Тайна Ольги Чеховой - Воронель Нина Абрамовна - Страница 44

Этот гимн в Берлине звучал семь лет назад, пока националисты еще не расправились с вождями социал-демократов Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург. А теперь он исполнялся в вокзальном зале, украшенном государственными флагами СССР и Третьего рейха.

После торжественного приема почетных гостей отвезли на роскошных «мерседесах» в отведенную им резиденцию в замке Бельвю. После сытного завтрака и небольшого отдыха их на тех же «мерседесах» доставили в рейхсканцелярию фюрера на Вильгельмштрассе, которая размещалась в бывшем замке князя Антони Радзивилла. На пути их встречали статные эсэсовские офицеры в туго подпоясанных черных мундирах, отдавая честь гитлеровским приветствием. Наконец дипломаты достигли приемной фюрера — встреча с ним была срежиссирована с той театральностью, на которую были способны только нацисты. Два стройных белокурых офицера СС слаженным движением распахнули высокие сводчатые двери, и перед гостями открылся голубой простор ковра, на котором стояла маленькая по сравнению с размером зала фигурка Гитлера в привычном сером кителе с орденом Железного креста на шее.

Советская делегация не смогла добиться желаемых результатов во время встречи с фюрером, по сути он не дал ни одного четкого ответа на заданные вопросы. Особенно поразительным было его объяснение факта скопления немецких войск в Финляндии. Гитлер заявил, что солдаты там находятся по дороге в Норвегию; хотя та, как известно, расположена между Германией и Финляндией. Но никто из советской делегации не посмел указать фюреру на это несоответствие, потому что Сталин строго наказал не раздражать Гитлера, чтобы его не спровоцировать на объявление войны СССР.

Оленька

В честь торжественного подписания пакта о ненападении между СССР и Германией нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов устроил прием для высшего эшелона дипломатического и военного корпусов Германии. В мраморном зале советского посольства был накрыл банкет на 00 человек, а на белых накрахмаленных скатертях среди ваз с красными гвоздиками расставлены фарфоровые тарелки и столовое серебро, конфискованные у российского посольства после революции. Был приглашен весь цвет нацистской верхушки. Хотя сам фюрер не пришел, зато присутствовали Рудольф Гесс, фон Риббентроп, а королем бала стал рейхсмаршал Герман Геринг, который явился в небесно-синем обшитым серебром мундире, поражая окружающих роскошными перстнями на всех пальцах обеих рук.

Праздник был в самом разгаре, официанты в белых фраках разносили подносы с бокалами вина, нарядные платья дам красиво оттеняли преобладавшие черные мундиры присутствующих мужчин. Королевой бала была Ольга Чехова — министерство иностранных Германии дел решило порадовать русских союзников встречей с родственницей и однофамилицей великого Антона Чехова. Оленька умело скользила среди гостей, зная, кого приветствовать по-русски, кого — по-немецки. Вдруг кто-то приобнял ее сзади. Заметив белый рукав, она в гневе обернулась и увидела смеющиеся глаза любимого брата. Предупреждая ее реакцию, он приложил палец к губам, поставил поднос с бокалами на ближайший стол и направился к выходу на террасу. Оленька последовала за ним — они не виделись и не переписывались больше трех лет, и она толком не знала, как живут ее близкие в СССР и живы ли они вообще. По Берлину ходили смутные слухи о страшных исчезновениях известных людей, а уж тем более неизвестных. А совсем недавно пропал Оленькин куратор Курт Вернер, и было неясно, кого назначили на его место. Да и назначили ли? Может быть, эту должность вообще устранили?

На террасе было сумеречно — ее освещал только свет, падавший из окон, похожий на вырезанные из бумаги кружевные салфетки из-за наклеенных на стекла бумажных полосок для защиты от бомбежек. Кроме Лёвы и Оленьки, здесь не было никого — гости Молотова не спешили покинуть банкетный зал, где щедро угощали икрой и шампанским. Лёва усадил Оленьку в одно из пустовавших кресел и предусмотрительно набросил ей на плечи свой белый фрак.

— Ну как ты, сестричка? Я вижу, процветаешь!

— Как ни удивительно, процветаю! Представь, мне все еще предлагают главные роли.

— Неудивительно, что предлагают — я видел несколько твоих фильмов и потрясен твоей игрой. Но первым делом хочу тебе кое-что передать. Дай мне свою сумочку.

И Лёва ловко вбросил в нее маленький предмет.

— Что это?

— Новый прибор для звукозаписи — компактный и высококачественный. А старый можешь хранить как музейный экспонат.

— А как им пользоваться?

— После приема поедем к тебе, и я все объясню. А пока расскажи мне о себе.

— Да не стоит обо мне, давай лучше о тебе! И о наших Книпперах. Как они там?

— Не буду скрывать — дела идут куда как плохо. Ведь мы немцы. А есть пакт или нет, в России немцы всегда враги. Тем более очень скоро станет еще хуже.

— Господи, почему?

— Потому что скоро будет война.

— Но война уже идет!

— Я имею в виду войну Германии с Россией! И тогда русские немцы из неявных врагов станут явными. И благополучие нашей семьи будет висеть на волоске. А волосок этот мы с тобой.

— Не понимаю — при чем тут я?

— Я не знаю замыслов нашей власти, но предполагаю, что у руководства есть дальний прицел в первую очередь на тебя, а потом и на меня, в частности, потому, что мы немцы. Они-то знают наверняка, будет ли война русских с немцами или нет.

— Мне страшно, Лёва! Поговорим о чем-нибудь другом. Ты знаешь, что я давно развелась с Марселем?

— Я не знал точно, но предполагал такой исход.

— Нет, ты не представляешь, как он надо мной издевался. Понимаешь, денежные отношения между Германией и Бельгией запутаны, и при провозе валюты через границу приходится проходить через страшную бюрократическую процедуру. И мы решили, что в Бельгии мы тратим его деньги, а в Германии мои, но так как большую часть времени мы проводили в Берлине, мы, по сути, жили только на мои средства. Так что в конце концов мои деньги кончились, и он сказал, что нам лучше развестись из-за расхождения взглядов. И я почувствовала облегчение.

Лёва вздохнул:

— Знаешь, я тоже развелся с женой.

— Почему? Мне казалось, что ты счастлив в семейной жизни!

— Это тебе казалось издали. А вблизи мне стало с ней скучно, и я начал убегать в горы. Я так бы и поселился среди скал и снегов, если бы не встретил удивительную женщину, с которой никогда не бывает скучно. Я очень хочу тебя с ней познакомить, ее зовут Мария. Может, это еще получится!

— Как это может получиться? Где я могу ее встретить? Я к вам туда ни за что не поеду, чтобы там исчезнуть!

— Ты — туда? Ни в коем случае, чтобы ты — туда! Но ее вполне могут прислать сюда! Она родилась и росла в семье агентов, ее родители много лет провели в Китае, и девочка им помогала. Потом она работала в разных странах вместе с засекреченным оперативником советской разведки, а когда он исчез, как исчезают все, ее пощадили и прикрепили ко мне, из чего я понял, что у них на меня особые планы. А я в нее влюбился, соблазнил, мы поженились, и теперь она работает на меня!

— Я скорей могу поверить, что ты работаешь на нее!

— Какая разница? Если бы ты знала, какое задание мы сейчас выполняли! Меня сюда выдернули из Польши, там мы с Марией выявили целую сеть немецких агентов-нелегалов, очень ловко сплетенную!

Оленька неожиданно разрыдалась:

— Мне страшно, Лёва! Что с нами будет? Они плетут сеть, мы плетем сеть, весь мир опутан сетями, в которых хорошие люди исчезают без следа. И мы с тобой исчезнем тоже!

— Не плачь, побереги свои прекрасные глазки! Я должен тебя утешить, не все исчезают — твоего Курта вернули на прежнее место.

— Значит, оттуда возвращаются?

— Редко. Ему просто повезло. Сменили начальника службы безопасности.

— И он тоже исчез?