Вкус подчинения (СИ) - "StilleWasser" - Страница 61

Она хотела устроиться в первой, но Драко решительно направился к самой последней, третьей, и, отодвинув заслонку, сделал приглашающий жест рукой.

– Эта история должна закончиться там, где началась, – задумчиво проговорил он, пропуская вперед Гермиону и накладывая Заглушающее заклинание на небольшое огороженное плотной ширмой помещение, в котором находился маленький столик и полукруглый выцветший диванчик. Именно здесь сидел Снейп, когда Малфой впервые привел ее в «Агонию», и перед мысленным взором тут же встало его лицо, скрытое маской отстраненности и равнодушия, под которой, как теперь знала Гермиона, скрывалась бездонная пропасть, заглянуть в которую она до сих пор не решилась. Холодный ужас пробирал до костей при одной мысли о том, что взглянет оттуда на нее в ответ.

– Значит, это ошейник Снейпа, – задумчиво изучая ее шею, проговорил Драко, когда она, все еще погруженная в воспоминания, машинально сняла пальто и бросила на край дивана. – В прошлый раз он выглядел иначе, но все равно вполне узнаваем. Выходит, это он тогда так здорово приложил меня об стену. А я уж было подумал, будто мои прикосновения настолько противны, что пробудили твою стихийную магию. И почему меня не удивляет, что вместо обычной полоски кожи или простого куска металла он дал тебе зачарованный артефакт, готовый растерзать любого, кто косо на тебя посмотрит?

Гермиона, вынырнув из своих мыслей, погладила выжидательно замерших змеек на шее и, пожав плечами, устроилась за столом, слегка поморщившись, когда выпоротые ягодицы коснулись дивана.

– Ошейник подчиняется исключительно моей воле, – сказала она, не желая вдаваться в подробности. – Если бы я действительно хотела твоих прикосновений, ничего бы не произошло.

– Это Снейп тебе так сказал? – хмыкнул Драко, садясь напротив. Он лишь расстегнул и слегка распахнул свое пальто, словно хотел быть готовым в любой момент сбежать из бара, куда изначально не собирался идти. – А сама-то ты проверяла, что за чары наложены на штуковину, которую ты все время носишь на себе?

Гермиона, закусив губу, постаралась скрыть досаду на собственную глупость и доверчивость, из-за которых она до сих пор даже не задумалась о том, чтобы самой изучить ошейник. Да, Снейп являлся ее Верхним, который должен был заботиться о ее безопасности и благополучии, но как она могла быть столь наивной и беспечной, чтобы вот так слепо довериться прожженному слизеринцу, чьи намерения в отношении себя она так и не поняла до конца. Что было, кстати, еще одной причиной злиться на саму себя.

Внимательно наблюдающий за ней Драко, судя по всему, не смог ничего прочитать у нее на лице, но ее молчание дало ему все ответы.

– Моя милая Грейнджер, – покачал головой он. – Может быть, ты даже думаешь, что он случайно оказался на улице во время нашего с тобой разговора? Покурить вышел? Северус был другом нашей семьи еще до моего рождения, и мне прекрасно известно, какой он невыносимый собственник. И если он не заковал тебя в колодки и не запер в подвале, это еще ничего не значит. Есть много форм контроля, о которых ты можешь даже не подозревать. А уж он просто мастер тонких манипуляций сознанием и поведением, поверь мне. Пара сказанных фраз, заботливо брошенный взгляд, и вот ты уже послушно идешь туда, где он хочет тебя видеть, – Драко как бы невзначай обвел взглядом кабинку и снова невинно посмотрел на Гермиону, которая опять начала медленно закипать.

– Мы пришли сюда говорить не о Снейпе, – отрезала она, дав себе зарок позже все же поразмышлять о словах Малфоя. – Лучше расскажи о своих манипуляциях, не таких тонких, как у Северуса, конечно. Начни с того, как давно ты следишь за мной. Сколько это продолжалось, пока мы «случайно» не встретились в том магловском баре?

Драко вздохнул и слегка сжал кулаки, словно готовясь обороняться. Он явно пытался собраться с мыслями, но слова не шли, хотя на Малфоя это было совсем не похоже. Гермиона знала, как он умел юлить и изворачиваться, перетасовывать факты и разыгрывать карты в свою пользу даже в самой патовой ситуации, но сейчас, похоже, он не собирался этого делать. Что бы там ни застряло у него на языке, это явно было правдой, которая, судя по всему, ей не понравится, но он все равно собирался ее озвучить, и Гермиона ощутила, как в ней поднимается теплота и благодарность за его намерение не лгать ей.

– Драко… – она ласково коснулась его руки, лежащей на столе, и та разжалась, нежно обхватив ее пальцы. – Что происходит у тебя с Асторией? Мы никогда не обсуждаем это, но… нельзя отрицать, что тут затронута и твоя семья тоже. Давно ты уже… ищешь нижнюю на стороне?

– Уже год, – хрипло ответил Драко и поднял глаза, чуть сильнее сжав ее руку. – Поначалу все было хорошо, и я до сих пор очень люблю Асторию, но сексуальная несовместимость медленно убивает наш брак. Она так и не поняла, из-за чего у нас начались проблемы, и сейчас ее беременность дала нам временную отсрочку, но настанет пора, когда нам снова придется оказаться в постели не для того, чтобы просто поспать… Невозможность доминировать над ней выбивает меня из колеи, а вынужденная нежность бесит до зубовного скрежета! Каждый раз, когда я касаюсь ее кожи – невесомо, как она любит, – мне хочется схватить ее за волосы и поставить на колени, а потом трахнуть так, чтобы покрыть все тело синяками, слюной, женской смазкой и моей спермой… – Малфой тяжело выдохнул, явно заставляя себя расслабиться, и, закрыв глаза, продолжил: – Но я не могу: она не поймет, не позволит мне… и от этого мне кажется, что это я у нее под контролем… что это она поставила меня на колени… и извратила всю мою сущность, превратив в то, что принято называть нормальным. Жестокая ирония, не так ли, Грейнджер? Быть извращенцем в глазах толпы, и теперь, став таким же, как они, чувствовать извращенцем себя, потому что предаешь свою суть.

Гермиона ощутила, как защипало глаза, и лишь кивнула, мягко погладив тыльную сторону ладони Драко свободной рукой. Она прекрасно понимала его, гораздо лучше, чем смогла бы выразить словами, поэтому они тут были лишними.

– Я ищу себе нижнюю уже год, – повторил он, подняв глаза, и в них Гермиона увидела отчаяние. – Я встречался с несколькими женщинами… маглами, но ни с кем из них у меня не получилось даже дойти до первой пробной сессии. Ни с кем не было такого взаимопонимания, как с тобой… Как видишь, Грейнджер, что бы ты обо мне ни думала, жене я не изменял… пока что.

– И я не собираюсь осуждать тебя за намерение, – вздохнула Гермиона, медленно качая головой. – Уверена, ты уже перепробовал все способы, чтобы наладить… жизнь с Асторией, и раз решился на крайние меры, значит ни один из них не сработал. Я знаю, что ты взрослый человек и отдаешь себе отчет в том, что делаешь, но…

– Да, – кивнул Драко, и искреннее раскаяние проступило на его лице, будто изображение на колдографии, брошенной в зелье-проявитель. – Мне не следовало вмешивать тебя. Ты с самого начала ясно выразила свое нежелание становиться между мной и Асторией, и я прошу прощения, что от безнадежности я решился нарушить те границы, что мы с тобой тогда установили. Ты права, я… следил за тобой некоторое время, чтобы убедиться, что у тебя никого нет и ты страдаешь… по тем же причинам, что и я. Зная, что ты с самого начала будешь резко против, если я просто заявлюсь и без обиняков предложу тебе снова подчиняться мне, я отвел тебя к Снейпу. Мне нужно было подзадорить тебя, распалить твою жажду, чтобы она не утихала больше ни на миг и сделала тебя более… сговорчивой. Как это произошло в итоге со мной. Я был уверен, что тебя ужаснет мысль о сессиях с бывшим учителем, и твоя первая реакция на Снейпа дала мне надежду, что я на верном пути… Но, как выяснилось, моя жажда ослепила меня, и я просчитался, – он горько усмехнулся и мягко высвободил руку из ее теплых ладоней, отстраняясь, словно не хотел больше касаться чужой нижней. – Я недооценил силу твоих фантазий о нем, о которых ты рассказывала мне однажды… В противном случае я никогда бы не привел тебя сюда.