Нет, – его голос прозвучал глухо, но твердо, и Гермиона остановилась на мгновение и успокаивающе погладила его второй рукой по плечу.

– Позволь мне. Пожалуйста, – прошептала она, опускаясь перед ним на колени. Губы Северуса дрогнули, будто он собирался что-то сказать, но передумал, и она медленно, не делая резких движений, взялась за кромку его футболки снизу и аккуратно потянула вверх. Несколько долгих, похожих на вечность секунд Снейп сидел неподвижно, но затем все же поднял руки и позволил стянуть с себя футболку. Отбросив ее в сторону, Гермиона перевела дыхание: казалось, она не просто раздевает мужчину, а пытается разминировать взрывное устройство, которое может сработать от любого неосторожного движения. Слегка переступив коленями и отодвинувшись, она посмотрела на Северуса снизу вверх, желая заглянуть в глаза, но он опустил голову, скрываясь за прядями волос, упавших на лицо.