Новый мир. Трансформация (СИ) - Урусова Анна - Страница 25

— Откуда вы вызвали этого демона?

— Не вызывали мы его! Женевьева просто использовала мощный образ увеличения!

И тут до меня дошло.

— Хлодвиге, пока ещё есть немного магии, лети за Доменике! Скажи ему, что это чудовище нужно атаковать огнём! И не стремиться сжечь, а пытаться высушить!

— Хорошо!

Бенанданти улетел, а я аккуратно опустилась на землю сбоку от тихоходки. Магии осталось совсем чуть, как следует высушить водяного медведя я не смогу. Поэтому я наберу камней и, если тихоходка захочет сожрать кого-то из ящеров, шмелей или слугу, упавшего в обморок вместо того, чтобы сбежать, буду отвлекать беспозвоночное, швыряя в него камнями.

Но как же нам должно было не повезти, чтобы ветер пронёс тихоходку именно тогда, когда Женевьева задействовала образ увеличения. И не просто пронёс, но ещё и закинул беспозвоночное в центр образа! Я думала, будут какие-то бактерии, возможно, споры или вирусы. Но водяной медведь?!

Тем временем, тихоходка семенила вдоль палаток, не обращая внимания ни на что вокруг. Интересно, она идёт просто потому, что может? Или у неё есть какая-то цель? И чем, во имя Дарвина, они питаются?!

— Уходи!

Повелительный возглас Доменике был, пожалуй, самым лучшим, что я слышала за последние минуты. Отскочив к своей палатке, я с удовольствием наблюдала, как жидкость, выходящая из тела тихоходки, превращается в пар. Мне казалось, что мумификация тихоходки длилась безумно долго, хотя умом я понимала, что прошло не более пары минут. Наконец иссушенное тело упало на землю, и рядом со мной приземлился разъярённый Доменике.

— И что это было такое?! Где вы взяли это чудовище?!

Хорошо, что сейчас почти ночь, и Доменике не станет тратить свои таинственные запасы энергии на поджаривание одной несчастной меня.

— Благородный Орсеолли, я тоже виновата. Возможно, я даже больше виновата, чем Вела. — Женевьева храбро вышла из-за спин вернувшихся с Доменике аристократов, встала рядом со мной. — Возможно, я неверно использовала образ увеличения, и из магии родилось это чудовище.

И тут я расхохоталась. Наверное, сказалось нервное напряжение последних десяти минут. Доменике и Женевьева одинаково удивлённо посмотрели на меня. Ну точно, решили, что расплата в виде сумасшествия всё-таки настигла бешеную землянку.

— Это не чудовище. Это тихоходка. — Ценой невероятных усилий я всё-таки сдержала рвущийся наружу смех. — Они обычно очень маленькие и есть практически везде, где есть вода. Эту, наверное, нёс куда-то ветер, а тут мы со своим образом увеличения.

На большее моего самоконтроля не хватило и я снова принялась хохотать. Кому бы рассказать: толпа почти всемогущих магов сбежала от мааленького водяного медведя! И так ли уж важно, что этот самый водяной медведь стараниями двух «великих волшебниц» сравнялся по размерам с настоящим?

— С-ветта-лана! Немедленно перестань смеяться и объясни по-нормальному, что произошло!

Чтобы я наконец-то успокоилась, понадобилось ещё несколько минут и кружка воды, вылитая мне на голову Хлодвиге. Только тогда я смогла понятно объяснить Доменике, откуда взялась тихоходка.

— Так. Тварь сохранить, тщательно укутать в какую-нибудь ткань и хранить в прохладе. Всем идти спать. Чувствую, это последняя наша спокойная ночь.

Выслушав меня, Доменике отдал несколько приказов и, забыв о наказании для меня и Женевьевы, удалился в свою палатку.

Первая Трансформация

— Я долго думал, и решил, что у тебя слишком много свободного времени. — Доменике, зачем-то заявившийся рано утром в мою палатку, был сама вежливость: подождал, пока я судорожно натяну на себя тунику и штаны, принёс с собой завтрак на двоих и даже участливо поинтересовался, всё ли хорошо с Шивой. Так что вместо того, чтобы с удовольствием завтракать, я жевала, не обращая внимания на вкус, и старалась угадать, что в голове у Доменике.

— Почему?

— Потому что твой прогресс в магии движется, как гепард. Хотел бы я знать, с чем это связано. — Доменике на пару мгновений выпал из реальности, и я поняла, что бенанданти не в первый раз задумывается о том, почему я так отличаюсь от жителей этого мира. — Так что ты вполне можешь принять командование над первой когортой ящеров. И отправиться отбивать переправу и Виадотте, деревню возле переправы. Можешь взять с собой пару бенанданти.

— И Канделиуса. Но почему я?

— Вчера мы потеряли слишком много воинов. Чтобы эта победа не стала пирровой[1], нужно побыстрее захватить Виадотте, тогда по реке к нам смогут быстро сплавиться подкрепления. Но мне пока нужно оставаться здесь — заблокировать транзиттоло, разместить на всякий случай хоть небольшой гарнизон. Я собирался послать на это задание Хлодвиге, но ящеры отказываются повиноваться ему. Тогда я предложил им твою кандидатуру. Ящеры были не очень довольны, но согласились.

Смешок я скрыла за кашлем. Папа бы обхохотался: полководец настолько опасается своих собственных солдат, что назначает им командиров, на которых они согласны. Какая прелесть.

— Тогда мне нужно знать чуть больше о ящерах. Хотя бы на что примерно они способны в бою, и как с ними вообще разговаривать.

— Они неподвластны магии. Точнее, их можно поджарить огнём, ударить молнией, но от прямого воздействия энергии они чем-то защищены. Поэтому я и набирал армию из них. Сражаются они когтями, у некоторых, кажется, это военные вожди, есть ножи. И чешуя у них прочная, так просто не пробьёшь. Разговаривать с ними будешь через Канделиуса, он переведёт тебе их ответы. Человеческую речь ящеры прекрасно понимают.

— Понятно. Расскажи тогда про деревню и переправу, и во сколько мы выходим?

Через два часа я уже восседала на поркавалло, возглавляя тысячу ящеров, целеустремлённо бегущих к несчастному Виадотте. Брать с собой других бенанданти я не стала: доверяла я только Нуово, и не хотела разочаровываться, если они решат обеспечить сохранение секретности поголовной резнёй. Канделиуса я попросила слетать вперёд, на разведку, а сама сидела и упорно думала, не замечая проносящегося мимо леса.

Согласно карте лес заканчивается в пятистах каветте[2] от широкой и быстрой реки Чешуйки. Дальше идут вспаханные поля, река, широкий и крепкий мост и — за мостом — сама деревня. В деревне десять больших хозяйств, в каждом из которых проживают не меньше двухсот человек, и пять или шесть маленьких — на одну семью. По мнению Доменике силы равны, мы даже слегка превосходим население Виадотте — сильные и знающие бенанданти не занимаются выращиванием пищи. В этом свете моя задача — сохранить мост целым и как можно быстрее подавить сопротивление в деревне, отдельно позаботившись о том, чтобы никто из жителей деревни не успел сбежать — выглядит простой. Вот только представления Доменике о ситуации в Виадотте и реальность вполне могут не совпасть так же фатально, как не совпали в Гранталловой Долине.

Как и рассчитывал Доменике, мы вышли к мосту уже в сумерках. Деревня выглядела заброшенной и безлюдной, но я видела, что это не так: над крышами вился дымок, некоторые окна неярко светились. Наверное, все сельскохозяйственные работы заканчиваются задолго до наступления темноты, а оставшееся время местные жители посвящают домашним делам.

Мой поркавалло стоял, как влитой, на первой перекладине моста, дожидаясь моих приказов. Позади меня замерли ящеры, построившиеся в какой-то странный боевой порядок: десять колонн, по сто воинов в каждой. Сначала я не понимала, как они собираются переходить мост, но потом сообразила: они хотят форсировать реку вплавь. Не самая плохая идея, на самом деле: на том берегу нас не ждут люди с луками и арбалетами, а времени такая переправа сэкономит прилично.

Канделиус сидел на шее поркавалло, спиной ко мне. И это была самая неодобрительная кошачья спина, которую я когда-либо видела. Да, Канделиус, мне тоже не нравится то, что мы делаем. Но я не вижу другого варианта спасти магию, так сильно связанную с Солнцем, а, лишившись магии, терринцы вымрут за одно поколение. И никакие мои знания тут не помогут.