Заговор в Империи (СИ) - Лямина Софья Ивановна - Страница 44

— Сейчас вы так не считаете? — вопросил хмурый Грейсток, взглянув на откинувшегося на спинку кресла Ланфорда, который слушал, прикрыв глаза. Едва ли так утомился, скорее, давно все понял и сейчас анализировал, какими проблемами это может грозить.

— Пора посмотреть правде в глаза, — покачала я головой, кинув задумчивый взгляд в то окно маленького углового кабинета одного из первых лиц империи, что выходило на часть дворцовой стены и сад. — Как бы сильно я не хотела иначе видеть эту ситуацию, но реальности это не изменит. Вы имеете дело с ведьмой достаточно сильно и отчаянной, чтобы не только вас уничтожить, но и себя откатом изжить. Порча убивает, господа, иногда быстро, иногда медленно, но всегда гарантированно по ходу дела уничтожив не только объект наложения, но и того, кто накладывает. Не всегда это смерть физическая, но всегда духовная. Ведьма, что колдует против вас, готова убивать и умирать. Самое худшее из сочетаний. Впрочем, над этим я еще подумаю… о чем шла речь?

— О порче. — подсказал растерянный Дерг.

— Ах да, порча. — вскинулась я, прогоняя прочь тяжелые мысли.

Поскольку если дело мы имеем с ведьмой, то на помощь магов здесь рассчитывать сильно не приходится. Не готова империя к атаке ведьм и, как показала практика, защита нужна иного порядка. Нечто такое, что не пропустит угрозу в сердце государства, как случилось то сегодня, когда я ненароком забрела в тот карман. Несчастная ведьма была не в себе, ограниченная в силе и прикованная к стене, но все же взломала, интуитивно взломала, местную защиту и провела меня без лишних усилий. Даже представить страшно, что может сделать ведьма полная сил и жажды разрушения. Или уже сделала?…

Теперь едва ли узнаем до следующего ее шага.

— Порча была наложена на источник с водой, — продолжила я. — из которого пили все ваши маги. Нужно искать его и либо уничтожать, либо очищать.

— Считаете, это может быть речка или ключ? — вскинулся Грейсток.

— Нет, иначе бы пострадало и местное население. — покачал головой Ланфорд. — Здесь речь идет скорее об индивидуальном источнике, установленном либо нашими магами, либо для них.

— Согласна. — кивнула я. — По-хорошему бы отправить меня или Игната для анализирования на место.

— Игнат сможет обнаружить источник проблемы? — озадаченно вопросил Дерг.

— Он много лет работает в паре с ведьмами, — отозвалась я. — знает нас не хуже, чем я или любая другая ведьма, а особенности колдовства, быть может, даже лучше. Теперь, когда мы знаем что и где искать, он без проблем найдет и изничтожит.

Дерг задумчиво кивнул и, распахнув дверь кабинета, направился прочь, спеша увидеться с очнувшимися коллегами. Да, загадочна и непредсказуема душа магов. Особенно имперских. Я вот и подумать не могла, что эта ситуация волнует его так сильно. Предполагала, что как вовлеченный в их деятельность человек, он волнуется чуть сильнее, но…

Впрочем, нужно радоваться. Значит, не все потерянно для его души.

— Я хотела поговорить с вами. — произнесла я, взглянув на Ланфорда, который вовсе не казался удивленным.

Подняв на меня черные, как уголь, глаза, он некоторое время вглядывался в мое лицо, после чего, кивнув, поднялся на ноги.

Черные глаза у магов-стихийников — это первый вестник бури. Они первые чувствуют природные катаклизмы и реагируют на них даже не в силу характера, но в силу самой своей природы, ядра свое сути. В них отзывается нечто иное, что, как и у ведьм, не поддается изучению.

Точнее, поддаётся, безусловно, поддается. Вот только никто не хочет давать это изучать. Это таинство, упрямо охраняемое и надежно оберегаемое ото всех и вся. То, что делает их такими. И если у ведьм кто-то и в самом деле пытался это изучать, пусть и против нашей воли, то к стихийникам даже не приближались. Ненароком вызовут их недовольство, а там и землетрясения жди. Надо кому счастье такое? Ну и, конечно, дело в том, то маги своих не трогают.

— Ладно, пойду я. — хмыкнул Грейсток, одним махом опустошив бокал, после чего, явив явное сходство со своим отцом, кинул на нас веселый, выразительный взгляд.

Выражал он, как ни странно, нечто иное, чем фривольные намеки, взявшиеся на пустом месте охмеленным мозгом. Было там некоторое сочувствие и твердая решимость, казалось бы, вовсе не свойственная ситуации. Словно наследник империи знал то, что не могла знать я. Взгляд этот мне не понравился, было в нем что-то неприятное, пугающее.

— Вам не обязательно покидать нас при этом разговоре, — произнесла я то, что должна была сказать приличия ради.

В целом правда, конечно, задавать свои вопросы я могла не только главе службе безопасности, но и сыну императора, вот только не хотела этого делать. Мужчины редко бывают прозрачны и честны не при частном разговоре. Особенно, когда речь идет о наследнике государства.

— Обязательно, — покачал головой Ланфорд, взглянув на часы на своем запястье.

— К тому же, — усмехнулся маг, словно не обидевшись на замечание брата. — моя невеста ждет меня уже целый день, а вам, дамам, нужно уделять много внимания, особенно перед свадьбой, дабы минимизировать риск побега. Так что, развлекайтесь.

После чего, подмигнув мне вовсе не по статусу, Грейсток демонстративно вскинул руку, щелкнул пальцами и исчез в образовавшейся воронке из искр и света. И все же крайне любопытно, каким видом магии обладает местная правящая семья? В отношении Ланфорда все кажется предельно простым, там явно яростная смесь из некромантии, наблюдаемая у его отца, и стихийной магии. Крайне подрывное сочетание, нужно признать.

— У меня вопрос, касающийся…

— Я знаю. — перебив меня, произнёс Ланфорд, обернувшись себе за спину и критично взглянув сквозь окно на черное варево неба, где не было видно ни луны, ни звезд из-за черных, грозовых туч, надвигающихся на дворец. — И вы не поверите ни единому моему слову, сказанному вам со всей возможной честностью и без какого-либо стремления заставить вас видеть ситуацию моими глазами. Вы воспитаны на догмах своих преподавателей, в вас любовно и заботливо взращена неколебимая вера в священную благородность ведьм, а потому, госпожа Залесская, я прошу вас о часе.

— Часе? — недоуменно вопросила я, взглянув на замершего передо мной мага, чьи глаза действительно заволокла черная пелена, лишний раз подтверждающая тот факт, что маг стихийник.

Гроза, похоже, предстояла крайне сильная.

— Вашего времени, — уточнил маг, поправив запонку на рукаве. — лишь потому, что хочу вам показать, а не рассказать все то, до чего вы уже наверняка додумались сами. Что скажете?

Я замолчала, вглядываясь в лицо Ланфорда со смесью эмоций, редко меня посещавших. Были среди них недоверие, крайняя степень сомнения в чужой адекватности и, пожалуй, некий азарт от предстоящих приключений. Ведь едва ли маг хотел сопроводить меня до архивов, где в бумажной форме была задокументирована та ситуация.

— Хорошо, — кивнула я, вкладывая руку в пригласительном жесте протянутую ладонь мага, уже создававшего портал в свете мелькнувшем над городом разряде длинной, ослепляющей молнии.

Или то была часть портала, прогремевшего посреди кабинета с такой силой, что, казалось, вслед за нашим исчезновением обрушились стены?

Я ожидала, что портал раскроется посреди города, где-то на площади, прямиком под статуей какого-то местного полководца, чья лошадь в прыжке пролетает над головой поверженного врага. Не знаю почему, но казалось, что мы окажемся посреди толпы, кому не посчастливилось остаться в столь поздний час вне дома, спешащей скрыться прочь от надвигающейся стихии.

К собственному удивлению, портал выкинул нас посреди темного пространства, сначала показавшегося мне и вовсе черной пустотой. На секунду я испугалась, подумав, что Ланфорд закинул нас прямиком в Бездну или, чего недоброго, в вакуум бесконечности, выбраться из которого значительно сложнее, чем попасть. Я уже хотела обернуться к нему, продолжающему сжимать мою руку, и возмутиться происходящим, как вдруг над головой прогремел раскат грома, заставивший слегка вздрогнуть.