Варнак. Северный путь (СИ) - Зимин Николай - Страница 48

— Бывай, наставница.

Салон остался позади. Первая профессия освоена. Пора возвращаться в заброшенный замок и поискать Три Кургана. Я уже достаточно времени провел в городе. Душа хотела движения и жаждала приключений.

Портал поглотил меня, как трясина неосторожного травника. Я возник в башне, в верхней комнате. К счастью, никто не покусился на полуразрушенное строение. Никаких следов игроков или монстров. Я вызвал Алиску, что уже застоялась на отдыхе и виверна, лизнув меня в щеку, упорхнула в небеса, расправляя затекшие крылья.

Миновал подвал, прислушался, уловил знакомые выкрики и хохот, но решил не соваться внутрь. Нужно было разведать окрестности. Может быть получится подружиться с местными кочевниками и выведать где тут и что находится? Или карту купить, если они с письменностью в ладах.

Вокруг замка цвели скудные травы, пели птицы, скрипела Алиска над головой, журчали ручьи и стрекотали насекомые. Суровая и не слишком разнообразная природа все-таки жила. Метрах в ста от замка лежала на боку туша мохнатого носорога. Заинтересовавшись, я направился к нему. Не успел преодолеть и половину расстояния, как сверху зашипела Алиска, а из-за туши вышел недовольный саблезубый тигр.

— Все понял, — поспешил я отступить, — ухожу. Приятного аппетита.

Полосатый гигант был в два раза меньше носорога, но в пять раз массивнее меня. Клыки с локоть длиной испачканы кровью, мощные лапы бугрились канатами мышц, а хвост раздраженно хлестал по вздымающимся полосатым бокам.

— Уже ухожу, — заверил я, отступая еще. — Ты кушай, тигра, кушай.

Тигр глухо зарычал, но атаковать не стал. Удовлетворившись тем, что жалкий двуногий не претендует на мясцо, он облизнул окровавленную пасть и вернулся к трапезе, терзая тушу и мерно взрыкивая от удовольствия.

— Ф-фух… — Я поспешно вернулся к замку. — Тут не сильно разгуляешься.

Пришлось идти в другую сторону. Я заметил вдалеке холм или невысокую гору и после минутных колебаний двинулся в ту сторону. По мере приближения холм разросся и оказался практически неприступным плато, горбом порвавшим мхи. Будто гриб выдавили из-под земли. С полкилометра в диаметре, прикинул я, слоняясь вдоль покатых стен и вслушиваясь в какое-то чириканье наверху.

— Алиска!

Виверна взмыла с петлей в лапах, я пропускал сквозь пальцы веревку и ждал. Наконец, сверху высунулась голова питомца, я дернул веревку, убедился, что выдержит и пополз наверх. Пару раз я соскальзывал, но смог-таки преодолеть подъем и тяжело перевалился через край.

— Это оазис местный, что ли? — изумленно оглядывался я. — Что-то намудрили с этой тундрой. Откуда это все?

На всем плато редко, на приличном расстоянии друг от друга, высились корявые перекрученные стволы деревьев. Мхи перемежались островками травы, виднелись ягодные кустики и пара муравейников.

— Алиска, видишь птицу?

Виверна с подозрением уставилась на уродливое подобие мелкого птеродактиля, следящего за нами с ближайшего дерева.

— Врежь ему!

Виверна скосила глаз на меня.

— Давай, попробуй уже. Он тощий, так что справишься. Хоть посмотрю не зря ли ты мой опыт ешь.

Виверна подобралась и с силой прыгнула вперед, ударив крыльями и подняв пыль. Птеродактиля снесло с ветки, он успел только открыть длинный клюв, утыканный кривыми зубами и заорать, как виверна ловко схватила пастью бородавчатую шею. Передние лапы вцепились в клюв, Алиска дернула головой, птеродактиль поперхнулся и рухнул в траву. Виверна красиво извернулась над самой землей и набрала высоту.

— И что тут у нас? — Я подтолкнул тушку носком ботинка. — Ага.

Выпала скляночка с кровью. Ремесленный ингредиент алхимиков. И составная часть для чернил, как мне любезно подсказала система. Ремесло-то я уже освоил, вот реагенты и стали распознаваться. Использовать только не смогу — качать и качать татуирование до такой кровушки.

— Вот оно что, — протянул я. — То-то все эти жидкости так быстро разбирают.

С самых начальных локаций кровь, желчь и тому подобное падали почти с каждого моба. Я все это отправлял на рынок, не особо задумываясь над использованием. А теперь, имея в багаже первую профессию, я смотрел на склянку в раздумьях. Добавить сажи или глины — вот тебе и чернила. Ну или не глины. Рецепты на краску я так и не купил. Брал готовую с аукциона. А тут ведь можно самому изготавливать…

— Алиска! Фас! — Я повел рукой по таким же уродцам, облепившим деревья. — Боевое крещение.

Весь день, пораженный внезапным приступом хомячества, я натравливал виверну на птеродактилей. Инвентарь давился склянками, а я собирал и собирал трофеи. С одного птеродактиля упало перо. Я долго изучал следующего чешуйчатого уродца на ближайшем дереве, но кроме кожистых крыльев, жуткого гребня из набухшей венами кожи, никаких перьев не разглядел. Пожал плечами и мы продолжили избиение.

Глава 11

На третий день, когда я вновь собрался на плато, а потом в город, чтобы купить алхимическую печь, рецепты и выучить алхимию, ко мне пожаловали гости. И самое время, потому что я постепенно стал превращаться в крафтера, позабыв и о благородном разбое, и о квестах. Так что внезапные и суматошные гости мигом привели меня в чувство.

— Эй! Есть тут кто?

Неожиданный крик за окном напугал меня до потери пульса. Осторожно высунувшись, я увидел разномастную группу игроков, кучкующихся во дворе.

— О! Человек! — Девушка с восточной внешностью, в легкой одежде и совершенно без доспехов, бесцеремонно указывала пальцем. — Привет, агр! Хау, краснокожий брат!

— Поднимайтесь, — махнул рукой я, разглядев клан гостей. Этих отморозков удержать было нельзя. В тундру пожаловали «Муравьи». — Будем знакомиться.

«Муравьи» культивировали несколько безбашенные принципы. Сборная солянка игроков имела несколько баз по игровому миру. Периодически оседая то в степях, то в пустынях или обжитых королевствах, они несли хаос, насилие, кураж всюду, куда могли дотянуться жвалами. Кочевали, иногда задерживаясь на одном месте, покуда их не вышибали кланы, озверевшие от наглых выходок, оскорблений и стычек. Или изгонял правитель, подкрепляя волю войсками. Мураши вели себя нагло, вызывающе, крали все, что можно было украсть, наплевательски относились к застолбленным данжам и лезли на рожон буквально везде.

Их часто нанимали, впрочем, почти всегда успевая пожалеть о таком решении. Мураши задирали союзников, бились на дуэлях, используя надуманные предлоги, крали, ломали и беспредельничали изо всех сил, внося в размеренную жизнь соседей разброд и шатания. В общем, те еще кадры.

Теперь я с интересом наблюдал, как по двору разбредаются разноуровневые вредители, с любопытством заглядывают в каждую щель и громко переговариваются. Мураши весело бранились и успели уже взобраться на крепостные стены. Пятеро игроков, громко бранясь, рвали пупки, пытаясь поднять вросшие в землю ворота. В глубине двора громыхнуло, из караулки выпал в клубах дыма маг, кашляя и пытаясь протереть глаза.

— Что он там умудрился взорвать? — не понял я. — Паутину?

Алиска не ответила, видимо тоже не знала.

В дверь громко постучали.

— Войдите, — машинально ответил я, продолжая озирать шевеление внизу, — открыто.

Дверь распахнулась и я лицезрел явно командирский состав отряда. Свиристель, крепкий подтянутый парень в латном рыцарском доспехе, вооруженный булавой и щитом. Рядом колыхалась невысокая японка, Мэй Ямамото, в широких черных штанах, шелковой рубахе, с катаной на поясе и легких сандалиях на босу ногу, как сошедшая с картинки про самураев, но с запредельным для их отряда пятьдесят первым уровнем.

Следом ввалился маг, с бледной изможденной физиономией и печальным именем Плакальщик, и стройная симпатичная эльфийка с нехарактерным именем Еля, откровенно бандитской наружности, в кожаной куртке, таких же штанах и платке поверх головы, с расшитыми черепами на тонкой ткани.

— Привет! — выступил Свиристель. — Мы «Муравьи», третий малый рой. Хотим тут базу разбить.