Варнак. Северный путь (СИ) - Зимин Николай - Страница 20

— У меня тоже сто процентов и что теперь? — спросил я, закрыв окно. — Не таскаю же всякий проволочный мусор на спине.

— Ты слаб и неумен, нуб, — заносчиво заявил он и замахал руками, — постоянный урон прокачивает сопротивляемость, понимаешь? Вдобавок, в меня вливаются слабые яды и…

Я оторопело слушал мерзкого мазохиста. По его словам выходило, что именно так он станет неуязвимым поработителем всего игрового пространства и отгрохает свой замок, так как он покорял рудники в качестве раба и здорово прокачал там торговлю. Вершиной его грандиозных планов, как он проникновенно сказал, облизываясь и потирая ладони, был коварный замысел сковырнуть с небесного престола какого-нибудь местного бога, ну или короля, но не меньше. Тут же, видимо ища сторонников, он обратился ко мне с проникновенной речью, взывая со всей силой убеждения.

— Ты только представь, — верещал он, — как можно прокачать сопротивления! Никто тебя не сможет ранить!

Мелькнула мысль объяснить недоумку, что ты можешь лупить себя хоть молотами по голове каждый день, заковаться в средневековые латы, но удар, к примеру, медвежьей лапы оторвет тупую башку на раз. Да и игровая механика существовала на такой случай. Нельзя вот так качнуть сопротивления ко всему на свете просто ползая по миру с колючей проволокой в заднице. Одно дело получить иммунитет к огню, а другое дело сопротивление к нему же. Ну часть урона, допустим, уйдет в защиту. Что-то вроде огненного недошара первого уровня ты переживешь, но серьезные заклинания или удар дубины тролля…

— Ну что? Согласен? — возбужденно брызгал слюной Древовик. — Я и тебе сооружу такое же устройство. Я мастер по ловушкам и механизмам!

— В самом деле? — заинтересовался я, ткнув пальцем на ближайшую яму-огород. — Тут есть одна ловушка, я никак разобраться не могу. Можешь посмотреть?

Когда раздувшийся от важности Древовик сунул нос в яму с зубатыми червями я отвесил ему мощнейшего пинка в тощий зад и с упоением наблюдал короткий полет. Он с хлопком влетел в жижу и поднял столько брызг, будто фугас взорвался в общественном туалете.

Вынырнула неузнаваемая от грязи физиономия и окрестности огласил дикий визг, распугавший жаб, черепах и пиявок:

— Спаси-и-и-и-и-и-и-т-е!!!

— Качай сопротивления, боец! — рявкнул я, как можно суровее. — Они ядовитые и кусают неплохо! Качай, я сказал!

— Чтоб ты сдох, агр! — заорал Древовик, вынырнув в следующий раз. — Ты сво…

— Не дергайся, они еще личинки под кожу не отложили! — обрадовал я, когда голова снова показалась на поверхности. — Вот когда начнут тебя живьем жрать, то-то сопротивления попрут!

— Выта…тьфу!..щи!

Черви заткнули его с немалым трудом, видимо аппарат все-таки делал свое дело и качнул сопротивляемость, но он явно тянул владельца ко дну бесполезной тяжестью. На всякий случай я подобрал длинную лесину и с удовольствием притопил барахтающегося мазохиста. Упорный Древовик все выныривал и выныривал, а черви каждый раз тратили все меньше и меньше времени, утаскивая его в кольчатое царство.

Наконец, когда на поверхность стали выныривать только крупные пузыри, я сунул лесину в кипящее место заплыва и пошевелил на дне. Почувствовав тяжесть и проклиная собственную доброту, пыхтя и матерясь, вытащил вцепившегося бедолагу, рычагом перевалив через край.

— Как водичка?

— Зачем ты так? — скулил Древовик, чуть не плача. — Я ведь…

— Что? — зло спросил я. — Что ты? Глянь вокруг. Данжи, подземелья, мобы, а ты ползаешь в грязи со стремной хреновиной на горбу и качаешь сопротивления в час по чайной ложке.

— Это прорыв! — взвился он, заставив меня отступить от брызг грязи. — Это новое!

— Да это бред, — зевнул я. — Бери трос и прыгай в вулкан. Принимай ванны в этой яме. Ты сколько играешь?

— Тебе какое дело? Ну, месяцев пять.

— Пять месяцев и едва тридцатый уровень. Сходи за болота и схлестнись с каким-нибудь мобом поздоровее. Он тебя сожрет и не заметит.

— Я профы качал, — упрямо стоял на своем Древовик. — И ремесла. Я торговец и мастер!

— Ты страшный и упоротый фрик, — подытожил я, приглядывая гать поудобнее, — и мастер-мазохист. Вокруг целый мир, набитый врагами и союзниками, короли королями погоняют на каждом шагу, прынцессы по башням маются. Войны, походы, горы квестов на любой вкус. Амазонки! Бордели! А ты? В борделе хоть был? Щупал эльфиек?

Древовик покраснел, явно ощутив удар по самолюбию и больной мозоли.

— То-то же! — брезгливо сплюнул я. — Ты глянь вокруг еще раз, внимательнее. Целый мир придумали, запахи, вкус, тактильные ощущения, елы-палы. А вы онанизмом каким-то занимаетесь месяцами. Ты мастер механизмов? А где болотоход какой-нибудь? Хоть на пердежном пару? И где ты в реале сможешь завалить дракона или сплестись щупальцами с какой-нибудь Сильмарриэль, принцессой Синих Лесов?

— Почему Синих? — ошарашенный проникновенной речью пролепетал Древовик. — Я не читал про такую принцессу.

— Да это к слову, — отмахнулся я. — Уловил мысль хоть?

— Ты чего на меня набросился? — Древовик вроде уловил. По крайней мере перестал горбиться и даже обратил внимание на окрестности. — Что я тебе сделал?

— Ничего ты мне не сделал, просто там, — я ткнул за спину, — целая деревня таких придурков. Месяцами сидят, качают профессии, ползают по навозу, собирают травки. Приходит кучка агров и ставит всех в коленно-локтевую. А там такая толпа, что можно все болота зачистить в пару часов. И уже какую-нибудь не Страну болот, а Страну крафтовиков организовать, например. Или клан Сопрано торгового разлива.

— Завоевать? — глаза Древовика вдруг наполнились кровожадным озарением. — Крафтовики? Все болота, ты к этому ведешь? Своя страна?

— Бывай, бродяга, — я опустил руку, не став хлопать по его грязному плечу, — я пошел мочить монстров и получать люлей от врагов. А ты как хочешь.

Древовик какое-то время стоял, переваривая услышанное и с нехорошим блеском в глазах глядя в сторону деревни, а я, скаля зубы в довольной усмешке, шлепал по грязным жердям. Коротко обернувшись на раздавшиеся за спиной проклятия, я увидел как Древовик яростно размахнулся и швырнул червям рюкзак с капельницами.

Я обошел деревню по широкой дуге. Вышел по гати к дому отшельника со стороны топи, забрался в кусты и вышел из игры.

Остаток дня в реале я посвятил созданию своей темы, специально для неприкосов. Сухо изложив начало конфликта, я уведомил, что их ничтожный клан я буду бить при первой же возможности. Разбавив эту информацию скринами трофеев и перечислив ники успешно убитых вражин я прыгнул в кровать. Завтра болотный мудрец должен оклематься.

Следующий увлекательный игровой день оправдал все мои ожидания. Щавель бодрствовал. И судя по настроению, утро он начал не с кофе и гимнастики.

— Ты кто такой? — рявкнул он на скрип двери. — Скройся с глаз, сегодня не принимаю!

Отшельник отрешенно стоял у полки, медленно поглаживая корешки книг. В доме было все перевернуто, на боку валялся здоровенный ларь, разбросав выпотрошенными внутренностями халаты, тапки, убогого пошива шляпы и гору носовых платков всех цветов и размеров.

— Одыбал, наркоман? — спросил я у копошащегося отшельника. — Может винца?

— Тут был пакетик с волшебным порошком, — бормотал тем временем Щавель, перебирая сушеные травы, — маленький такой, но очень мне необходимый для концентрации. Помоги найти.

— Товарищ отшельник, — строго отчеканил я, — вы как себя чувствуете?

— Твой товарищ в овраге лошадь доедает, — буркнул отшельник, садясь за стол, — чего надо?

— Ну вот, уже по человечески заговорил, — умилился я, усевшись напротив, — а то драконы, да драконы. Как там, в атсрале?

— Драконы… — провыл Щавель, пряча лицо в ладонях, — это край… Позор!

— Да как сказать, — бодро ответил я, — вот если бы говорящие белки, то это да. Так сказать, следующая ступень погружения в бред без возврата.

Отшельник замычал и помотал головой.

— А что тут такой бардак? — Он оторвал ладони от лица и обвел комнату полубезумным взглядом. — И в углу нагажено, а?