Карта первого круга (СИ) - Серафимов Влад - Страница 57

   Пять дней - это много или мало? Для нас с Аландором в них поместилось огромное количество впечатлений и событий. Для пацана настало интересное время, когда он вырвался в большой мир иной цивилизации, которая постоянно удивляла его новинками. Для меня это был период, когда урывками приходилось решать проблемы существования в незнакомом социуме, ежесекундно находясь в готовности к неприятностям. При этом, я уставал в разы меньше парня из-за постоянного восстановления психофизического состояния после очередного призыва. Однако, один призыв пришлось потратить на сон, я почувствовал накатывающий океан апатии и слабости, поэтому сразу лег на кровать, предупредив пацана. Психика требовала отдых и перерождение ничего не могло с этим сделать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

   Арлион оказался вполне дружелюбным к нам городом, богатым на возможности и приключения, если их ищешь. Сухопутный порт - так его называли местные жители из-за особого месторасположения на пересечении торговых маршрутов внутри страны и международных путей. Ведущую роль он стал играть лет пятьдесят назад, когда распалась существовавшая на континенте империя и ее осколки наладили мирные взаимоотношения. Мощный приток финансов и логистическая доступность обеспечили рост населения и плановую застройку окрестностей. К одному из таких свежих районов и относился доходный дом, в котором мы теперь жили.

   Мы сменили место обитания на менее вызывающее, находиться в местном лав-отеле я посчитал слишком проблемным в перспективе. Поэтому на третий день съехали в таверну, находящуюся в паре кварталов. Здесь вообще оказалось достаточно много съемного жилья, не представляю, что творится рядом с железнодорожной станцией. Туда я еще не добрался в своих исследованиях Арлиона.

   Неожиданно повел себя Аландор. Его настолько захватили новые вещи, которых он не знал, что он отбросил собственный снобизм призывателя и стал воспринимать окружающих практически адекватно. С поправкой на личный эгоизм и инфантилизм, разумеется.

   Пацан готов был днями ходить по улицам и наблюдать за жизнью толпы людей, постоянно волнующейся возле транспортной магистрали. Я пытался сдерживать его в первые сутки, но, убедившись, что днем здесь относительно безопасно, махнул на него рукой. Причин, чтобы заставить сидеть его в номере хватило бы на неделю, а потом он все равно погрузится в социум, но уже с внутренним раздражением на меня.

   Он с одинаковым интересом мог наблюдать за работой фонарщиков, заправляющих маслом средства освещения и выполняющих их обслуживание, или слушать россказни молодого подмастерья с вокзала, который работал на путях. У меня было впечатление, что он открыл для себя существование других целей и интересов, а не только стремление стать самым сильным призывателем. Еще он потребовал от меня достать билеты в театр, кто-то ему рассказал, что там он увидит нечто необычное. Благодаря новым увлечениям он не пытался наладить контакт с противоположным полом, чего я опасался с самого начала нашего появления в Арлионе. Сумма молодости и девушек равняется неудобству и опасности для только устаканивающейся жизни.

   С чем нам повезло, так это с деньгами. Я притащил к знакомому меняле колечко с сапфирами из тех драгоценностей, что прихватил из дома Аландор. Просто на примерную оценку, старик показался относительно честным и деловым. Камни были мелкие и не очень хорошо ограненные, но лавочник сделал на них стойку немедленно, как увидел. Он меня любезно просветил, что на территориях раздробленной империи это редкость и стоимость сапфиров высока, поэтому у приезжающих иностранцев с охотой их выкупают. И предложил стать посредником в продаже, взять десять процентов. Я поступил просто, спросил у него же адрес ювелира для оценки камней и пообещал выполнить реализацию через менялу, если специалист назовет примерно такую же цену, как и лавочник.

   Светить редкостью я не опасался, ее скоро у меня не станет, поменяю на деньги. Ограбления не боялся тем более, голову оторву любому бандиту, а с Аландором в этом районе меня не связывали, поэтому на него выйти не могли. Меняла, немного подумав, назвал ювелира, к которому можно обратиться и я за сорок минут его нашел, показал кольцо, узнал цену, получил предложение о немедленной продаже и вернулся к лавочнику. У него я подтвердил согласие на посреднические услуги и без затей оставил ему драгоценность, пообещав вернуться вечером. Еще я ему пообещал мученическую смерть за попытку обмана, но сразу извинился, дескать положение обязывает предупредить о последствиях, вещь выдана дорогая, доверия пока сильного нет. К моему удивлению, меняла абсолютно спокойно воспринял угрозы, отнесясь к ним всерьез.

   Казалось бы, не стоит рисковать ресурсами, доверяя торгашу, но я не имел особого выбора. Тратить час работы карты перевода на встречу с менялой, где он назначит встречу с покупателем, затем еще час на саму сделку было непозволительной роскошью. А использовать Аландора в качестве переводчика, если отложить продажу кольца на более поздний срок - опасно, пацан достаточно уязвим, хоть и может использовать разнообразные карты. Однако, все прошло спокойно, вечером того же дня забрал деньги у менялы и совершил еще несколько дел по пути. Сэкономил время.

   Однако, редкие, драгоценные камни все равно привлекли ко мне внимание. Вчера я проходил мимо салона ювелира, где делал дополнительную оценку стоимости проданного кольца и меня перехватила пара наглых типов. Одеты они были в какую-то смесь из шаровар и маек с жилетками, смотрелись непривычно в этом городе. Я иногда видел такие наряды и думал, что это иностранцы, часто приезжающие в Арлион.

   - Отойдем, поговорим, - произнес один из них, что пониже и с длинными свисающими усами.

   Первым моим порывом было, не останавливаясь, сломать ему голень и пойти дальше. Не понравились их наглые рожи и смелость, с которой они начали диалог с грозным мной. Я бы так и сделал, но меня остановили свидетели, которые шли мимо по своим делам, а потом уже понял, что надо бы сначала выяснить, кто это такие и что им нужно. Было очевидно, что люди ждали именно меня и вероятнее всего причина была в кольце, не просто же так они нашли чужестранца возле точки работы ювелира.

   Я молча мотнул головой в ближайший проход с широкой улицы, образованный двумя соседними зданиями, и первым направился туда. Зайдя в тень, ускорил шаг, чтобы незнакомцы не напали сзади, если решатся. Углубившись на десяток метров, развернулся к ним. Типы остановились на расстоянии вытянутой руки, что было их ошибкой, моя реакция позволит сделать с ними все, что угодно, прежде чем они начнут осознавать происходящее.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

   - Скажи-ка, откуда ты такой красивый нарисовался, не видели мы здесь таких раньше, - начал усатый.

   Его товарищ был поздоровее и совсем лысый, даже белесые брови едва видны над глазами. Я имел очень смутные понятия, как надо разговаривать с гопниками, членами банд и прочим криминалом. Но знал элементарную вещь - их законы базируются на силе, если можешь, то трактуешь любые традиции или договоренность так, как тебе удобно, даже нагло нарушая их. В принципе, такие личности вели себя точно также, как государство, когда законы обязательны для выполнения всеми остальными, но не теми, кто их принимает или заставляет следовать им. Поэтому я только что установил свои правила в общении и эти двое будут им следовать: