Вкус подчинения (СИ) - "StilleWasser" - Страница 75

Попив воды и послонявшись из угла в угол на малюсенькой кухне, Гермиона с трудом дождалась истечения десяти минут и направилась наверх. Она не слышала, вернулся ли с улицы Северус, но знала, что порой он может передвигаться совершенно бесшумно, а его волшебная дверь-привратник, как верная сообщница, прикроет его, если нужно, не издав ни скрипа.

По лестнице, ведущей на чердак, Гермиона буквально взлетела и осторожно заглянула внутрь, понимая, что Снейп уже там, раз мощные Защитные чары сняты. Но тайком подглядеть за ним не удалось: словно ощутив на себе чужой взгляд, стоящий у стола Северус поднял глаза от небольшого котла, из которого уже вздымался пар, и сухо проговорил:

– Входите, мисс Грейнджер.

Гермиону охватило острое ощущение, что она снова попала к нему на урок, поэтому, прикрыв за собой дверь, она в нерешительности остановилась.

– Фартук там, – Снейп кивком указал куда-то влево, но Гермиона, как завороженная, неотрывно смотрела на его руки, методично измельчающие в ступке пшеничные отруби.

– Что это будет за зелье, сэр? – наконец спросила она, снимая с крючка на стене запасной фартук из прочного огнеупорного материала. Снейп повернулся и, подняв одну бровь, одарил ее уничижительным взглядом, от которого Гермиона невольно поежилась и застыла, так и не завязав фартук за спиной.

– Вы еще профессором меня назовите, мисс Грейнджер, – с неприязнью ответил он и отвернулся, взмахнув палочкой и очищая воздух, который уже наполнился испарениями от котла. – Мы не на уроке и не на сессии.

– Прости, Северус, – сбросив с себя оцепенение и сообразив наконец, что машинально назвала его «сэр», как в школе, проговорила Гермиона и, справившись с фартуком, подошла к столу. – Просто все это слишком напомнило мне Хогвартс, и…

– Я понял, – уже мягче ответил он, высыпая измельченные отруби в котел. – Верхняя полка, семена клещевины.

Проследив за его взглядом, Гермиона послушно направилась в указанном направлении, размышляя о реакции Снейпа на упоминание его бывшей работы: казалось, он не желал вспоминать те времена, когда был профессором и деканом Слизерина, раз резко свернул разговор об этом. Впрочем, Гермиона и не ждала, что Северус станет предаваться теплым воспоминаниям о том периоде своей жизни, когда ходил по тонкому лезвию между двух огней. Вряд ли упоминание Хогвартса вызывало у него счастливые ассоциации. Интересно, а был ли счастлив он здесь и сейчас, в этом баре в Коукворте?

Какое-то время они работали в тишине, прерываемой лишь негромким, но звучным голосом Северуса, инструктировавшего Гермиону, что ей следует делать.

– Так что это будет за зелье? – решилась еще раз спросить она, закончив нарезать по его распоряжению глаза тритона и золотой корень.

– Почти все ингредиенты тебе известны, – отозвался Снейп, сосредоточенно помешивая по часовой стрелке зелье, уже приобретшее нежно-салатовый оттенок. – Если ты еще не забыла их свойства, то догадаться о том, какой эффект они дадут в сочетании, будет несложно.

Гермиона помолчала, обдумывая свой ответ и не сводя взгляда с лица Снейпа, склонившегося над котлом. Как бы он ни относился к Хогвартсу, нельзя было не признать, что в лаборатории он явно находился в своей стихии: несмотря на строгость и собранность, отражавшиеся на его лице, весь он словно источал спокойствие и умиротворение, а также удовольствие от проделанной работы. Вдруг он поднял на нее взгляд, и пойманная с поличным на наблюдении за ним Гермиона выпалила:

– У меня есть только одна версия… Северус.

Снейп поднял бровь, бесстрастно глядя на ее покрасневшее от смущения лицо, и равнодушно бросил:

– Вот как?

– Пшеничные отруби, семена клещевины и глаза тритона дают общеукрепляющий и тонизирующий эффект, и можно было бы предположить, что мы варим какую-либо разновидность Бодрящего зелья, но вот в сочетании с золотым корнем…

– Продолжай, – подбодрил Снейп, не сводя с нее тяжелого взгляда своих темных глаз и не глядя помешивая зелье. Гермиона покраснела еще больше, не зная, как помягче выразить свою мысль. Ведь если, по его собственным словам, они занимались сейчас подготовкой к предстоящей сессии, то из этого следовало…

– Я жду, Гермиона, – раскатистая вибрация его голоса заполнила помещение, отозвавшись мурашками по коже, а требовательный тон не оставил другого выбора.

– Золотой корень в комбинации с вышеупомянутыми ингредиентами локально стимулирует приток крови к… эм-м… – Гермиона стушевалась, не решаясь произнести вслух слово «член», когда Снейп вот так испытующе смотрел на нее, и не в спальне, а при ярком свете стерильной лаборатории.

– Приток крови к чему, мисс Грейнджер? – его раздражение подстегнуло ее не хуже плети, и она решилась:

– Это зелье для усиления мужской потенции, сэр? – выпалила она, стараясь смотреть куда угодно, только не на него, но боковым зрением все равно заметила, как дрогнули уголки его губ.

– Почти, – ответил Снейп, и Гермиона все-таки подняла на него глаза. Его лицо ничего не выражало, и она ощутила острую необходимость объясниться.

– Просто ты сказал, что мы будем готовиться к сессии… А это зелье…

– Что с этим зельем? – он отложил стеклянную палочку, которой помешивал бурлящую субстанцию, медленно меняющую свой цвет на бирюзовый, и снова внимательно посмотрел на Гермиону, ожидая ответа.

– Ну… непохоже, чтобы оно было тебе нужно… Северус, – в воцарившейся тишине, кажется, было слышно, как колотится ее сердце, заглушая бульканье котла. Захотелось выйти на улицу и подставить пылающее лицо ледяному ноябрьскому дождю. И заодно оказаться подальше от человека, о чьей эрекции она только что высказалась в далеко не лестном ключе, а неуклюжая попытка загладить неловкость, кажется, только все усугубила.

– Что ж, благодарю за веру в мои способности. Вторая полка сверху в шкафу. Красный флакон.

Обрадовавшись возможности чем-то заняться, а заодно спрятать горящее лицо за дверцей шкафа с ингредиентами, Гермиона бросилась выполнять распоряжение, не сразу даже сообразив, что, раз в зелье планировался еще один компонент, значит это была все-таки не магическая «виагра». Открыв шкаф, она оглядела содержимое полок и замерла, когда ее взгляд выхватил в самом низу две большие болотно-зеленые коробки, в которых плотными рядами сгрудились небольшие бутылочки со знакомой мутноватой жидкостью, отливающей бензиновыми разводами. Сердце пропустило удар, а затем болезненно заколотилось, а мозг в панике заметался, сопоставляя, делая выводы и пытаясь найти этим умозаключениям рациональное объяснение. Которое, к сожалению, не находилось.

Звякнула стеклянная мешалка, стукнувшись о стенки котла, и этот звук вырвал Гермиону из оцепенения. Выглянув из-за дверцы шкафа, она взглянула на Снейпа, понимая, что уже подозрительно долго стоит, тупо уставившись внутрь, хотя ей были даны четкие инструкции, где искать необходимый ингредиент. Однако Северус, казалось, этого даже не заметил. Положив мешалку, он замер у стола, и его глаза остекленели, будто он всматривался во что-то, видимое только ему. В следующие мгновение в его руке появилась волшебная палочка, и несколькими точными уверенными жестами он очистил и отправил на место инструменты, погрузил котел в магический стазис и заставил фартук прыгнуть обратно на крючок.

– Планы изменились, – бросил он, уже у двери. – Оставь всё. Идем.

Гермиона спохватилась, только когда дверь лаборатории хлопнула, закрываясь за ним. Его странному поведению и отстраненному выражению на лице могло быть лишь одно объяснение: похоже, Северус «увидел» что-то глазами своего волшебного привратника, и это что-то его невероятно встревожило, раз он так внезапно прервал процесс приготовления зелья – буквально на последнем ингредиенте. Что ж, похоже, позже стоило еще раз сказать спасибо двери, ведь именно благодаря ей Снейп не заметил подозрительное замешательство, охватившее Гермиону у шкафа с ингредиентами при виде коробок с «Наркозом».

Слетев по лестницам на первый этаж так быстро, как только могла, Гермиона выбежала в бар и застыла: у стойки с прямой, словно палка, спиной, выдающей крайнее напряжение, замер Северус, обнимая всхлипывающую Кэрол, а чуть поодаль неловко мялся Мэтт с виноватым лицом.