Остров притяжения (СИ) - Шмик Александра Сергеевна - Страница 160

     Саша молчала. Она и не хотела ничего говорить. Она ждала откровения и оно было там, за холмом. Поднявшись наверх Лизавета и Саша вышли на плато поросшее мелким кустарником и такими же редкими пучками травы. Впереди, перед женщиной и её спутницей, метрах в двадцати от них стояли две девушки поразительно похожие на Сашу. В глазах девушек…

      ***

     Поль сел и внимательно посмотрел на Стива.

     – Ну ты как?

     – Да всё в норме, – Стив завёл машину и включил передачу. – Ты мне расскажешь про Сашу? Всё что знаешь сам, с самого начала? Если я много прошу, скажи, я пойму хоть и нелегко это будет.

     – Я тебе расскажу всё, что знаю. Настало время. Таить от тебя умысла нет. Но знай. Тебе идти до конца, а значит, всё прожитое станет твоей памятью, а всё новое, бесконечной чередой жизни. Ты готов? Ты принял решение?

     Поль видел, как Стив ухватился руками за руль.

     – Да. Я принял решение. Если честно, я давно, совсем давно, как только увидел Сашу, знал, что готов идти за ней до конца. И даже больше, за горизонт, – добавил Стив.

     Поль вздохнул. – Тогда слушай. История эта не простая, не постижимая человеку, удивительная. В пустоте, что по сути своей не имеет ни пространства, ни времени, казалось бы вопреки всему, была порождена некая сущность, состоящая из трёх начал: воли, стремлений и знания. Она и была Первой душой. Это она, благодаря своей способности излучать некую чудесную музыку, дала пустоте энергии превратив её в пространство. Вслед за этим действом Первая создала все те души, что населяют её миры. А другие Первые стали появляться позже. Их не много, и я не скажу тебе сколько точно. Вот так и получилось, что когда-то, от самого начала, которое отсюда и не рассмотреть, была только Саша. Только она одна. Она и является Создателем. Творцом всего, что ты наблюдаешь. Творцом всей вселенной. Остальные первые, как и Саша, абсолютны, а значит равны ей. Но она единственная среди Первых, кто создаёт миры, и даёт душам возможность реализовывать свои энергии благодаря материальным телам. Каждый человек, это в первую очередь душа, а тело лишь инструмент реализаций, – пояснил Поль видя непонимание в глазах друга. – Таково её призвание. Твоя планета, одно из её созданий, и самое ей полюбившееся. Здесь она воплощает свои фантазии, рисунки, образы. Как художник. Создаёт и наслаждается. Вы можете называть это цивилизациями. Почему бы и нет. Сейчас, на твоих глазах одна из цивилизаций стремиться к концу. Так хотят сами люди её населяющие. Парадокс в том, что они всячески сопротивляются этому, но ничего поделать не могут. Им не остановить приближающийся огонь уничтожения. Саша понимает неотвратимость финала, видит неминуемое и не мешает тому стать. Уж такова её заповедь: не вмешиваться в течение жизни. Она даёт этой цивилизации погибнуть. Но у неё есть право вырвать из лап времени ужасные последствия. Таким образом она избавит гибнущий мир от созерцания своей смерти, оставив ему лишь сожаление за содеянное и память боли. Таково её великодушие и сострадание. А затем она поспешит открыть дверь новому миру, который предстанет перед ней безмятежным и девственным. Войдя в новый мир, Саша начнёт осуществлять свои стремления, свою волю и свои желания. Я убеждён, новый созданный ею мир будет удивительно иным. Я предвкушаю тысячелетия наслаждений как эстетических и чувственных, так и познавательных. Но здесь, среди людей, Саша не одна. Её сопровождают Охранители. Первые души. В процессе странствований по пространству ей встречаются души, в которых она ощущает созвучие, схожесть мелодичности и единые тональности. Почувствовав такую душу она тянется к ней, ищет взаимности, и находя её, предлагает союз. Это великая гармония взаимного стремления делиться счастьем возможностей, и получать в ответ равные, и что важнее, сокровенные чаяния. Ты один из немногих в ком Саша услышала отклик. Она тянется к тебе. И на твоё согласие ответит благодарностью сопоставимой лишь только с неизмеримостью пространства. Так и появляются Первые. Так и ты станешь одним из них, из немногих. Но во всём этом есть ещё одно её желание. Идея фикс. Нечто, что должно венчать её замысел. Я говорю о драконе. Он ей необходим как часть её самой. Сложно. Понимаю, – Поль глянул на друга, – но стоит набраться терпения и тебе многое откроется.

     Поль закончил говорить. Молчал и Стив. Он пребывал в состоянии не сравнимом ни с каким другим из тех в которых ему доводилось бывать. Будто сидел он в лодке, свободно плывущей по спокойной воде реки.

     – У меня не укладывается в голове, – Стив поводил головой из стороны в сторону. – Ты рассказал мне о целой вселенной.

     Поль засмеялся. – Вселенная, это малая, бесконечно малая часть пространства. Одна из многих созданных Сашей. Этой вселенной она одарила пространство красотой.

     – Это невероятно. Мне потребуется не одна жизнь чтобы всё осмыслить.

     – У тебя это будет. Гораздо больше. Потому как дальше для тебя нет времени.

     – А Саша? Она, получается, бессмертная?

     – Дружище! – Поль похлопал Стива по плечу. – Забудь думать о смерти. Её и здесь нет.

     Стив непонимающе глянул на Поля.

     – Я тебе потом расскажу. А сейчас я хочу спать. – Поль перелез на заднее сидение, лёг во всю его ширину, и накрылся курткой.

     Стив вёл машину. Дорога была ровной. Иногда проваливаясь, ломая наст, машина урчала чуть громче, выбираясь из пробоины. Держа направление строго на север парень, изредка поглядывая на компас, думал о новом, о том, что открылось ему, о том, что началось когда он подобрал девушку в бескрайнем снежном поле борющуюся с глубоким рыхлым снегом. Эта встреча перевернула всю его жизнь. Тогда он ещё этого не знал.

     Стив вздохнул. Больше он не увидит родного города. Не увидит маму. Не сядет на кухне за стол уставленный чем-нибудь, как и всегда вкусным, что мама приготовила ему. Не будет есть ощущая мамин любящий, заботливый взгляд. Всё это в прошлом. Да и весь мир. Его практически не осталось. Какие-то последние километры и время совершит кувырок осознать масштабность и значимость которого он сейчас не способен. А впереди всё. Впереди неизмеримость времени и начало чего-то настолько нового, что попытки осознать это приводили к головокружению. Сознание отказывалось воспринимать эти новые горизонты. Сознание ломалось пытаясь создать образы нового. Что будет дальше? Вся грандиозность невероятных перспектив, и все попытки поставить себя, свою фигуру на некую карту пространства без времени, приводили к одному вопросу: что будет дальше? На душе у Стива не было тяжести. Там были вопросы и пока необъяснимое ликование. Но вопросы требовали ответов.