Вкус подчинения (СИ) - "StilleWasser" - Страница 77

И, не дожидаясь ответа, Северус двинулся в сторону второй улицы, оставив Гермиону растерянно хлопать глазами ему вслед.

До конца узкой улочки, которая уперлась в высокий забор с колючей проволокой поверху, Гермиона дошла очень быстро, всего за сорок минут, не встретив на пути ни одного прохожего. В паре небольших магазинов и одной парикмахерской, куда она забежала, чтобы погреться и расспросить о Томми, никто не видел мальчишку восьми лет в синей курточке и красной шапке с помпоном. Дождь продолжал нещадно поливать Коукворт, словно вознамерился смыть маленький городок с лица земли, но Гермиона возвращаться обратно на площадь ни с чем и терять время, поджидая Северуса и Мэтта не собиралась. Окинув взглядом кажущийся бесконечным забор, она, приняв решение, свернула налево и двинулась вдоль него, намереваясь отыскать начало соседней улицы, параллельной той, по которой она пришла сюда, и вернуться по ней. По крайней мере, так она сделает хоть что-то, охватит поисками бóльшую площадь, вместо того чтобы просто топтаться по одному месту.

Еще через полчаса блужданий, проверив продуктовый и обувной магазины, Гермиона поняла, что, похоже, просчиталась, и эта улица, казавшаяся параллельной той, первой, увела ее совсем в другом направлении и к площади выводить не собиралась. Здания вокруг становились все более приземистыми и обшарпанными, фонари все чаще грустно провожали ее, глядя вслед выбитыми глазами лампочек, и больше не попадалось ни магазинов, ни других заведений, где можно было бы отогреть заледеневшие руки, расспросить о Томми и выяснить, куда ее занесло. Судя по всему, Гермиона все больше удалялась от центра города, а значит, и от площади, где ее уже наверняка ждали Мэтт и Северус. Попробовав свернуть и пойти в обратном направлении, она еще больше заблудилась и теперь просто брела наугад под проливным дождем, ругая себя, что вместо того, чтобы отыскать Томми, по глупости заблудилась сама.

Решив пройти еще немного, прежде чем найти подходящее место и трансгрессировать обратно на площадь, Гермиона поймала себя на мысли, что узнает окружающую ее местность. Конечно, двухэтажные дома вокруг казались одинаковыми, но она совершенно точно узнала вон ту арку между домами, а если пройти еще немного, там, за развалившимся забором оказалось… Ну конечно, это было то самое сгоревшее здание, на которое она набрела когда-то, устав ждать дома сессию и прибыв в Коукворт почти на час раньше.

Нахмурившись, Гермиона припомнила, что в прошлый раз ей показалось, будто руины источали магию, и ускорила шаг, чтобы проверить, так ли это. Сессия со Снейпом тогда оказалась настолько выматывающей, что она совсем позабыла расспросить его об этом странном здании, ведь Северус наверняка должен был знать, откуда эти магические развалины взялись в его родном малюсеньком городке, где все друг с другом знакомы. Если тут когда-то жил волшебник, Снейп наверняка был в курсе, однако, вполне возможно, он отказался бы рассказывать об этом. Это было бы очень в его духе.

Размышляя, Гермиона подошла ближе и снова нахмурилась, осознав, что магический фон был все еще на месте, но явно стал слабее по сравнению с тем, каким она его помнила: тогда он был ярким и мощным и ощущался даже издалека. Сейчас же ей пришлось приблизиться почти вплотную, чтобы что-то почувствовать. Присев, она коснулась рукой одной из полусгнивших и склизких от дождя потолочных балок, рухнувших на землю, и кончики ее пальцев слабо закололо, но через несколько секунд ощущение исчезло, будто кто-то вынул пробку, удерживающую магию этих руин на месте, и она по капле вместе с дождем впиталась в землю, растворившись без следа. Потерев пальцы и снова коснувшись балки и даже вдавив руку посильнее в гнилое дерево, Гермиона покачала головой, не понимая, что за странности происходят в этом месте.

Выпрямившись, она уже собралась было спрятаться от чужих глаз за нагромождением ветхих досок, судя по всему, когда-то представлявших собой дверь, и перенестись на площадь, как вдруг прямо за ними ей почудилось какое-то движение. Похолодев, она потянулась за палочкой и, только сжав в руке теплое древко, почувствовала себя немного уверенней. Неужели она случайно набрела на тусовку каких-нибудь местных наркоманов? Еще с ними ей неприятностей не хватало. Не хотелось снова доставлять Северусу проблемы. Наверняка тот инцидент с Джонни и его дружками не прошел для него просто так, хоть он никогда в этом и не признался бы. Подумав об этом, Гермиона поняла, как потеплело у нее на душе от мысли о том, что кто-то решил за нее проблему без ее участия. Она совершенно к такому не привыкла, хотя именно так, наверное, и выглядела забота. Обычно она была резко против того, чтобы мужчины вмешивались в ее независимость, но Снейп уже давно не просто вмешался, а прочно обосновался в том круге личного и интимного, куда, как правило, не пускают никого, поэтому переживать об этом было уже поздно.

Вдруг из-за досок до нее донесся чей-то всхлип, обрывая череду непрошенных и, мягко говоря, неуместных прямо сейчас мыслей, и, движимая внезапным предчувствием, Гермиона бросилась туда и, осторожно пробравшись по скользкой земле, обнаружила на сколотом камне, оставшемся от фундамента, плачущего Томми, скорчившегося под дождем.

– Не подходи! – пронзительно воскликнул он, едва она сделала движение, чтобы броситься к нему. – Не подходи, Гермиона!

– Томми, – выдохнула она, с ужасом глядя на яркие искры, сыплющиеся с его пальцев и, если бы не дождь, давно спалившие бы ветхие доски. – Томми, что с тобой?

– Сначала мне было так хорошо, – едва слышно прошептал он, так что шум дождя почти заглушил его тихие слова. – Он звал меня, и я подошел поближе. Но потом у меня заболела голова, и стало казаться, будто что-то рвется у меня из груди! И я не могу это удержать! Гермиона, помоги мне! – его голос взвился, будто лопнувшая струна, и мощная волна магии хлынула от маленькой детской фигурки во все стороны, вспахивая мокрую землю, разнося в щепки доски и дробя камень. Сильной ударной волной Гермиону отбросило назад, прямо на торчащую из земли металлическую арматуру, и она зажмурилась, готовясь к боли, однако вместо этого мягко опустилась вниз, будто кто-то придержал ее уверенной рукой. И почувствовав, как шевельнулись на шее змейки, она поняла, что именно ее спасло.

Томми пронзительно закричал, схватившись за голову. Воздух задрожал, капли дождя брызнули в разные стороны, а пропитавшая водой земля слегка просела под ногами от мощи следующего магического выброса, эпицентром которого был скорчившийся на земле, словно от безумной боли, ребенок.

Гермиона среагировала мгновенно – военный опыт дал о себе знать, – и отгородилась заклятием Протего от летящих в нее щепок и каменного крошева. Змейки на шее замерли, и ожерелье бессильно повисло, очевидно, истратив на защиту от прошлой вспышки стихийной магии весь свой волшебный заряд, вложенный в него Снейпом. Сила ударной волны, исходящей от Томми все нарастала, и Гермиона, почувствовав, что вот-вот ее щит не выдержит напора и рухнет, крикнула:

– Томми! Ты должен успокоиться! Слышишь меня?! Томми?! – голос сорвался на визг, когда она поняла, что больше не может устоять перед мощью стихийной магии, но за миг до того, как та снесла ее защиту, между ней и Томом вдруг возникла темная фигура, словно соткавшись из сгустившихся сумерек.

Загородивший ее собой Снейп выставил какую-то сильную защиту, применив незнакомое Гермионе заклинание, а затем обрушил на Томми целую серию атакующих заклятий. Слова застряли у Гермионы в горле, и она с ужасом просто смотрела, как яркие вспышки мощнейших заклинаний несутся прямо в несчастного ребенка, уже не кричащего, а жалобного воющего в грязной луже на земле. Раздался звук глухого удара, когда магия Снейпа столкнулась со стихийной магией Томми, и сразу же наступила тишина, показавшаяся оглушительной, несмотря на шелест непрекращающегося дождя. Хлопая глазами, Гермиона сделала два шага вперед, разглядывая потерявшего сознание Тома и чувствуя, что сама готова рухнуть на землю от пережитого ужаса и напряжения.